– А как ещё назвать его плотоядные взгляды на тебя?

– Да, никак иначе. Но мне всё это не нравится, - призналась оглядываясь. Они разговаривали вполголоса. Почти шёпотом. Но Энджи не хотела, чтобы кто-то ещё слышал их разговор. – И, насколько мне известно, он женат.

Источником знания о семейном положении непосредственного начальника была Лили.

– Не будь наивной, кому это мешало?

– Ты прав, никому, - со вздохом согласилась она, начиная задумываться, как избавиться от посягательств на себя со стороны босса.
– Но я не хочу иметь с ним ничего общего.

Лари посмотрел на часы и отошёл от её стола.

– Пять минут и домой.

– Да, домой, - пробормотала Энджел.

Они покидали кабинет минутой позже, чем заканчивался рабочий день. И всё потому, что Матти бдительно следила не только за часами, но и за всеми передвижениями коллег. Энджи пребывала в полной уверенности, что покинь она кабинет хоть на тридцать секунд раньше, Матти обязательно накатает на неё, да и на любого другого, содержательную кляузу.

К тому времени, как она вышла из здания, Ричард уже ждал её на парковке. Чмокнув её в щеку, он открыл переднюю дверцу и, тем не менее, Энджел заметила, что весь он просто источал недовольство. Некоторое время они ехали молча, но она не выдержала первой.

– Рич, прекрати дуться. Ненавижу, когда ты так себя ведёшь.

– Я не дуюсь. Просто мне ни черта не нужен этот ужин, - рыкнул он, не скрывая эмоций и выворачивая руль, плавно вписываясь в очередной поворот.

– Ну, ради меня, - попросила она, пытаясь его урезонить.

– А тебе-то это зачем? – он посмотрел на неё снисходительно.

– Мне это нужно. – Она вздохнула.

– Я всегда тебе говорил, что ты слишком добрая. Я бы на твоём месте забыл, как их звали, а ты всё пытаешься соблюдать какие-то приличия. – Он притормозил на светофоре и взглянул в зеркало заднего вида.

– Ричард прекрати, - раздражённо оборвала его она, но он и не думал останавливаться.

– Что прекратить? Я не такой добрый. Я очень злой. И никак не могу забыть, что никто из них даже не навестил тебя в больнице. Только не говори мне, что это было в другом городе и даже в другой стране, - язвительно протянул он.

Энджел только пожала плечами. И так всё без него знала, но выслушивать это в очередной раз было неприятно. Не имело смысла спорить, ведь этим ничего не изменить. Они только окончательно испортят друг другу настроение или хуже того, поругаются. А этого очень не хотелось допустить. Вечерок и так предстоял напряжённый. Как бы Энджи ни хотелось идеализировать, она знала, что их ожидает.

– Может не смогли выбраться… - всё-таки сказала она.

– Господи… - издал он усталый стон.
– Я прилетел с другого континента! С другого, Энджи!

– Да забудь ты про это! – взорвалась она.
– Они наши родители, они воспитали нас!

– Кто? У них только один ребёнок. Это Кэтлин. С тех пор как в жизни матери появился Райан, мы сами себя воспитывали. А мамочка была занята только им, своей любовью и Кэтлин, - неприязненно, и даже с отвращением, говорил он.

– Что ты хочешь от меня Ричард? – не сдерживаясь, воскликнула она.
– Что? Хочешь в очередной раз убедить, что я не нужна собственной матери? В очередной раз ткнуть меня носом? Я и так это знаю! Знаю, Ричард! Просто я живу по своей совести. Я делаю то, что считаю нужным. Я поступаю так, как считаю нужным и когда сочту по-другому, то и поступлю иначе. А пока я буду блюсти эту долбанную, как ты говоришь, семейственность, потому что так диктует мне моя совесть! Когда мне надоест, я спокойно наплюю на всё, а сейчас оставь эти разговоры!

Ричард, промолчал, что уже радовало. Значит, не станет подливать масла в огонь.

– Прости.

– И сейчас мы с тобой поедем на этот, как ты говоришь, чёртов семейный ужин. И ты будешь сидеть и приятно улыбаться! Понятно? А я буду просто светиться от счастья, что наконец-то приехал мой любимый брат! И не трепи мне нервы! – говорила она повысив тон, что задело Ричарда. Редко сестра так выходила из себя.

– Чёрт, я не хотел расстраивать тебя, - виновато сказал он, глянув на её покрасневшее лицо и замолчал. Она тоже.

– Жаль, что я плохо помню нашего отца, - сказала Энджел с грустью, когда совсем успокоилась. Ричард – это последний человек с кем бы она хотела поссориться. И пусть иногда он говорил лишнего, но Энджел точно знала, где нужно промолчать.

– Да, мне повезло, я с ним провёл больше времени, - Рич мгновенно ухватился за эту ниточку, чтобы хоть как-то разрядить атмосферу.

– Зато я хорошо помню, как ты таскал меня на футбол, - улыбнулась она, окунаясь в детские воспоминания. При этом и сам Ричард расплылся в мальчишеской улыбке.

– Да, меня оставляли присматривать за тобой, и мне приходилось брать тебя с собой на стадион. Ты была такая послушная. Смирно сидела на лавочке, пока мы сломя голову носились с мячом по полю.
– Не мог скрыть самодовольства в голосе.

Она потянулась, потрепала его по коротким волосам и засмеялась:

– Да! Я просто не сразу догадалась, что слова «сиди здесь и не двигайся» не нужно воспринимать так буквально, а вокруг лавочки, на которую ты меня усаживал можно гулять.

– Да, ты была очень послушная. Сидела как приклеенная, - звонко хохотнул он.