– Я тоже рад это слышать, Боунз. – Кирк заметно расслабился и поднял глаза на своего друга. – Серьезно… Спасибо тебе!

Не отвечая, Маккой кивнул ему и задумчиво закусил губу. Капитан готов был поклясться, что доктор по-прежнему испытывает гнев, вот только против кого – неизвестно. Против него или против коммодора?

– Ну и что ты теперь собираешься со всем этим делать? – спросил наконец Маккой. Вопрос был задан старому Кирку, а не тому задерганному капитану, который все эти два дня метался в мучительных поисках выхода из нелепой ситуации, в которой оказался во многом по собственной вине.

Теперь Кирк ясно видел свою цель и знал, как к ней идти.

– Во-первых, я принимаю ситуацию такой, какая она есть на данный момент. У Звездного флота есть веские причины, чтобы подозревать Спока в намерении совершить покушение на жизнь одного или даже всех ученых, находящихся на борту «Энтерпрайза». Правильно или нет, но это факт!

Во-вторых, мне необходимо узнать, почему вдруг возникли такие подозрения и существует ли действительно угроза кораблю и тем, кто на нем находится…

– И в-третьих…

– А это будет зависеть от того, виновен Спок или… не виновен!

Маккой серьезно кивнул и сказал:

– Трудно было принять такое решение!

– Это решение капитана, Боунз, и раз я его принял, оно будет единственно верным!

Для андорца, по мнению Миры Ромэйн, коммандер Фарл выглядел довольно бледно – почти под цвет тех стен, которые так ненавистны старине Сэлу.

– Что за чрезвычайное положение, капитан? – спросила она, входя в закрытую зону, и вдруг, будто споткнувшись, остановилась, изумленно озираясь по сторонам.

Обычно большая комната, в которой сейчас находилась Мира, использовалась как временный центр для разработки и проведения научных изысканий. Ученые, работавшие на Приме, могли найти здесь помещения для научных занятий, компьютерные консоли, лабораторные столы и любое другое необходимое оборудование, включая служебных роботов-помощников.

Однако Фарл и его сотрудники превратили закрытую зону С в нечто, очень похожее на укрепленный форт. В углу даже стояла двухместная полевая установка транспортации.

Фарл, увидев девушку, отошел от стола с разложенной на нем схемой центрального комплексного терминала, на которой Ромэйн заметила яркие красные треугольнички, обозначавшие расположение войск.

Мира была просто потрясена! Что тут вообще происходит?

Даже несмотря на свою антенну, ростом Фарл был сантиметров на десять ниже нее, а светлые доспехи, которые он одел, и маленькие полоски гралиевого меха, скрещенные на нагрудной панели в знак принадлежности к его роду, делаликоммандерапохожимна странное полумеханическое-получеловеческое существо.

Он остановился на расстоянии всего нескольких сантиметров от молодой женщины и посмотрел ей прямо в лицо. Для андориан не существовало понятия:

«личное пространство», но даже оказавшись совсем рядом с вооруженным человеком здесь, на мирной гражданской территории Прима Мемори, Ромэйн сохранила достаточно самообладания, чтобы заметить, что Фарл крепко расстроен и выглядит даже мрачнее, чем обычно выглядят все андориане.

– Боюсь, что положение очень серьезное, шеф, – сказал он тихим, сухим шепотом.

Ни то, что она увидела, ни то, что услышала, Мире не понравилось.

Солдатам, размещенным на Приме, разрешалось в гражданских зонах иметь только ручное оружие; для всех остальных военных забав у них был свой командный пост. Похоже, служба безопасности несколько увлеклась.

– Насколько оно серьезно? – спросила Ромэйн таким тоном, чтобы капитан понял, что ответ ей нужен прямо сейчас.

– Военная тайна. – У него еще хватило совести хоть принять обескураженный вид. Мира взорвалась:

– Я старший офицер Флота, Фарл, и…

– Но не в этом случае, – перебил ее коммандер. – Мне очень жаль, но теперь вы руководите только научным и админис-с-тративным перс-с-со-налом этой с-с-станции.

В это время на платформе транспортации материализовались еще два андорских солдата и быстро направились к столику с разложенными на них схемами.

– Фарл, – произнесла Ромэйн, стараясь говорить как можно убедительнее. – Я хорошо знаю инструкции, и единственный вид чрезвычайного положения, причины которого составляют военную тайну для старшего офицера научной станции – это, насколько я понимаю…