– Ярл!

Хельги вздрогнул.

– Да проснись же, прошу тебя.

Сквозь узкое, пробитое в стене окошко пробивался мертвенный свет луны. Магн провела рукой по лицу Хельги. Полностью одетая – что было на нее не похоже, – с кинжалом в правой руке.

– Я чувствую вокруг что-то неладное, ярл, – раздувая ноздри, тихо произнесла она. – И эта девчонка, Гита… она мне что-то совсем не нравится.

– Полно болтать пустое, Магн, – рассмеялся Хельги. – Мне так Гита нравится, а уж что касаемо Снорри… – Он еще громче захохотал, повалившись на ложе, и Магн стоило больших трудов успокоить смеющегося ярла. Девушка навалилась ему на грудь, закрывая рот руками, их взгляды неожиданно встретились… и Магн вдруг, вскрикнув, отпрянула. Кинжал выпал из ее руки и со звоном упал на мозаичный пол.

– Кажется, я страшно ошиблась… – прошептала девушка, и в глазах ее, темно-синих, как вечернее небо, вдруг загорелась тоска.

Пройдя по темному коридору, Гита остановилась напротив спальни Ирландца и Снорри. Обернувшись, подняла руку. Кому-то кивнула и, приложив палец к губам, на цыпочках подошла к двери.

– Снорри, – позвала она. – Иди сюда, мальчик мой.

Малыш вздрогнул – похоже, он вовсе не спал. Вскочил на ноги, узнавая голос, покосился на спящего мертвым сном Ирландца и, широко улыбаясь, толкнул дверь.

– Идем. – Гита взяла его за руку. – Там во дворе есть одно укромное место…

Они вышли во двор, освещаемый луною. Обернувшись, Снорри заметил вдруг какое-то шевеление в углу, за сараем. Потянулся к мечу. Но ловкие руки Гиты быстро расстегнули пояс.

– Помнишь, как тогда? – целуя юношу в шею, нежно прошептала она. – А ну, закрой глаза и подними руки… выше… вот так…

Гита пощекотала его под мышками, и Снорри тихонько засмеялся… почувствовав, как кто-то чрезвычайно сильный быстро зажал ему рот. А кто-то заломил руки за спину. А кто-то связал, сунул в рот кляп, накинул на голову мешок, словно барану или только что украденному поросенку. Мыча, он завертел головой, увы – силы были неравны.

– Один, – посмотрев на него, тихо сказала Гита, подмигивая толпившимся во дворе вооруженным людям, в которых опытный глаз тут же признал бы косматых завсегдатаев корчмы, в том числе и трех игроков в кости, включая того самого светло-русого парня с остреньким лисьим лицом. Парень вопросительно смотрел на Гиту, и на его физиономии явственно проступало выражение недоверчивого ожидания и досады.

– Успокойся, ты в доле, Ульва, – с насмешкой бросила ему девушка. – И говорить с отцом тоже придется тебе.

Ульва важно кивнул и довольно осклабился. Ну как же! Ну кому, как не ему?

Гита между тем снова махнула рукой и вошла внутрь корчмы.

– Да… – задержавшись, обернулась она. – Если ты хотел меня обдурить, Ульва, так я не дура!

– О чем ты, Гита? – деланно пожал плечами шулер.

– О ярле, – усмехнулась та. – Думаешь, не знаю, кого ловят по всей Мерсии?

Ульва обиженно сплюнул. И тут не повезло!

– Плюйся, не плюйся, а серебро, вырученное за ярла, – мое, ясно? И делиться им я ни с кем не собираюсь, разве что с этими. – Она кивнула на радостно потерших руки оборванцев. – Правда, ярла нужно будет еще взять… Хотя… – Она внимательно прислушалась к еле слышному звону, донесшемуся с улицы. – Похоже, это теперь не наша забота. Ульва! Быстро перепрыгни через ограду и проводи воинов внутрь, да проследи, чтоб не очень шумели. С узколицым мы легко справимся, а вот ярл – другое дело. Да еще та стриженая кошка, сдается мне – с ней тоже нужно держать ухо востро. Ну, готовы? Пошли…

Неслышно, словно рысь, Магн выскочила на шум – и была тут же спеленута сразу четырьмя воинами. Затем они вошли в спальню Ирландца. Там обошлось еще тише.

Двое других воинов, вооруженных мечами и палицами, деловито направились к распахнутой двери.

– Стойте! – еле успела их остановить Гита. – Во-первых, вас слишком мало для ярла, а во-вторых, вы еще его там пришибете ненароком. Плакало тогда наше серебришко! Давайте-ка лучше я… – Она плотоядно усмехнулась. – Войдете, когда позову, да смотрите тогда не теряйтесь!

Помахав рукой воинам, она тихо вошла в спальню, на ходу снимая тунику. Молодой ярл, не раздеваясь, спал, лежа на спине и широко раскинув руки. Обнаженный меч его лежал рядом.

Мягко, словно кошка, Гита улеглась рядом, тесно прижавшись голым животом к ярлу и убрав в сторону меч.

– Кто здесь? – тут же проснулся тот. Ищущая рукоять меча рука его наткнулась вдруг на горячее женское тело. – Магн?

Не говоря ни слова, Гита обвила шею ярла руками и, крепко поцеловав в губы, вдруг отпрянула, встав у самой двери. Свет луны выхватывал из полутьмы соблазнительное гибкое тело. Длинные темные волосы вьющейся копной падали вниз, почти до самых бедер, струясь по груди и плечами.

– Гита?! – изумился ярл. – Но как же…

– Тсс! – Девушка приложила палец к губам. – Иди же ко мне, иди…

Забыв обо всем, Хельги встал с ложа и, словно завороженный, двинулся к обнаженной нимфе. Та подалась вперед, и вот уже ярл сомкнул руки на ее талии, чувствуя, как нежно трепещет молодое, жаждущее любви тело.

– О, ярл… – смеясь, прошептала девушка, крепко обнимая Хельги и незаметно поворачивая его ближе к входной двери. – Подожди, я сниму с тебя пояс…

Разомкнув руки, Гита отстранилась от юноши… и неожиданным ударом вытолкнула его наружу.