— Утречко тебе доброе, кузиночка! Явился с посланием от Бена. Сытые детки в манеже, завтрак будет готов через двадцать минут!

— Благодарю, мой рыцарь. По телефону к вам взывает леди Наяда.

— Наядочка? О боги! Чем заслужил такую милость недостойный слуга ваш?

Фредди на четвереньках двинулся к телефону, а я, чтобы не подслушивать, — на цыпочках в спальню. Меленькими шажками. Увы! Тщетные старания — единственным внятным звуком оказался стук вернувшейся на рычаг трубки. Набросив халат, я заглянула в голубую комнату. Миссис Мэллой… Как она там?

Тук-тук.

— Какого черта? Кто это?

— Вы позволите, ваше… Рокси? — Приоткрыв дверь, я протиснулась в опочивальню и робко приблизилась к ее высочеству.

— Ах, это вы, миссис X.! — Рокси возлежала на подушках, скрестив руки на одеяле из гагачьего пуха. — Мне почудилось, будто я дома и мальчишка-газетчик тарабанит в дверь, требуя чаевые.

— Выспались? — Кажется, я изобразила книксен на манер мисс Шип.

— Да уж куда там! Какой сон в этих стенах? От ваших обоев, миссис X., любого кошмары мучить начнут!

Возразить нечего. До голубой комнаты у нас с Беном руки не дошли. Здесь все осталось как при дядюшке Мерлине. Куда ни глянь — повсюду барышни с косичками, в соломенных шляпках и на качелях. Взлетают вверх-вниз, вверх… вниз… пока пол не начинает уплывать у вас из-под ног. Сама по себе идея была неплоха — головокружительными обоями отвлечь внимание от мебели, которая изо всех деревянных сил выставляла напоказ свое уродство. Вот и сейчас трюмо вытянуло любопытный зеркальный нос к миссис Мэллой. В моей старой пижаме Рокси выглядела беглым каторжником, а полное отсутствие косметики вносило последний штрих в облик узника, лет двадцать не видевшего солнечного света. Просто поразительно, как брови красят женщину!

Однако и в этом, прямо скажем, неприглядном виде Рокси сохранила королевский апломб.

— Надеюсь, вы не утруждали себя, миссис X. Яичницы в постели и я не потерплю. Предпочитаю завтракать за столом.

— Бен уже все приготовил и ждет нас на кухне.

— Прелестно. Упомяну вас в завещании. Но удержать меня за сплетнями на все утро вам не удастся, миссис X., и не надейтесь. Дел прорва.

— Замечательно, — отозвалась я искренне. Передо мной была прежняя Рокси Мэллой, а не то привидение, что бродило по дому жертвой пагубного укуса вампира.

Выпростав из-под одеяла ноги в синюю полоску, миссис Мэллой неожиданно расцвела улыбкой:

— Итак, схватим жизнь за… гм… грудки?

— Да-да.

— Из Мерлин-корта отправлюсь-ка прямиком к викарисе и предложу свои услуги. Бесплатные! Лестницы драить, скамейки намыливать — все равно!

— Это… по-христиански, Рокси.

— Сегодня великий день, миссис X.! С нынешнего утра и до последнего небесного звонка Рокси Мэллой будет светить всем вокруг! Ни один нищий не сойдет с моего крыльца без подаяния. Все ребятишки в округе станут звать меня бабулей. Каждое мгновение будет прожито с умом! Ну? Что скажете?

И что можно на это сказать? Вы погибаете, Рокси. Кардинальные перемены в жизни — не что иное, как симптомы смертельного любовного недуга.

— Очень мило…

— Пенни за ваши тайные мыслишки, миссис X.!

— Прогадаете, дорогая. Они того не стоят. Просто… вспомнила о Тобиасе. Он с вечера неважно себя чувствует.

Как поступает среднестатистическая домохозяйка, когда становится свидетелем одной попытки убийства и подозревает совершение другого? Мертвой хваткой цепляется за собственные проблемы и делает вид, что все это приснилось. Едва Бен, миссис Мэллой и Фредди скрылись за дверью, домохозяйка загрузила стиральную машину детскими вещичками, пнула старушку в бок и получила хороший плевок в физиономию. Мистеру На-все-руки-мастеру уготована торжественная встреча.

— Вы не против, куколки? — Вынув Эбби из манежа, я послала Тэму обнадеживающую улыбку. — Прогуляемся до прачечной, где автоматы глотают монетки ну совсем как в Лас-Вегасе?

Прежде чем пуститься на поиски приключений, двое из нашей троицы должны были принять душ в кухонной раковине и облачиться в сухое. С туалетом третьего все было бы гораздо проще, если бы не бриджи, рассчитанные на даму вполовину стройнее вашей покорной слуги. Как бы там ни было, но я их укротила, потопала к машине и только в самый последний момент вспомнила о страдальце Тобиасе, которого непременно нужно было приласкать. Да и сумочку с документами и разменными монетками тоже неплохо прихватить.

Спустя час с небольшим, протолкнув коляску через стеклянный вход дворца чистоты, я обнаружила половину Читтертон-Феллс у стиральных автоматов, три из которых дурили головы домохозяйкам картонными табличками "Не работает". Близнецы возмутились, и мамочка из солидарности уже готова была покинуть благородное собрание, когда была остановлена — кем бы вы думали? — самим мистером Уолтером Фишером!

Публика в срочном порядке зашелестела газетами и утопила носы в чашках с кофе — речь, разумеется, не о тех счастливчиках, кто резвился возле гудящих агрегатов.