– А неоварвары? Говорят, что тебе довелось сталкиваться с ними. Что ты можешь сказать о них?

– Да, я с ними встречался – это верно, и то, что я для себя усвоил, можно выразить в нескольких словах. Они ненавидят нас и презирают.

– И почему?

– Пока их предки сражались с врагами человеческой расы, наши сидели в тылу, а потом отделились. Так они считают. Ведь можно было напрячь силы и прийти на помощь к сородичам? Да. Но тогдашние наши правители этого не сделали, и теперь орды варваров видят в нас врагов. Хотя какие они варвары? Отсталые люди, которых воспитала вечная битва. Ну а так-то у них есть компьютеры, оружие, автоматические заводы и ресурсы, которые дают им возможность бороздить просторы космоса и грабить пограничные планеты СКМ и НРИ.

– У варваров откат в прошлое продолжается – это подтверждается нашими разведчиками, а мы, наоборот, на подъеме.

– Возможно. Да вот только грань, которая разделяет нас и неоварваров, очень зыбкая.

– Ладно, спорить не станем. Продолжаем.

Интервью покатило по накатанной колее. Вопросы Сергиенко и мои ответы. Все уже обговорено заранее и построено в форме доверительной беседы. Это нормально.

Когда все закончилось, мы с журналистом пожали друг другу руки и расстались. Его съемочная бригада покинула дворцовый комплекс, а меня ожидал обед с императором и его нынешней супругой, которая в последнее время стала много себе позволять, и знающие люди поговаривали, что Ираиду Верден ждет участь большинства ее предшественниц. Развод и девичья фамилия, а затем курортный островок в тропическом поясе планеты и забвение. Правда сие или нет, кто знает? Но если дед решится на развод, то пойдет на это легко, ибо ему не привыкать. Впрочем, в свете последних событий (выбор наследника) это случится лишь в том случае, если преемником императора будет назначен кто-то из старших детей, а не младший Славко.

Местный служитель повел меня в трапезную, и на ходу я посмотрел в зеркало. Черный мундир без погон, короткая стрижка, на правом боку кобура с пистолетом, а на левом длинный кинжал. От тех людей, которые находились во дворце, я ничем не отличался, вот только погон нет, не положено. Можно, конечно, придумать нечто свое, эполеты там какие-нибудь, герб затейливый и униформу, но пока не хочется, да и некогда.

Двери передо мной распахивались, и вскоре я оказался в огромной трапезной. Высокие расписные потолки и широкие окна. По углам слуги в ливреях, а в центре длинный стол, во главе которого сидел дед. Больше никого, хотя я ожидал, что окажусь на семейном обеде.

– Проходи.

Дед кивнул на место рядом с собой, и я приблизился. Присел, оглядел богатый стол и самостоятельно налил себе куриного супчика. Император удовлетворенно кивнул, значит, я все делал правильно, а потом спросил:

– Как с Сергиенко пообщался?

– Неплохо. Вопросы стандартные, ответы тоже. Он профессионал.

Император помолчал, лениво ковырнул рекомендованную врачами кашку на козьем молоке, отодвинул тарелку и сказал:

– Когда я занял трон, то не уделял СМИ внимания, других забот хватало. Журналюги лишнего не болтали, и ладно. Но потом они стали проявлять излишнее любопытство, и доходило до того, что пара дураков попытались пролезть в мою спальню. Пришлось их казнить, а остальным сделать строгое внушение – частная жизнь императора для них закрыта. Однако народу интересна жизнь вышестоящих, так всегда было и так будет. Поэтому пришлось назначить придворного журналиста, не Сергиенко, а другого. Эх! Знал бы ты, какой вой стоял и какие деньги ему в карман совали, только бы он вынес из дворца что-нибудь эдакое, жареное, что касается меня или Семьи. И в итоге человек и выдержал.

– Он был казнен?

– Нет. Я отправил его подальше и отыскал Сергиенко, который со своим делом справляется.

– Понятно.

Я отправил в рот несколько ложек супа. Однако когда на тебя смотрит фактически чужой человек, это напрягает, и я почувствовал себя неуютно. Аппетита и так-то не было, а в процессе он совсем пропал, и я посмотрел на деда:

– Что-то не так?

– Нет. – Он усмехнулся. – Все в порядке. Просто мы второй раз встречаемся один на один, и я подумал, что у тебя есть ко мне вопросы. Но ты молчишь.

– Вопросы имеются. – Я кивнул. – Но сейчас не самый удачный момент.

– Другого может не представиться, так что спрашивай, пока мы одни.

Помолчав, я приложил к губам салфетку, а затем спросил деда:

– Зачем вы направили меня в рейд против сектантов, если я там был не нужен? И не надо говорить про месть – это версия для народа. Он любит подобные жесты и гордится лидером, который проявляет твердость и не оставляет своих врагов без наказания. Но для меня это мишура, и только.

Неожиданно император ударил раскрытой ладонью по столу, да так, что тарелки подскочили.

– Ты молод и оттого глуп, мой внук, и тебя воспитали наемники. Поэтому я сделаю на это скидку. Но запомни, что для нас, имперцев, месть – это не пустой звук. Врага необходимо дожимать. Всегда. И уничтожение последней базы сектантов – урок всем, кто захочет нанести нам подлый удар в спину. И месть не мишура, а краеугольный камень нашего выживания. Тебе это ясно?

– Да.

– Отлично. – Серый Лев взял бокал с каким-то фруктовым коктейлем, выпил его и продолжил: – Итак, ты задал вопрос, и я на него отвечу. Когда мы встретились впервые, то ты колебался, остаться тебе в империи или покинуть ее пределы. Это мне не понравилось, и по этой причине я решил привлечь тебя к делу. Ты получил задание и стал готовиться к его выполнению. Сделал все четко – я доволен, и теперь у тебя, внук, есть небольшая дружина и экипаж из имперцев. Эти люди, несмотря на твой возраст, доверяют тебе, а ты веришь им. Все хорошо, так и должно быть. Но это палка о двух концах, ибо вы повязаны, и теперь куда ты, туда и они. Вот тебе основа структуры, которую ты хочешь создать. И ты уже не захочешь покинуть империю, так как платформа для твоего развития здесь, и отныне ты часть системы.

– И что теперь? Куда вы желаете меня направить?

– Мы об этом уже говорили. Ты свободен в своем выборе. Говори, к чему у тебя сердце лежит.

– Я хотел бы стать вольным поисковиком в составе эскадры «Арго».

– Что же, это неплохой выбор, и я его одобряю. Гамильтон получит соответствующее распоряжение, но если ты станешь ему мешать, то он будет иметь право тебя отстранить. – Император слегка прищурился и спросил: – Кстати, что у тебя с Сашкой?

– Каким? – Я не сразу понял, о ком он говорит.