— Давай пройдем за угол, вот там и поговорим, — предложил скуластый, сунув руку в карман.

Самое скверное, что такие шпанята не ходят с пустыми карманами, а ножи носят не для пустой бравады. И бьют исподтишка, в тот самый момент, когда ты этого не ожидаешь. Анисимов понимал, что в запасе у него ровно десять секунд — семь, чтобы пройти до ближайшего угла, и еще три, чтобы осмотреться и нанести удар.

Развернувшись, Анисимов уверенно свернул в переулок. Даже затылком он чувствовал колючие взгляды троицы. Когда до угла оставался всего шаг, Анисимов неожиданно развернулся и быстро шагнул им навстречу. Отметил слегка растерянные глаза скуластого и, воспользовавшись его замешательством, ударил в узкую переносицу. Брызнувшая кровь залила белый джемпер. Этот уже не боец. Схватившись за лицо, широкоскулый тоскливо взвыл. Урок получен. Линия нападения сломана — присев, противник сплевывал на асфальт сгустки крови.

Может, они желают продолжения?

Оцепенев, парни смотрели на Анисимова. Следовало бы продолжить преподавать им уроки вежливости, но особого настроения не было. Так что парням повезло и недостающего ума дальше им предстояло набираться самостоятельно. По их растерянным глазам Анисимов видел, что им хочется немедленно уйти, но ноги невольно приросли к асфальту, не позволяя сделать и шагу. Теперь они осознали, что перед ними настоящий хищник, перед которым они всего лишь жалкие мальки. Этот не станет размениваться на ненужные политесы, и если ему заблагорассудится, так проглотит целиком каждого из них, не пережевывая. Такие люди живут по законам матерых хищников: догнал — и тотчас рви, не мешкая. Никакой пощады, иначе жертвой можешь оказаться ты сам.

Негоже прерывать наставления на полуслове. Анисимов сунул руку в карман. Холодная рукоять ножа подействовала на него как сильнейший транквилизатор. Даже обзаведясь парадным костюмом и галстуком, он не оставил подростковую привычку носить в кармане нож. Вытащив его из кармана, он твердой рукой приставил его к горлу скуластого и потребовал:

— Прощения проси, сучонок!

— Прости, — сплевывая кровь, пробормотал тот.

— Не так, с чувством проси, — потребовал Анисимов. — Повторяй за мной: «Дяденька, прости салагу!»

На горле широкоскулого пульсировала жилка, отсчитывая мгновения его жизни. Ковырнуть кончиком ножа и пойти своей дорогой, пусть расхлебывает по полной за собственную дурость!

— Дяденька, прости салагу!

— Я не расслышал, — прошипел Анисимов, утопив кончик ножа в коже. — Чувства добавь!

— Дяденька, прости салагу! — исступленно прохрипел напуганный парень.

Дружки стояли поодаль и угрюмо наблюдали за тем, как их недавний лидер барахтается в грязи. Теперь ему уже не отмыться.

Анисимов распрямился. С негромким щелчком лезвие спряталось внутри рукояти.

— Советую больше мне не попадаться. Надо чувствовать, щенки, на кого можно залупаться.

Анисимов посмотрел на часы, до назначенной встречи оставалось пятнадцать минут, если слегка прибавить шаг, то вполне можно успеть.

В джинсах и просторной клетчатой рубашке из мягкой немнущейся ткани Ангелина выглядела полной противоположностью той девушке, с которой он расстался пару часов назад. Ее подкупающая трогательность исчезла. Теперь перед ним была решительная женщина, которая нравилась мужчинам и наверняка успешно пользовалась этим.

Несколько нетерпеливых шагов у фонтана, короткий, полный надежд взгляд, обращенный к выходу, и опять три расслабленных шага в противоположную сторону.

Один из парней, сидящих на скамейке, поднялся и подошел к Ангелине. Анисимов замедлил шаги и с интересом принялся наблюдать за разворачивающейся сценой. Чуть наклонившись, парень что-то сказал ей. Пожав плечами, Ангелина так же коротко ответила. Парень, потеряв к ней интерес, вернулся на место. Оказывается, она умеет не только нравиться, но и ловко отшивать назойливых кавалеров. Не лишнее качество.

Игорь направился к фонтану. Лицо Ангелины осветилось улыбкой, когда она заметила приближающегося Анисимова.

— Ну наконец-то! Где вы пропадаете! Я вся изнервничалась. — Скосив взгляд на парня, сидящего на скамейке и демонстративно посматривающего в ее сторону, добавила: — А то меня тут стали принимать за… не знаю кого! Значит, вы встречались с этим пилотом?

— Встречался.

— Так вы поверили мне?

— А во что все-таки я должен поверить? Он мне рассказал о том, что у него бывают какие-то видения. Ничего удивительного я здесь не вижу. Это свидетельствует лишь о том, что он очень устал и ему следовало бы хорошо отдохнуть.

— Так вы так ничего и не поняли! — в отчаянии воскликнула Ангелина.

— Хотя, конечно, в этом деле имеется некоторая странность. Например, почему командир экипажа неожиданно заговорил на языке, который давным-давно числится среди мертвых языков?

— На этом языке разговаривал погибший человек, мумию которого вы видели. И знаете, что сказал первый пилот?

Анисимов невольно хмыкнул, не похоже, что она шутит.

— Забавная вы, однако. И что же?

— Он сказал: «Ты следующий».