Шрифт:
В углу площади стоит синяя коробка биотуалета. Похоже, он даже бесплатный – раз на нем нет бумажки с ценой, и никто не орет мне, чтоб заплатил. Я закидываю сумку подальше за спину и захожу. Закрываю задвижку. В дырке овальной формы, по бокам украшенной кучами говна, плавают в мутной жиже бычки. От вони режет глаза. Я расстегиваю штаны. Бабах! Кто-то снаружи бьет по кабинке, она начинает шататься. Жижа в дырке едва не льется через край. Я стараюсь не попасть себе на джинсы. Стук продолжается. Я застегиваюсь, открываю задвижку. Бомжила в грязных белых туфлях и широкой черной кепке улыбается во весь рот. Все зубы на месте, хоть и желтые, а на одном – в верхней челюсти справа – коронка «под золото».
– Браток, сигаретой не выручишь? – говорит он. – Извини, что тебя побеспокоил. Просто такое дело…
Я не отвечаю ему, иду прочь.
Антикультура
Место: Дома
Дата: 17/10/2003
Время: 20:49
Музыка: нет
– Да, ты прикольно придумал, – сказал Женька, широко улыбаясь.
– А что – раз хотят культурных проектов, сделаем им антикультурный. – Я тоже улыбнулся.
– А не боишься, что за трату денег из бюджета на подобную фигню тебя с работы выгонят?
– Может, я давно уже этого жду… Да, а кто, как не ты, на меня взлупнулся, когда я здесь начал работать? Сколько ты со мной не общался? Два месяца?
– Я с тобой не общался, потому что ты работал на Пинского, кампанию делал ему, а насчет мэрии – это дело твое, хотя, я бы…
Мы сидели на новой «базе» «Кремастера» – в подвале бывшего здания ДОСААФ на Садовой – этот подвал выбил я, при условии, что репетировать они будут не раньше восьми часов вечера или на выходных. У стен стояли старые плакаты по гражданской обороне. На одном было показано, как надевать противогаз, на другом над городом поднимался ядерный гриб.
Я сказал:
– Мое отношение к этому знаешь, какое? Я – чиновник, нанятый работник, и зарплату мне платят из бюджета, то есть, грубо говоря, налогоплательщики. Значит, я и должен на них работать, а не на начальство… А что касается того, какой проект – ну, не политический же мне делать, против Пинского. Представь, на его же деньги?
– А что, было бы круто…
– И вообще я не верю, что музыка может как-то продвигать идеологию или политику. Возьми NOFX – отличная команда. А политики у нее не было никакой, до самого последнего времени. А появилась – и что? Музыка от этого лучше не стала. Первые альбомы мне гораздо больше нравятся…
– И где ж ваша вокалистка? – спросил Илья, гитарист «Кремастера». Уго, барабанщик, укреплял на стойках тарелки.
– Сейчас подойдет, – сказал я.
– Нет, прикольный проект. – Женька улыбнулся. – Но такой, я бы выразился, эстетский.
– Ну, да. И что в этом плохого?
– А какая будет должность у тебя? Продюсер?
– Можешь называть, как хочешь. Меня этим не обидишь.
Дверь открылась, зашла Оля. На ней были джинсы, порезанные почти по всей длине и самопальная майка со словами «fuck off» под расстегнутой курткой.
– Всем привет.
– Я не знал, что ты умеешь петь, – сказал Илья.
– Я тоже не знала.
– Тексты выучила? – спросил я.
– Да, почти.
Классовая ненависть
Место: Дома
Дата: 19/11/2006
Время: 12:11
Музыка: Crass, альбом Christ The Album
Комната Женьки в двухкомнатной хрущевке снизу доверху обклеена коллажами из журнальных картинок, заставлена полками с компакт – дисками, аудио– и видеокассетами, книгами и дивиди. На письменном столе у окна – компьютер, в другом углу комнаты – диван. Рядом со столом – бас – гитара на стойке, тоже вся обклеенная картинками. Мы сидим на диване. Женька берет двухлитровую «бомбу» пива, наливает в два граненых стакана.
– На улице подозрительного ничего не заметил? – спрашивает Женька.
– В смысле, «хвоста»? Ну, это было бы совсем по – киношному…
– Если б такое случалось только в кино…
– Знаешь, я понимаю так: если бы хотели, меня давно бы уже выследили. Я ведь не прятался и в Москве. Уж если этот урод нашел меня в Праге, то найти меня здесь или в Москве – никаких проблем…
– Все равно, днем тебе без надобности выходить не надо… Так, на всякий случай. Ты можешь, конечно, подумать, что я из-за этого стал чересчур осторожным…
– Осторожность – нормально. А что ты скажешь своей маме?
– Скажу все как есть, но без деталей. Она ж тебя помнит. А где ты и что ты – я ей не говорил, естественно. Сейчас скажу, что ты жил за границей, приехал, чтобы уладить дела. Вопросов она задавать не будет – я ей эти вещи…
Женька разливает остаток пива по стаканам. Мы чокаемся. Я отпиваю. Пиво нагрелось и стало вообще отвратным. Я ставлю стакан на пол, говорю:
– Мы тогда реально играли против мэра… Хотели его скинуть.