– С вами точно все в порядке? – поинтересовалась я.

– Не волнуйся, ничего со мной не случится. – Мисс Тервиллингер глотнула еще кофе, и вид у нее сделался задумчивый. – Я уже много лет не применяла заклинание-щит. И забыла, как много оно забирает сил.

Меня снова пронзила мысль о том, как мисс Тервиллингер заботится обо мне. И это невзирая на то, что с того самого момента, как она опознала во мне потенциального пользователя магии, я только и делала, что сопротивлялась ей и даже вела себя враждебно.

– Спасибо, – поблагодарила я мисс Тервиллингер. – За все. Жалко, что я не могу восполнить вам потерю сил.

Мисс Тервиллингер поставила чашку и помешала сахар.

– Я делаю это с радостью. Не нужно никакого вознаграждения. Хотя… когда все это закончится, я была бы очень рада, если бы ты встретилась с моим ковеном. Я не прошу тебя вступать в него, – поспешно добавила она. – Я зову просто поговорить. Мне кажется, «Стелле» покажется тебе очень интересным.

– «Стелле», – повторила я. Она никогда прежде не упоминала, как называется ее ковен. – «Звезды».

Мисс Тервиллингер кивнула.

– Да. У нас итальянские корни, хотя, как ты уже могла убедиться, наша магия берет начало во множестве культур.

Я не знала, что и сказать. Мисс Тервиллингер так заботится обо мне… ведь в этом нет ничего такого, чтобы просто поговорить с другими колдуньями, верно? Но если это пустяк, почему мне так страшно? Ответ пришел несколько секунд спустя. Разговор с другими, встреча с организацией переведет мою вовлеченность в магию на новый уровень. Мне потребовался немалый срок, чтобы примириться с той магией, которую я уже использую. Я преодолела некоторые из своих страхов, но в глубине души я рассматривала это как некую побочную деятельность. Хобби. Встреча с другими колдуньями изменит все. Мне придется внутренне принять, что я являюсь частью чего-то большего, чем происходящие время от времени любительские занятия. Встреча с ковеном – это нечто официальное. И я не знала, готова ли я считаться колдуньей.

– Я подумаю, – сказала я наконец. Мне хотелось бы ответить определеннее, но инстинкт самосохранения не давал.

– Я буду довольствоваться тем, что могу получить, – с мимолетной улыбкой отозвалась мисс Тервиллингер. У нее зазвонил телефон, и она опустила взгляд. – Кстати о «Стелле». Мне нужно поговорить с одной из сестер. Я буду ждать вас у машины.

Она допила кофе и вышла.

Мы с Адрианом последовали за ней несколько минут спустя. Мысли про ковен все еще не давали мне покоя, и я поймала Адриана за рукав, чтобы он притормозил, и негромко произнесла:

– Адриан, как я до этого докатилась? До того, что пытаюсь разоблачать алхимиков и посреди пустыни занимаюсь магией?

Прошлым летом, когда мы вместе с Розой находились в России, для меня была невыносима мысль, что придется спать в одной комнате с вампиршей. В моем сознании крутилось слишком много наставлений алхимиков, предостерегающих меня о зле, исходящем от вампиров. И вот теперь я в союзе с вампирами и усомнилась в алхимиках. Между этими девушками – в России и в Палм-Спрингсе – не было ничего общего.

Нет, в глубине души я все та же. Это так… потому что если это не так, то кто же я такая?

Адриан сочувственно улыбнулся мне.

– Я думаю, это кульминация. Дело в твоей любознательности. И в стремлении поступать правильно. Все это и привело тебя сюда. Я знаю, что алхимики учили тебя думать определенным образом, но в том, что ты делаешь сейчас, нет ничего дурного.

Я провела рукой по волосам.

– И все-таки, несмотря ни на что, я не могу заставить себя поговорить с ковеном мисс Тервиллингер.

– У тебя есть свои границы. – Адриан осторожно пригладил одну из моих своенравных прядей. – В этом нет ничего плохого.

– Маркус сказал бы, что это меня удерживает татуировка.

Адриан отдернул руку.

– Маркус много чего говорит.

– Я не думаю, что Маркус пытается меня обмануть. Он верит в свое дело, и я действительно беспокоюсь насчет контроля разума… но, честно говоря, трудно поверить, что меня контролируют, когда я тут творю такие вещи. – Я взмахнула рукой в сторону улицы, где сейчас находилась мисс Тервиллингер. – Алхимики убеждены, что магия дурна и противоестественна.

Адриан снова заулыбался.

– Если тебе от этого легче, могу тебя заверить, что ты выглядела очень естественно – там, в парке.

– Когда? Когда я швыряла огненные шары? – Я покачала головой. – В этом нет ничего естественного.

– Ты бы так не думала, если бы… ладно. Ты была… потрясающей, когда швыряла пламя, словно какая-то древняя богиня-воительница.

Я в раздражении отвернулась.

– Хватит надо мной потешаться!

Адриан поймал меня за руку и привлек к себе.