Шрифт:
Женщина-часовой появилась откуда-то из тени у подножия катера.
– Все в порядке, рядовой. Как твоя лодыжка?
Солдат Слокам растянула лодыжку во время высадки. Мерикуру ее имя встретилось в списке больных.
Слокам была приятно удивлена.
– Уже все в порядке, сэр.
Мерикур приложил ладонь к сенсорному элементу замка на люке катера.
– Рад это слышать, солдат. Не подпускай сюда никого всю ночь. Я хочу немного отдохнуть.
– Никто не подойдет, сэр, - решительно ответила Слокам.
Раздалось шипение, люк открылся, и Мерикур шагнул внутрь катера. Он подождал, пока сработает автоматика шлюза и откроется внутренний люк. Лампочки горели вполнакала. Он не стал увеличивать их яркость. Красные, зеленые, янтарные «глаза» мигали ему из своих электронных берлог.
Раздевшись, Мерикур прошел в крохотную душевую и удовлетворенно вздохнул, когда теплые струйки воды забарабанили по его обнаженной коже. Он простоял под душем долго, вода массировала его тело, а из мышц и сознания уходило напряжение. Наконец Мерикур перекрыл воду и включил фен. Потом вышел из душевой и прошел по узкому переходу на корму, туда, где находилась его каюта.
Он нажал на кнопку. Люк открылся, и Мерикур шагнул в темноту. Он сразу понял, что в каюте уже кто-то есть, и знал, кто именно. Мягкий аромат духов Бетани ни с чем не спутать. Мерикур сел на койку. Его коснулись нежные руки. Он хотел что-то сказать, но теплые мягкие губы прильнули к его губам, и слова замерли в груди у Мерикура. Он медленно провел рукой по бедру Бетани, и в мире не осталось никого, кроме них двоих…
ПИР Мерикура лежал в темной рубке на куче скомканной одежды и размышлял над проблемой сна. Общая концепция казалась ему совсем не привлекательной. Что, если его вообще больше никогда не включат? ПИР и вздохнул бы, да не умел. Электронные приборы не имеют легких. А жаль.
10
Мерикур проснулся от какого-то нудного, монотонного гудения. Он поглубже зарыл голову в подушку, надеясь, что гудение прекратится, но оно не утихало. Наконец Мерикур сдался, на ощупь отыскал переговорное устройство, нажал на кнопку и рявкнул:
– Ну что там еще стряслось? Я же приказывал - без причины не беспокоить!
Эйтор Сенда развеселился:
– Боевая эскадра на орбите Теллера - это достаточно веская причина? Или я ошибаюсь?
– Веская, - ответил Мерикур и резко сел на постели.
– Иду немедленно.
Он выключил транслятор и начал выпутываться из простыней.
– Куда ты?
– спросила полусонная Бетани.
Она протянула руку и прижала Мерикура к себе.
Он нежно поцеловал ее в висок.
– Мне нужно на службу. Корабли Хайкен Мару подошли к Теллеру. У них на борту несколько тысяч цернианских солдат.
Она улыбнулась:
– Какая невоспитанность! Разве можно являться с визитом без предварительного звонка?
Он зарылся носом в мягкую ложбинку между ее шеей и ключицей.
– В самом деле? Что-то я не припомню, чтобы ты звонила вчера вечером.
Она слегка куснула его за плечо.
– А ты жалеешь об этом?
– Жалею? Сейчас я покажу тебе, как я жалею.
– Да неужели? А как же церниане?
– Церниане? Ах да, я совсем забыл…
Мерикур скатился с койки, открыл шкаф и принялся искать свежий форменный комплект.
– Послушай… В самом деле, а как ты очутилась в моей постели? Я думал, ты уже на борту «Бремертона», у Ямагучи, в полной безопасности…
Бетани уселась на койке и обхватила руками колени.
– Я была там. А потом передумала, села на шаттл и вернулась.
– Ты частенько это проделываешь?
– Что именно?
– Передумываешь.
Она улыбнулась:
– Например, передумала насчет тебя?
– Да.
– Однако я была права.
Мерикур натянул сапоги и встал.
– Права насчет чего?
– Что ты хотел заполучить меня в свою постель.
Он нагнулся и крепко поцеловал ее в губы.
– Точно. Насчет этого ты была права. А теперь вставай и одевайся. Я хочу, чтобы ты как можно скорее спустилась в бункер. Скоро здесь станет жарковато.
Мерикур вышел в коридор, остановился, надел портупею и прикрепил наконец ПИР, который, разумеется, сразу же не преминул съязвить: «Доброе утро, соня! Надеюсь, эта твоя деятельность по воспроизводству населения не слишком тебя утомила?»
Тут Мерикур понял, что оставил ПИР слишком близко от себя: чувствительные датчики электронного прибора прекрасно улавливали все действия человека на достаточно большом расстоянии.