– Он начал с поцелуев или сразу атаковал?

– О, были поцелуи. Их было огромное количество, а я глупо поощряла его, думая, что он действительно заботился обо мне. Это началось, когда мне было четырнадцать лет.

И этому чертову насильнику было…..сколько? Шестнадцать? Семнадцать? В любом случае, он был достаточно взрослым, чтобы понимать, что она была молоденькой и невинной девушкой.

– Когда он начал прикасаться к тебе?

– Прежде, чем мне исполнилось пятнадцать лет. Именно в то лето.

Она тяжело вздохнула, как-бы говоря тем самым Люку, что нужно сделать паузу. Он тихо стоял позади нее, лаская ее руки. На кончике его языка так и вертелось предложение, остановиться на этом моменте и продолжить разговор позже. Потому как его нервы уже были на пределе, а живот скрутило в тугой комок. Но он понимал, что вернуться к этому разговору будет для нее трудным и болезненным. Лучше, чтобы она выплеснула всю эту боль именно сейчас.

– Когда он стал себе позволять гораздо большее, чем поцелуи?

– Я узнала, что он спал с одной девочкой из его класса по английскому. Я была….столь глупа, и думала, что он когда-нибудь женится на мне. Я верила в сказки, и думала что он ждет только меня. Знаешь, чтобы повзрослеть наш первый раз должен быть совместным. Он сказал мне, что ему приходилось трахать других. Наши родители еще не знали о нас. Они бы спятили, если бы узнали. Поэтому Джошуа сказал, что специально притворяется перед отцом, что у него есть здоровый интерес к женскому полу.

– Подонок, - пробормотал Люк.

На самом деле, это слово было намного мягче, чем то, о котором он думал. Но он тем самым давал ей понять, что он сопереживает ей, а не кипит от ярости, от того, как этот подонок поступил с ней.

– Затем он сказал, что ему тяжело выдержать слишком долгое воздержание от секса, он нуждается в трахе, иначе давление убьет его.

Она усмехнулась.

– Я сказала ему проваливать, что я не хочу больше его видеть. Мы не общались неделями.

– И после этого, он стал проявлять свои насильственные качества?

– Да, сразу после начала второго курса, он пришел ко мне ночью, связал и сказал, что чувствует себя оскорбленным, ведь он прождал так долго, а взамен не получил ничего. А ведь он так хотел быть моим первым. Он даже зашел настолько далеко, что его собственный план был просчитан вплоть до моего шестнадцатилетия - момента, когда он собирался лишить меня невинности.

К горлу Люка подступила тошнота, как же ему хотелось стереть этого мудака с лица земли. Он был не жестоким человеком, но то, что тот сделал с ней, было….Непростительно.

– Мне жаль.

Он хотел сказать намного больше, но в данной ситуации слова ничего не значили. Ущерб уже нанесен. Он только надеялся, что сможет помочь ей пережить это.

– О Боже, как больно!

Ее тело задрожало, она обхватила себя руками.

– О-он взял меня всеми способами, которыми только было возможно.

Джошуа изнасиловал ее анально? Еще один гвоздь в крышку его гроба. Люк обнял ее с обеих сторон за бедра и посмотрел на отражение в зеркале ее склоненной головы. Он искал ее взгляд, суженые глаза, напряжение во всем теле и тонкое лицо.

– Сладкая, мне так жаль.

Он поцеловал ее в затылок. Он не доверял самому себе в этот момент. Слишком много жестоких намерений в отношении этого подонка посещали его мысли.

– К-когда все закончилось, я разрыдалась и у меня открылось кровотечение. Он рассердился и сказал, что его это не волнует. Что для него я была лишь очередной шлюхой.

Сжимая кулаки, она судорожно вздохнула.

– Я….я хотела убить его.

Люк очень хорошо понимал это желание.

– Оглядываясь назад, мне не следовало удивляться поведению Джошуа. Все признаки были налицо.

– Мой Бог, в таком возрасте, ты просто могла не распознать эти признаки. Ты ведь рассказала своим родителям об этом, верно?

Ее тело поникло, как будто она перестала бороться.

– Я рассказала своей матери.

Отмахиваясь от настойчивого желания поторопить ее с ответом, Люк ждал, рассматривая ее лицо с плотно сжатыми веками, ее попытки набраться храбрости перед очередной порцией воспоминаний.

– Она мне не поверила.

– Что за черт? Конечно, она могла видеть….Ведь все свидетельствовало об этом.