Эдвин Грей держал в руке окровавленный нож. Кровь была на одежде, капала на землю, он шел, оставляя кровавый след, который отметил его путь из переулка до самого дома. Он шел домой средь бела дня, и женщины, увидев его, в ужасе вскрикивали, а мужчины оттесняли их в сторону, давая ему дорогу. Он был счастлив как никогда. Он был всесилен, он был мужчина, отец, защитник и — странным образом — искупитель. Эбигейл открыла ему дверь и остолбенела, увидев его лицо и окровавленную одежду. Его мать и дочь ждали Эдвина в гостиной. Мать с улыбкой смотрела на него:

— Это и вправду мой сын.

— Твой сын? — удивилась Маргарет, глядя на бабушку.

— И твой отец. Он совершил ужасный поступок и был наказан, но он вернулся, чтобы спасти тебя.

— Это тот самый человек, о котором ты мне говорила?

Старая женщина медленно кивнула, и Маргарет обернулась к нему с благодарностью и страхом, застывшими в больших голубых глазах.

— Благодарю тебя, отец. Эдвин упал на колени, она бросилась к нему, и они обнялись.

А потом за ним пришли.

Июль 1992-го

— Бабэлла! Бабэлла, это я! — нетерпеливо колотила в дверь Лила.

Она скакала на одной ножке, и белый хлопковый гольф щекотно сползал от коленки вниз. На лодыжке он унялся и осел, обессилев, точно поддатый пожарный, с трудом соскользнувший по столбу. Она поправила трусы, а то попа их совсем зажевала, смахнула с влажных губ легкую прядку прилипших волос и снова принялась колотить в дверь, хотя костяшки пальцев уже покраснели.

— Почему ты зовешь ее Бабэлла? — наконец не выдержала подружка.

Голосок девочки показался совсем тоненьким рядом с толстенной дубовой дверью. Она это заметила и придвинулась поближе к Лиле в поисках защиты. От чего нужно защищаться, она и сама толком не понимала.

Сад, по которому они шли к дому, казался таким диким и неухоженным, настоящие джунгли. Сара привыкла, что их садовник приходит раз в две недели, потому что должен быть уверен: все в идеальном порядке, безупречно и симметрично. И каждый раз, завидев ее в окошке, он весело ей подмигивает. Будь она повзрослее, обязательно вышла бы за него замуж. Здесь сад совсем другой. Она не сомневалась: если пойти по любой мощеной дорожке, что расходятся от крыльца неведомо куда, потеряешься навеки. Буйные цветы одуряюще пахли и нависали над ней, стремясь заглянуть в дом. Видно, в саду им уже не хватало места. А ветки деревьев угрожающе торчали вкривь и вкось, так что Сара опасливо ежилась.

— Бабэлла! — настойчиво стучала Лила.

— Перестань ее так называть, — нервно сказала Сара. — Зачем ты ее все время так называешь?

Лила наконец сообразила что к чему, перестала подпрыгивать и с удивлением поглядела на подружку Сузила глаза и запальчиво объяснила:

— Она моя бабушка, Элла. Я зову ее Бабэлла.

— А-а. Так, может, ее нету дома. Может, нам лучше уйти.

Сообразив, что представился удобный случай, Сара быстро повернулась и приготовилась уж было зашагать по ближайшей замшелой дорожке, но тут сердце ее снова бешено забилось: она услышала, как отодвинулся на огромной двери засов, заскрипев так громко, словно они потревожили здоровенного великана, сто лет спавшего беспробудным сном.

— Бабэлла! — восторженно завизжала Лила, и Сара послала мысленное «прощай» входным воротам.

Седовласая женщина заключила Лилу в ласковые объятия. Ее волосы, собранные на затылке в пучок, спереди уже совершенно побелели. В руке она держала трость, которую теперь старалась отвести подальше от внучки, неистово припавшей к ее груди. Нежные, теплые объятия. Сердечные. Беспокойство Сары слегка улеглось.

— Ну и что же это здесь за ребенок такой очумелый, спрашивается? — засмеялась Элла, высвобождаясь из внучкиного плена. — Я в оранжерее сорняки полола и, пока шла к двери, слышала, как ты колотишься.

— Я думала, тебя дома нет, думала, ты забыла, — единым духом выпалила Лила.

— Конечно, не забыла. Как я могла забыть, что сегодня у нас в гостях твоя самая лучшая подруга. Я весь день предвкушала эту встречу.

Сара улыбнулась, щеки ее порозовели.

Элла говорила тяжело, с усилием, будто ей в горло что-то попало и застряло там.

Сара все вслушивалась, пытаясь понять, что там — попалось и застряло. И невольно откашлялась.

Тогда лицо Эллы обратилось к ней. Сара приготовилась.