— Нет. О чем?

— Видите ли, ее светлость не хотела, чтобы Принц женился на Лили. Почему — не знаю. Возможно, она что-то о ней слышала. Вероятно, вы весьма ей не нравитесь.

— Почему вы говорите это мне?

— О, мне кажется, я об этом где-то слышала. Я не помню. Я ошибаюсь? Не важно. Совершенно не важно, что я говорю, не так ли?

— Наверняка Лили называла его «Джулиан», а не «Принц».

— Нет, она всегда называла его Принцем, как и все остальные. «Мой Принц». Я помню, ему не очень-то нравилось называться Принцем, но ему нравилось, как это слово произносила Лили. Я слышала, как он говорил об этом Лили, а потом прижал ее к стене и поцеловал. Три года назад мне исполнилось восемнадцать лет, и я спросила отца, можно ли мне поехать в Лондон на сезон. Может быть, сказала я ему, я тоже найду там своего принца. Но Лили умерла всего за два месяца до сезона, и Ричард сказал, что мы все должны оплакивать ее в ближайший год. Я думала, это глупо — ведь ношение черного не имеет никакого отношения к тоске, которую мы все испытывали, но мне не оставили выбора. Меня заставили носить черные платья. Я всегда ненавидела черное — я выгляжу в нем больной.

— И вы поехали в Лондон, когда вам исполнилось девятнадцать?

Лия видела в зеркале, как Вики заплетает ей волосы. Лия никогда не носила косы, даже в детстве. Ей всегда нравилось носить волосы распущенными, чтобы они развевались вокруг, когда она бежит. Она начала говорить, но Вики прервала ее:

— Нет, я решила, что хочу остаться здесь, в Корнуолле. Здесь мой дом. Я решила, что больше не хочу принца.

Вики продолжала заплетать косу, а Лия молча смотрела на нее.

— Но почему?

Вики пожала плечами:

— Ричард и отец верят, что Принц убил Лили. Яне знаю, что случилось, — никто не знает, хотя Ричард и клянется, что виноват Принц. Когда я нашла ее, я помню, как я ее поцеловала — и она была очень, очень холодной. Ужасно. Ее глаза смотрели на меня, но ее больше не было. Я помню, как я вытирала и вытирала свои губы, чтобы избавиться от этого холода. Нет. Если бы я отправилась в Лондон, я, может быть, тоже нашла бы принца, и он тоже убил бы меня, и я была бы мертва — как Лили.

— Вы не верите, что она убила себя или что у нее был любовник?

— О нет, у нее не было любовника. Или, точнее, его нельзя было назвать любовником.

— О чем вы говорите? — спросила Лия.

— Мне не нужен Лондон; мне не хочется притворяться тем, чем я не являюсь, или пытаться выставить себя лучше, чем я есть. Это наверняка так утомительно. Я счастлива и здесь, в Хардкросс-Мэноре. Мне только не хватает Лили. Но скоро у меня будете вы. Посмотрите на себя, Лия. Разве вы не выглядите прекрасно?

Лия уставилась на себя в зеркало, потом опустила взгляд на маленькую миниатюру Лили, лежащую на туалетном столике. Вики уложила ее волосы точно так же, как на картине, — в высокую, без свободных кудряшек, прическу. Суровую, слишком суровую. Но на Лили она суровой не казалась — напротив, придавала ей королевский вид. Словно у Принцессы.

Лия снова посмотрела в зеркало на Вики, улыбавшуюся, словно гордая мать, и поправлявшую ей волосы то там, то здесь.

— Вот, — сказала она и дала Лии пару маленьких жемчужных сережек. — Лили всегда носила эти сережки с этим платьем.

Не говоря ни слова, Лия вдела изящные серьги в уши и снова посмотрела на портрет давно мертвой Лили. Несмотря на светлые волосы и глаза, она выглядела слишком похожей на мертвую женщину и впервые почувствовала тревогу.

Она медленно повернулась на стуле.

— Что случилось с тетушкой Элейн? Она вернулась сюда, в Хардкросс-Мэнор?

— Да. Ее сын больше не хотел видеть ее в этом доме. Жалко. Она мне очень нравилась.

— Что вы имеете в виду? Что с ней случилось?

— О, разве я вам не сказала? Она подхватила воспаление легких и умерла. Я думаю, это было вскоре после смерти Лили. В мире так много смертей, вам не кажется? Я так рада, что не мертва.

Лия ошеломленно кивнула. Она не могла отвести взгляд от женщины в зеркале. Потом снова встретилась с ней глазами.

— Должно быть, Ричарду было очень больно думать, что его лучший друг убил его сестру.

Вики пожала плечами, выпустив небольшой локон из прически Лии и позволив ему опуститься на щеку. Потом, внимательно посмотрев в зеркало, она выпустила локон с другой стороны.

— Так ваше лицо выглядит мягче, но жалко, что вы не выглядите так же хорошо, как Лили, без кудряшек. Что Ричард на самом деле думал о Принце? Они были близки, думаю, но сердце Ричарда принадлежало Лили. — Вики наклонилась ближе. — Вы знаете, Ричард всегда считал Лили самой красивой в мире? И возможно, поэтому он и не позволял себе заглядываться на других леди? Но теперь появились вы. Вы у него первая.

Две женщины стояли на утесе, наблюдая за Джулианом и Девлином, спускавшимися по тропинке. Дождь прекратился, но земля все равно была скользкая.

— Это даже не тропка, — заметила Роксана. — Я боюсь, как бы Девлин не упал.

— Меня не волнует, есть у нас ружья или нет, — сказала Софи. — Эти мерзавцы, гнавшиеся за тобой, должны были бы уже понять, что им теперь до тебя не добраться.

Преследователи остановились в нерешительности, потом все трое повернулись и побежали обратно по песчаному берегу к поднимающейся тропе.