– А так как Джошуа знал, где ты, ты не могла там оставаться.

– Я накопила немного денег. Купила на них автобусный билет, сказала женщине за стойкой, что хочу туда, где тепло. Джошуа всегда смеялся над южанами, называл их тупой деревенщиной. Поэтому я подумала, что уехать на Юг будет хорошей идеей.

Она пожала плечами.

– Я приехала туда. Женщина, с которой я разговаривала какую-то часть поездки, пообещала мне, что стриптиз - прибыльное дело, почти настолько же, как и…

Она резко выдохнула.

– Я получила фальшивое удостоверение личности, чтобы смешаться с горожанами.

– Алисса - не твоё имя?

Она была для него только Алиссой. Он не мог представить, что называет ее другим именем.

– Это мое второе имя. Мое настоящее имя Линдси.

Оно не подходило ей. Линдси было именем для девочки. А эта женщина перед ним была крепкой, вышившей, заслуживающей имени с сексуальной ноткой, такого как Алисса. Она изумляла Люка своей силой, упорством, ее своим наплевательским отношением к смерти. Она прошла через адское пламя, и вышла на другой стороне, женщиной со стальным характером. Настолько же сильно, насколько он сопереживал ей - он гордился ей.

– Ну а потом я постучалась в двери “Сексуальных Сирен”, - сказала она. Тогда это место называлось иначе, но Маркесса, будучи сукой, все таки спасла мне жизнь. Она позволила мне жить в клубе, пока я не встану на ноги, к тому времени, как я не начну учиться и получу свой диплом об общем образовании. Ее парни держали местных подальше от меня. Я типа…выросла здесь.

Она вздрогнула.

– Я не возвращалась домой вплоть до маминых похорон. Я видела Джошуа на расстоянии. Он не заметил меня к счастью. И до сих пор не знает что стало со мной. Если бы он только догадался, я даже не представляю что бы тогда произошло.

Люк уже знал что бы он сделал с этим подонком, но Алиссе сейчас требовалось его понимание и участие, а не ярость. Он достанет этого козла совсем скоро и заставит его пожалеть обо всем, но этот момент предназначался только для его жены.

Чувство вины разрослось в нем, его поведение заставило ее испытать горечь и раскрыть ему свои секреты. С другой стороны, узнать всю историю целиком было лучшим событием, произошедшим с ними.

– Мне так жаль, что я расстроил тебя. Обвинял тебя. Напугал тебя.

И позволить самодовольной морде Тайлера забраться под кожу, когда он открыл дверь. Оглядываясь назад, Люк понимал, что ее телохранитель был влюблен в нее и возможно получал удовольствие от того, как Люк приходил к ложным выводам, мешая тем самым браку Алиссы. Он не мог уважать парня за это…но понимал его.

Она наклонила голову.

– Самое смешное, что ты единственный, кто обвинил меня. До тебя я никогда по настоящему не наслаждалась сексом. Я имею в виду, поначалу меня мучили плохие воспоминания. Когда я повзрослела и поняла, что случившееся не являлось моей ошибкой, а Джошуа был мусором, я попыталась сходить на свидание, заняться сексом. Ну, ты вообще-то знаешь об этом. Но всегда было…неудобно и как-то стыдно.

Она состроила гримаску.

– До тебя я никогда не испытывала оргазма. До тебя я никогда не связывала секс с конкретными людьми.

Она серьезно?! Люк потерял дар речи. Она никогда не получала удовольствия от сочной чувственной близости секса до него? Но как тогда она может хотеть этого с таким багажом ужасных воспоминаний за плечами? И как Тайлер достал ту фотографию? Она спала с ним за деньги? Нет, она бы не стала. Значит, Тайлер был ее экспериментом? Очевидно, она доверяла этому мужчине или приняла снотворное и заснула в его постели. Добился ли он от нее любви? Люк не знал. Все, что он знал это то, что не смотря на ее слова об отсутствии секса с этим мужчиной, Тайлер скорее всего является отцом ее будущего ребенка.

Какой бы не была причина ее отказа, они разберутся с этим позже.

Люк обхватил руками свою жену, которая расслабилась и откинулась на него. В безопасности, такая ценная, его. По крайней мере, хотя бы от части. Хотя бы сейчас.

Ему все еще предстояло выяснить кто запугивал ее. Пока что он думал, что это Тайлер, но…у того уже была тысяча возможностей навредить ей. Вместо этого он доставил ее к доктору, предоставил собственную кровать в ее распоряжение. Он точно не мог называться ее мужем, но все же хотел ее себе, с чего бы?

Питер находился в окружной тюрьме, когда проникли в дом. Кто остается? Примптон? Весь этот пугающий вандализм - его работа? Или тут замешан совсем другой человек?

Сжав руками свою жену, Люк приподнял ее и отнес на кровать, мягко положив на простыни.
– Отдыхай.

Она вцепилась в его руки.

– Останься со мной.

У него забрезжила надежда. Она хотела, чтобы он был рядом, хороший знак. Кивнув, Люк растянулся на кровати позади нее и начал поглаживать ее еще влажные волосы. Их взгляды встретились.