Джед спросил себя, не послышался ли ему презрительный вздох, который примешался к аплодисментам.

Лоренц подвел его к месту хранения оружия, и Джед тщательно выбрал себе копья.

— Какие мишени? — спросил он.

— Кружки из волокна манны шириной в две ладони, с пятидесяти шагов.

Советник взял его за руку и показал нужное направление.

— Я их слышу, — заверил его Джед. — Но я попрошу, чтобы мои мишени бросали в воздух.

Лоренц отошел от него, заявив:

— Вы, должно быть, хотите услышать, до какой степени можете быть смешным!

— Это мое дело! — Джед взял свои копья. — Можете бросать диски.

Итак, Делла решила, что он хвастун? Он достал свои эхо-камни и отошел к горячим источникам. Потом начал равномерно постукивать камнями. Знакомые звуки дополнили сигналы центрального прожектора. Теперь он мог четко слышать все, что его окружало: выступ, пустоту коридора за ним, Лоренца, приготовившегося бросать мишени.

— Бросайте! — крикнул он советнику.

Первый плетеный диск взвился в воздух, и Джед метнул копье. Он услышал, как оно пробило диск и вместе с ним шумно упало на землю. На мгновение ему показалось, что произошло что-то необычное, но он никак не мог понять, что именно, и крикнул:

— Бросайте мишень!

Джед попал еще раз, потом еще.

Восклицания зрителей помешали ему, и в четвертый раз он промахнулся. Пришлось подождать, пока тишина восстановится, после чего он продолжил. Пять следующих бросков достигли цели. Потом он остановился и внимательно прислушался вокруг.

Что-то было не совсем нормально, теперь он был в этом уверен. Но что?

— Это была последняя мишень, — прокричал советник.

— Найдите еще одну! — ответил Джед.

На трибунах воцарилась мертвая тишина. Потом Ансельм рассмеялся и прокричал:

— Свет возьми! Восемь из девяти!

— Должно быть, он реактист, раз он такой ловкий, — донесся издали голос Лоренца.

Джед резко повернулся. Вот оно что — реактисты! Он внезапно понял, что уже за несколько биений сердца до этого ощутил их запах.

В ту же минуту кто-то крикнул:

— Реактисты! Там, наверху, на карнизе!

Через мгновение началась всеобщая паника. Женщины кричали и искали своих детей. Выжившие бросились к месту хранения оружия.

Джед услышал, как мимо со свистом пролетело копье и упало около почетной скамьи. Ла Ру выругался, но голос его заметно дрожал.

— Всем оставаться на месте, — прогремел голос, уже знакомый Джеду после нескольких предыдущих набегов: это был Моган, глава реактистов. — Не то я проткну грудь Ла Ру!

Теперь Джеду удалось скоординировать звуковую картину ситуации более или менее точно. Моган и дюжина реактистов расположились вдоль склона, звуки центрального прожектора ясно отражались от их поднятых копий. Один реактист охранял вход, стоя около скалы.

Очень осторожно и тихо Джед наклонился, чтобы подобрать свое копье. Но тут же рядом просвистел дротик и вонзился в землю прямо перед ним.

— Я же сказал, чтобы никто не двигался! — послышался угрожающий голос Могана.

Джед понял, что даже если ему удастся подобрать свое копье, все равно банда реактистов находится вне досягаемости для броска — кроме часового, стоящего у выхода. И между собой и этим человеком он слышал только горячие колодцы и ростки манны. Если ему удастся достичь первого источника, ни один из грабителей не сможет его реактировать в горячей зоне.

Он проследил за полетом другого дротика, брошенного с выступа. Дротик вонзился в рукоятку эхопрожектора, намертво заклинив шкив, и весь Верхний Уровень погрузился в мертвую тишину.

— Возьмите все, что хотите, — простонал Лa Ру, — и уходите.

Джед медленно двинулся по направлению к первому горячему источнику.

— Что вы знаете о реактисте, который пропал двадцать периодов тому назад? — спросил Моган.

— Абсолютно ничего.

— Во имя Радиации! Мы сами в этом убедимся, прежде чем уйти.

Влажное тепло коснулось торса Джеда, и он быстро сделал несколько шагов, отделявших его от зоны паров.

— Мы действительно об этом ничего не знаем! — повторил Ла Ру. — У нас тоже пропал один Выживший, уже более пятидесяти периодов тому назад!