«С Элиансито все в порядке, – с облегчением вздохнул Хуан Мигель. – Слава богу!»

– Только одна шарлотка была отравлена! – ржал как лошадь Леонсио, обдавая брызгами своей слюны связанного отца мальчика. – Неужели ты думаешь, что мы бессердечные истуканы?! Твой парень в полной безопасности! И ты тоже! Теперь ты свободен от своих обязательств команданте!

– Фидель ни к чему меня не обязывал, – тихо произнес Хуан Мигель, внутренне казнив себя за измену. – Он просто мне поверил. А я его подвел.

– Он так ничего и не понял! Олух! – заорал Освальдо. – Ты теперь на Кубе такой же гусано, как и мы!

Гусанос, червяки, скользкие ползучие насекомые, которых скармливают рыбам истинные кукловоды, напоминающие жирных гусениц. Мохнатость, незамысловатые узоры и примитивный орнамент на кожице возвышают гусеницу над червяком, одновременно делая ее непригодной в качестве наживки на рыбу. Жирные существа толкают в мутную воду на верную смерть своих собратьев по виду. Жизнь червяка ничего не стоит. И ему не следует догадываться о своей незавидной участи. Но ирония судьбы, по сути, в том, что гусеница точно так же рождена ползать, как и презираемый ею червяк.

Хуан Мигель вдруг снова ощутил себя малюсенькой букашкой, как в метро. Вспомнил, как надвигался на него гудящий поезд. Тогда поезд показался ему огромной гусеницей из вагонов. Теперь он представлялся ужасным железным червяком, увеличивающимся в размерах с каждой поглощенной букашкой. И его только что пришлепнули, проглотили, превратили в частичку этого грязного существа, обреченного на вечное трение о собственное брюхо.

– Ты теперь враг народа, того народа, что лижет обе жопы братьев Кастро! – звенел в ушах противный голос бандита. – Ты даже не представляешь, какой это кайф – быть вне закона там и получать за это деньги здесь. Большие деньги. Не жалкие сантимо и сраные песо, которые не принимает никто, кроме Кастро. А настоящие доллары. Их ценят во всем мире. Знаешь, как выглядит пропуск в рай? Сейчас я тебе покажу. Парни, остановите тачку и выйдите покурить!

Водитель выполнил распоряжение командира, как только свернул вправо с оживленной Нью-Хэмпшир-авеню. Недолго попетляв в глухих переулках в районе Фогги Боттома, он нажал на педаль тормоза, припарковав инкассаторский броневик на обочине затерянного тупика. До Джорджтауна, где располагался бывший сельскохозяйственный филиал банка «Риггс», было рукой подать. Понятно, что чертов банк никого не интересовал изначально. Чуточку южнее, на Виргиния-авеню, находился отель злоумышленников. А значит, эта обочина являлась последней точкой их рискованного маршрута.

В салоне лежал большой пакет с пятью цивильными костюмами, приобретенными на распродаже в Тайсоновском Корнер Центре. В них троица боевиков и водитель планировали облачиться сразу по завершении дела. Они вернутся в «Свис-сотель» поодиночке. Так четверка не вызовет никаких подозрений даже у консьержа. При этом тачка, начиненная пластидом, взлетит на воздух, распылив следы, улики и реквизит преступления в виде униформы, оружия… и, если понадобится, мужчины средних лет, урожденного на Кубе.

Поступить так для Освальдо и его «бригады» было куда проще и быстрее, чем выполнить еще одно «деликатное» поручение сеньора Канозы. У мистера Орландо на сей счет имелись только ему одному понятные идеи, но босс погорячился, понадеявшись, что у его головорезов хватит мозгов убедить кубинского отца добровольно отказаться от убеждений.

Вот почему костюмов в пакете было пять. По этой же причине Каноза вручил своим псам кейс с двумя миллионами. Ничего не поделаешь. Ослушаться Канозу все равно что играть в шахматы с Касабланкой.

– Я сказал, всем выйти, и захлопни дверцу! – рявкнул он на копошащихся боевиков и водителя. Бойцы недовольно высыпали на улочку, зато с удовольствием задымили сигарами.

Перед глазами Хуана Мигеля открылся взявшийся из ниоткуда серебристый кейс с бесчисленными пачками стодолларовых купюр.

– Вот они – билеты в рай, – проникновенно начал Освальдо, и его зрачки забегали, помогая отвлекать своего носителя от искушения хозяйскими банкнотами. – Два миллиона долларов. Они могут стать твоими, и ты превратишься в реального богача. Сможешь позволить себе все, чего только пожелаешь. Устроишь сына в самую лучшую школу…

– Элиан учится в очень хорошей школе в Карденасе, – прервал своего похитителя Хуан Мигель.

– Ты что, тупой?! – завелся Освальдо Того. – Ладно, у меня есть еще пара минут. Но не испытывай мое терпение. По мне, ты уже отработанное сырье. Но вот мой босс так не считает. Он уверен, что ты еще пригодишься, и хочет с тобой дружить. И он предлагает тебе за дружбу целое состояние. За эти деньги можно получить кучу удовольствий и растянуть их на всю оставшуюся жизнь. Взамен придется пару раздать интервью и пару раз сфотографироваться в обнимку с твоим благодетелем. Босс опасается, что одного твоего заявления недостаточно. Интервью и фото! Всего и делов-то!