Шрифт:
– Сегодня ночью ты исполнила массу моих желаний. Скажу откровенно: ты выжала меня так, что сейчас я хочу только спать.
– Сейчас, – уточнила Пандора.
– А тебе нужно нечто другое?
– Разве у тебя нет заветного желания? Нет ничего такого, чего нельзя достичь с помощью твоих связей или денег?
У Издераса сузились глаза, было похоже, что Пандоре удалось задеть чувствительную струнку, однако тон мужчины остался прежним, полушутливым:
– Зачем тебе?
– Неужели я ошиблась?
Всем своим видом Пандора давала понять, что ведет не пустой разговор, и Мартин сдался:
– Заветные желания… Гм… Их было много. – Он вздохнул. – Сначала мне хотелось вырасти и стать взрослым. Потом – чего-то добиться в жизни, не остаться фермером, выбраться из деревни, а для этого нужно было учиться. Я поступил в престижный институт и окончил его с отличием. Следующая цель: я решил стать серьезным человеком, решил добиться того, чтобы мое слово весило очень много. Итог: я вырос, я добился, я стал.
– Выгрыз себе жизнь.
– Слепил ее. Своими руками слепил.
– Именно поэтому, Мартин, я не собираюсь предлагать тебе деньги, потому что ты знаешь их цену и знаешь, как их найти. Всего, что тебе нужно, ты добьешься сам, как добивался до сих пор. Но я могу предложить нечто иное, совершенно иное. Невозможное.
– Волшебную палочку?
– Я – твоя волшебная палочка, – негромко, но очень твердо произнесла Пандора. – И я предлагаю тебе разовую сделку: одно желание. Самое заветное. Я могу сделать для тебя все. Лично для тебя.
– А для кого же еще?
Чувствовалось, что Издерас не верит словам женщины. Да и кто бы поверил? Любое желание? Сказка! Но Пандора умела убеждать клиентов.
– Давай я тебе кое-что покажу… – Пандора легко поднялась с кровати и прошлась по комнате. Мартин не спускал глаз с покачивающихся бедер. – Ты помнишь, что я ведьма?
– Э-э… Разумеется.
– Не побоишься окончательно поверить в это?
Издерас прищурился:
– Поверить?
– Увидеть доказательства.
– Здесь и сейчас?
– Да.
– Ты докажешь, что ведьма?
– Да.
– Настоящая ведьма?
– Да.
Пандора стояла напротив. Обнаженная. Чуть расставив ноги и уперев руки в бока. Гордо вскинув подбородок.
– Я думал, для колдовских ритуалов нужна какая-то подготовка. – Издерас был сбит с толку, но старался держаться.
– Не для всех, – усмехнулась Пандора. – Кое-что можно проделать и без заклинаний. – Она демонстративно оглядела спальню. – Мартин, мы находимся на твоей территории, в квартире, которую ты очень тщательно охраняешь, потому что заботишься о безопасности. Скажи, я могла установить здесь свою аппаратуру?
– Теперь не уверен.
– Дать тебе время, чтобы ты проверил комнату?
– Не надо. – Издерас решился. – Показывай!
– Только не говори, что я не предупреждала.
– ОК.
Пандора сделала еще один шаг назад и потерла ладони одну о другую. У нее было два любимых способа доказать клиентам наличие у нее сверхъестественных способностей, и сейчас, делая вид, что готовится к «ритуалу», женщина решала, какой применить. Что произведет большее впечатление? Исчезновение или…
– Обещаешь быть сдержанным?
– Что ты имеешь в виду?
– Постарайся не кричать, когда все начнется. Мне бы не хотелось, чтобы сюда ворвались твои ребята.
– Ты проведешь ритуал на мне? – В голосе Издераса послышалось беспокойство. Не страх, но недоумение: он планировал стать зрителем, а не артистом.
– Иначе ты не поверишь.
– Пожалуй… – Мартин поднялся с кровати. – Ну, открывай свой ящик, Пандора. Обещаю сдерживаться. Черт!
Совсем сдержаться у Издераса не получилось. Да и кто остался бы спокойным, поднимаясь в воздух? Только что стоял на твердой поверхности, уверенно упираясь в пол, и вот он выскальзывает из-под ног…
– Черт!
– Я предупреждала.
– Что происходит?
– Ты летишь.
– Врешь!
– Как там люстра? Пыльная?
В первые мгновения Мартин трепыхался, напоминая выброшенную из воды рыбу. Он инстинктивно искал точку опоры, пытался вернуться на пол, но без толку. В конце концов Издерас догадался, что следует вести себя спокойнее, его движения стали скупыми и более точными. Он старался плыть по воздуху.
«Молодец, быстро понял, что к чему».
– Чувствуешь канаты под мышками? – поинтересовалась Пандора, раскуривая сигарету.