Он крепко поцеловал Кристофа в губы и кусочек сущности Макса исчез в бесконечном космосе, ставшем душой человека.

…

Два часа. Хуже пытки невозможно себе представить. Макс смотрел, как феникс на запястье Кристофа из мерцающе — черного превращается в знакомый серый. Все это время он даже дышать боялся! Хорошо хоть граф без сознания. Чтобы ни сделал Странник, это помогло.

Кристоф открыл глаза и посмотрел на Князя. Черно-серая бездна улыбалась.

— Диана жива. А я это снова я, Макс. У нас получилось и я вернулся! — Кристоф приподнялся над другом так, чтобы их губы разделял только вдох. Его рука зарылась в волосы Макса. — Я люблю тебя. Я ужасно соскучился и сейчас хочу быть как можно ближе к тебе.

Князь ласково провел рукой по изысканным линиям прекрасного лица и поймал губами теплое дыхание Кристофа. Теперь все будет хорошо, его друг вернулся к нему. Он сделал все правильно и сейчас они могли позволить себе немного радости. Граф властно поцеловал его в ответ и Макс с наслаждением покорился его воле.

— Я хочу, чтобы сейчас все было именно так, — услышали они еле различимый шепот Дианы и потерялись во времени и пространстве, показывая друг другу свою любовь и даря наслаждение. Позволяя жизни праздновать победу над смертью.

…

Несколько часов спустя Макс проснулся от дикого желания пить. Он немного поразмыслил. Или выпить? Произошедшее выбивало из колеи. Князь услышал звук открываемой двери и увидел Кристофа, входящего в спальню из кабинета с парой бутылок в руках. Что ни говори, а на обнаженного графа можно смотреть часами. Тот собственнически посмотрел на Макса и улыбнулся.

— Ты проснулся? Отлично. Как себя чувствуешь?

— Замечательно, а что? Ты откусил мне что-нибудь важное в порыве страсти? — Макс демонстративно оглядел себя.

Кристоф рассмеялся низким чувственным смехом и забрался в постель, прижимаясь к теплому телу. Мурашки промаршировали по спине и Макс ласково взъерошил волосы друга.

— Твое здоровье, братишка. — Сделав большой глоток рома, Князь поерзал, меняя положение тела. Кристоф снова обвил его собой, и Макс довольно вздохнул, легко касаясь его великолепных мускулов на предплечье пальцами.

— Как ты это делаешь?

— Что именно? — Поднял голову граф.

— Ммм, оплетаешь меня. Кажется, что в твоем теле нет ни одной кости, только идеальные мышцы.

Кристоф приложился к бутылке и улыбнулся:-Когда хочешь быть ближе и не такое изобразишь.

Тепло желания огненной волной начало разливаться по телу Макса.

— Кристоф, не отвлекай меня. Пока. — Князь почувствовал улыбку в легком обжигающем поцелуе, коснувшемся звездочки шрама напротив его сердца, и застонал. — Ну, хотя бы пару комментариев, пожалуйста, и мы продолжим. Я хочу этого не меньше тебя, ты же видишь. Теперь я никуда от тебя не денусь.

— Это ты хорошо сказал. Теперь точно никуда. — Граф перестал целовать друга и начал водить рукой по рельефным мышцам предплечья, что тоже не способствовало спокойствию Макса, но давало шанс продержаться подольше.

— Тыспас Миледи?

— Да. С ней все в порядке. Относительном. С ее умением находить неприятности на свою изумительную задницу, она недолго будет в безопасности. — Они оба посмотрели на феникса.

Макс провел пальцем по линии рисунка и понял, что изменилось. Теперь птица была словно выжжена тонким лазером в коже запястья. Глубокие нити рисунка заставляли кровеносные сосуды огибать их. Феникс жил внутри руки графа.

— Он стал еще красивее. — Макс посмотрел, как граф глотнул из бутылки. Как можно пить крепкий алкоголь из горла так завораживающе элегантно??

— Мы с тобой два извращенских извращенца, Кристоф, это очевидно. Мы много чего неприличного делали друг с другом последние несколько часов, но ээ, так и не трахнули друг друга. Извини, я не могу подобрать другое слово. И даже не хотели этого: ни ты, ни я. И как это понимать?

— Это легко и сложно одновременно. Я когда-то был оно, понимаешь, о чем я? Вижу, что понимаешь. Один из расы Создателей. У нас нет пола как такового, что, согласись, накладывает свой отпечаток на наши отношения. Это раз. Ты нравился мне — человеку. Это два. Теперь я не два в одном, как было раньше. Теперь я един. — Чувствуя недоумение Макса, Кристоф решил пояснить.

— Не самый лучший пример, но ты поймешь. Я был как сосуд с яйцом и мукой. Ты совершенно уникальный человек, и я очень люблю тебя за это. Ты умудрился полюбить яйцо и муку по отдельности и не дал им отлепиться друг от друга, пока не было Дианы. А теперь я перемешан и стал тестом.

Макс широко ухмыльнулся, звякнул бутылкой о бурбон графа.

— Крутой космический замес. — Сказал он, и Кристоф рассмеялся, в очередной раз заставляя мурашки бегать по спине Макса.

— Что-то типа того. И теперь я это я. Новое старое существо. — Кристоф на секунду замолчал, формулируя мысль. — Возвращаясь к твоему вопросу. Можно понять яйцо, поэтому на нем мы не останавливаемся. Гораздо сложнее понять муку, не так ли?