Теперь все несколько иначе. Да, эта массовка – все та же статистическая человеческая масса. Но теперь масса обрела плоть, голоса, имена. Она стала осязаема, прекрасно видна на экранах мониторов. Она обрела чувства, получив возможность испытывать подлинный страх, настоящую боль. Она полностью в его власти.

Это невыразимо сладостно, волнующе – и обещает еще больше.

Он долго стоял, смотрел на угрюмых людей с лопатами.

И улыбался.

Артемий вышел из дома Старика с легким звоном в голове.

Возьмите том «Большой советской энциклопедии». Отложите его в сторону – он слишком тяжел, и переплет его из жесткого некачественного дерматина. Возьмите лучше старинный словарь Брокгауза и Ефрона – мягкая, приятная на ощупь, кожа обложки, разбухшие от времени страницы. Двиньте с размахом этой книженцией по уху приятеля. И он поведает об ощущениях Артемия.

Давно он не получал такой увесистой порции сомнительной информации. Погружение в глубокие подробности совершенно не было его стезей. Посредник между мирами – вот кто он. Просто нравилось стоять на пороге, не окунаясь полностью ни в банальную повседневность, ни в туманную реальность оккультизма…

Он так задумался, что чуть было не попал под колеса невесть откуда выскочившей машины. Машина неслась куда быстрее, чем это допустимо в таком тихом дворике. Взвизгнули шины, Артемий шарахнулся в сторону, успев получить небольшой пинок крылом под пятую точку. Перелетев через бордюр, кувыркнулся, сел на траве. Удивленно оглянулся – словно только что свалился сюда, на травку из иных миров. Папка вылетела из сумки на землю, рассыпав содержимое веером.

В жизни случаются моменты, которые имеет смысл как следует просмаковать. Например, если вас сбила красивая машина, и вы смотрите на нее снизу вверх – у вас редкий ракурс, чтобы насладиться исключительным зрелищем. Особенно, если из сбившего вас пестрого спорткара выскочит испуганная, но чертовски симпатичная девушка. При этом, будьте уверены, вы имеете право рассчитывать на всю полноту ее внимания. Послушайте совет: ловите мгновенья, о которых приятно вспоминать после. Конечно, если из вас не торчат во все стороны обломки костей, не хлещет струями кровь, и вы не кричите от боли.

Из Артемия, на счастье, никакие струи не хлестали. А девушка показалась знакомой.

– Ой! Мамочки! Я не хотела… – растерянно проговорила она.

– А я вас уже видел, – задумчиво сказал Артемий, не торопясь подниматься с травы. – Интересно только, где?

– Возможно, – не стала спорить девушка. – Вы ничего себе не сломали?

– У меня нет привычки самому себе что-то ломать, – сварливо отозвался Артемий и ощупал ушибленное место. – И вам, вроде, этого тоже не удалось. Ага, вспомнил! Вы приезжали к моему другу – шаману. Вчера.

Девушка вдруг часто заморгала и покраснела. Артемий усмехнулся и, поднимаясь на ноги, проговорил:

– Коридор событий… Ну-ну…

– Чего? – не поняла девушка.
–

– Да, так, – неопределенно сказал Артемий, встав на колено и собирая листки в папку. – Мысли вслух.

– Вы уж меня извините, пожалуйста, – сказала девушка. – Я, правда, нечаянно. У меня недавно эта машина. Я раньше все на «автомате» ездила, а тут ручная коробка – я тормоз с газом перепутала…

– Бывает, – сказал Артемий, завязывая тесемку на папке. – У меня один знакомый как-то водку с уксусом перепутал. Так и не распробовал, пока целую бутылку не высадил…

– Так вы меня простите? – девушка мило улыбалась, очевидно, пытаясь давить на обаяние.

Артемий внимательно посмотрел на нее и сказал:

– Ну, если вы не нарочно так газовали перед старушками и младенцами из той песочницы, так может, и не так сильно торопитесь?

Девушка нахмурилась:

– Если вы надумали грязные предложения делать, так я сегодня не в духе…

– Вовсе нет, – возразил Артемий. – Предложение кристально чистое. Отвезите меня домой, а то я ногу, похоже, потянул. Тем более, что дорогу уже знаете…

Девушка задумалась на секунду и кивнула:

– Ну, ладно, поехали. Ведь я действительно перед вами виновата…

Старательно хромая, Артемий добрался до пассажирского сиденья. Насчет ноги он соврал. Просто эта забавная встреча показалась похожей на проявление того самого «коридора событий», и по методике Старика следовало всеми правдами и неправдами пользоваться ситуацией: судьба не прощает пренебрежения к своим подаркам.

– А что вы здесь делаете? – спросил Артемий, украдкой оглядываясь.

Салон был тесен, но выглядел прилично. Артемий всегда мечтал о такой машине. И чем больше мечтал, тем дальше отодвигалась от него эта мечта. Еще один непознанный закон жизни, смириться с которым невыносимо трудно.

– Да так, – неопределенно сказала девушка. – Живет здесь… Один бывший…

– Поссорились, – кивнул Артемий, внимательно глядя на девушку. – Выходит, вы в сердцах и впрямь могли меня задавить.

Девушка не ответила, только дернула ручку переключения скоростей, и машина бросилась вперед, вдавив Артемия в ковшеобразное кресло. Миновав двор и мелькающие в лобовом стекле недоброжелательные лица местных старух, вырвалась на проспект.