А тут они и четвёртого с собой прихватили, похоже из аборигенов парень. Это они так округло строят фразы. Ну и ствол у человека солидный.

Впрочем — и фиг бы с ними, если бы не нужно было уходить. Увы, это место теперь засвечено, и оставаться здесь стало опасно. Дара уже собиралась тяжело вздохнуть, но вспомнила о притопленной в камышах сковородке. Бросать её — невыносимо жалко, поэтому следовало подождать, пока это корыто удалится, и забрать столь полезную утварь с собой. Ведь ни один из троицы следов не читает — не найдут её эти охотнички, куда бы она ни пошла.

Стоп! С ними же местный! А он может оказаться искусным следопытом!

Душа ушла в пятки и презрение к бестолковым преследователям сменилось нешуточной тревогой. Вообще-то, назревающую проблему можно было решить одним единственным выстрелом, отправив Митяя к праотцам. Но этот вариант, он не для людей. Не может она положить человеческую жизнь на алтарь своего спокойствия, тем более, что и спокойствия никакого не получится. Вспомнился вдруг Лука, его нехорошие взгляды в её сторону. Да, парень честно признался в том, что желает с ней сотворить. И ничего худого в этом не усматривает. Прямо и недвусмысленно хочет её поиметь… и заниматься этим регулярно, ожидая в ответ наваристых щей и шебутных ребятишек.

Пока Дару колбасило, яхта сбросила и без того малый ход и ткнулась носом в аккурат туда, где она обычно рыбачила. Ну да, только слепой не заметит оставленной здесь тропы. Местный спрыгнул на берег и закинул за спину бесформенный «сидор».

— Ну прощевайте, любезные. Куда просили, я вас довёл, за что расплату получил сполна.

— Скатертью дорога, — отчужденно отозвался Бероев, и от его голоса Даре стало чуть тревожно. Воспоминания нахлынули, тот взгляд возле ворот учебки, когда он коснулся рукой ее лица. Сколько всего произошло с тех пор, как изменилась жизнь! И она уже совсем другая. Так что глупости все это.

— Слышь, Ленка, — продолжил Митяй, — а то айда со мной. Завтра к вечеру в Йориковке будем, а оттуда каботажником до города рукой подать. Нафиг тебе эти грубияны?

Было видно, как у всех троих «горожан» отвешиваются челюсти от изумления. Тем временем абориген, устроившись на кочке, неторопливо менял обувку, надевая и зашнуровывая обстоятельные такие ботинки самого прочного вида.

— Ну сама посуди, — продолжал он свою речь, — пока они будут за девчонкой гоняться, тебе придётся им жратву готовить. А в Йориковке Лука стряпает лучше любого ресторанского повара. А какие у него вареники! А омлет! А чебуреки!

Пока продолжалось это циничное соблазнение, Бероев вышел из ступора:

— Какая девчонка? Кто тебе сказал?

— Будто не видно, кто тут рыбачит каждый день, или вы никуда не глядите, городские?

— А с чего ты взял, будто это не мужчина? — заинтересовалась Элен.

— Ну, я не стану указывать на некоторые различия в физиологии, следствием которых является иной способ оправления естественных надобностей, — покраснел, словно девица, Митяй, но тут же взял себя в руки и перешёл с высокопарного слога на общенародный: — Так давай, Ленка, кончай этих ругателей терпеть. Айда со мной. Заживём душа в душу, деток настрогаем.

— Счастливого пути, Митяй, не поминай лихом, — Элен помахала ручкой, с юмором восприняв такое прямое и непритязательное сватовство, — может, еще встретимся.

— Да как только надумаешь — так мой номер у тебя в визоре записан. Дай знать — и я тебя сразу заберу.

Митяй повернулся и уверенно двинулся в сторону начала тропы, по которой Дара ходила в ближнюю деревню. На окрики парня в рубке он даже и не думал реагировать, будто и не слышал их вовсе. А тот, между тем, обещал золотые горы, если Митяй поможет найти Дару.

Ленка стояла неподвижно, провожая парня завороженным взглядом. Таких ухажеров, быстрых на расправу, то бишь — на решение столь сложных вопросов, она до сей поры не встречала. Это было что-то из другого мира.

А Бероев уже спрыгнул на берег и теперь с интересом осматривался, затаптывая следы, вот поворотился в её сторону, и даже задержал взгляд, словно увидел. Дара затаила дыхание, и снова задышала только спустя минуту, когда он отвернулся.

Навыки чтения следов у него если и имелись, то настолько мизерные, что он особо и не пытался строить из себя следопыта. Но, оглядевшись, уверенно направился вверх по тропе, и вроде даже без труда отыскал в зарослях дымчатых орехов её убежище. Обошел кругом, что-то разглядывая, чуть потоптался внутри. А потом, увидев примятость травы, оставленную рюкзаком, опустился на землю, скрестив ноги по-китайски, что твой йог, и принялся думать, судя по очень серьезной физиономии.

Оставалось только позавидовать его терпению, да больше не смотреть в ту сторону, только — наблюдать краем глаза. В таком сосредоточенном состоянии парень наверняка сможет почувствовать её взгляд.

Митяй, наверное, уже миновал шлагбаум, когда здоровяк в бандане, топтавшийся на берегу, позвал Бероева и обсудил с ним неподалеку от сидящей в скрадке Дары сделанные открытия. Он, видите ли, установил, что костёр, на котором готовился завтрак, ещё не остыл. Бероев, в свою очередь, сдержано сообщил, что в клетке-убежище на полу лежит сплетённая кустарным методом циновка, после чего замолчал, снова оглянувшись прямо на нее.