Меч, который выбрал новую хозяйку, требовал больше и больше крови и жизненной энергии разумных.

Из темноты выскочила гибкая эльфийская фигура с зажатым в руке стилетом. Но не успел эльф подскочить ближе, как вспыхнул ярким пламенем, и с воплем боли покатился по траве, пытаясь сбить огонь. Олес, несмотря на свое состояние, надежно отслеживал происходящее вокруг.

Лисарионна клещом вцепилась в поясной ремень Олеса. Ее била крупная дрожь. Она осторожно ступала следом за нами, словно слепая за поводырем. Хотя, действительно, в накрывшей все вокруг тьме она и не могла ничего видеть.

Вот только те, кто затаился впереди, словно знали, где именно мы находимся.

— Готовьтесь. Впереди еще трое живых собратьев этой листоухой свечки.

Тьма не мешала мне видеть все, что творится вокруг, как и чувствовать троих живых в тридцати метрах спереди.

Две стрелы я отбил широким лезвием глефы, а третью, выпущенную в Лисар, попросту распылил в полете. До нас не долетело даже крошево.

— Сзади!

Крик Лисар запоздал — еще пару минут назад я почувствовал, что что-то происходит на развалинах оставленной нами крепости.

Похоже, она тоже могла ощущать живых или энергию, что творилась та…

Сноп искр из того места, где только что была моя шея — костяное древко оказалось неожиданно прочным для нападавшего…шей. Передо мной стояла молодая эльфийка в причудливой лиственной броне. Странный растительный доспех закрывал ее от шеи до пят, оставляя открытой только голову. Волосы развевались, словно живые темно-зеленые змеи.

— Шис'саар лок Тх'аас ванн тах'ассам!

Перевод данной фразы я решил не озвучивать, но, если коротко, то ее смысл сводился к предкам совсем не из рода человеческого, от которых предположительно я и произошел. Какая эксцентричная и невоспитанная особа!

Олес умудрился послать огненный шар прямо на голос напавшей на нас эльфийки. Впрочем, безрезультатно — она небрежно отмахнулась от него мечом, даже глаза не скосив. Файербол вместо взрыва осыпался горящими искрами и все.

Ее глаза сверкнули зеленым светом, и за несколько долей секунды из земли вылезли, словно живые побеги гибких и прочных лиан, оплетших меня и Лисар с ног до головы.

— Ваша раса — это болезнь на лике мира. Без вас мы сможем вернуть миру первозданный здоровый вид, и вы уже ничего не сможете сделать! Вы все умрете! Как те зеленые звери, что окружили Первозданный лес!

«Слишком много болтает — пафосных романов перечитала…»

Побеги лиан, как и вся растительность вокруг, осыпалась невесомой трухой. От меня во все стороны плеснула волна энергии Смерти. Олеса и Лисар накрыли клубы тьмы, защищая от последствий выброса, а вот эльфийка исчезла в ярко-зеленой вспышке. Трава, насекомые и вся живность в радиусе пятидесяти метров осыпалось прахом на землю.

Но меч, похоже, спас своего нового хозяина. Моя халатная небрежность едва не вышла мне боком! Я надел маску и сменил ипостась на истинный облик.

— НЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-ЕТ!!! — Эльфийка выскочив из портала, словно чертик из табакерки взмахом клинка рассекла тело Олеса пополам.

Время остановилось.

Скорее всего, это был первый раз в жизни, когда я ощутил злость, и желание нарушить главный запрет моего народа. Запрет на лишение разумного его жизни!

«Нет, так легко ты не уйдешь!»

Схватив эльфийку за плечо, я впервые применил энтропию к живому разумному!

Ты будешь умирать долго! И никто, и никогда не сможет тебя спасти! Я заплачу свою цену за нарушение запрета, но, ни один из моего народа не снимет это проклятие! Это мое право!

«Надо торопиться!»

Проклятый меч светлых эльфов сделал то, что в принципе не мог и не должен делать, но сделал. Он рассек нить жизни, скрепляющую душу Олеса с его телом. И еще он поглотил всю внутреннюю энергию Олеса. Душа должна умереть без того что выпил из нее меч.

Вспышка зеленого света застыла контуром фигуры навечно проклятой девушки. Жаль, у меня не было времени на то чтобы изучить свойства меча. Что ж, теперь у меня появился первый должок.

Достав из внутреннего пространства плаща две сферы, я заключил в одну из них душу Олеса, не давая ей погибнуть, а во вторую его рассеченное надвое тело. Тьма, повинуясь моему желанию, соединила сферы множеством нитей. Когда процесс завершился у меня в правой руке, на ладони лежали небольшие песочные часы, внутри которых клубился золотистый туман души Олеса, и красноватый туман его тела.

Итак, у меня есть двадцать четыре часа с момента его смерти, чтобы сделать то, за что меня сошлют в Лабиринт на долгие тысячелетия. Убрав часы во внутреннее пространство плаща, я подошел и присел напротив Лисар, которая все так и пребывала в ужасе, склонившись над тем местом, где только что было тело Олеса.

Возврат в реальный мир. Прежде чем она успела хоть как-то отреагировать, я заглянул в ее глаза, и отправил в глубокий сон. Подхватив девушку на руки, я удивился — она практически ничего не весила! Даже Тиаль была потяжелее…