— Тоже придумал! — Вукс зло плюнул себе под ноги. — Ну, узнаем, ну, согласятся, а где нам тогда Брониславского брать, ты об этом подумал?

— Подумал! Ты что, забыл, как сам, еще тогда, хотел меня за Брониславского выставить?

— Ты что, сдурел?.. — начал было Вукс и вдруг, глянув в глаза Рыбчинского, осекся и, поджав губы, принялся задумчиво мурлыкать какой-то мотивчик…

Серый БМВ с Хюртгеном на переднем сидение и паном Казимиром, зажатым между двумя охранниками, на заднем, долго кружил по улицам и наконец остановился в неприметном дворе. Майора вывели из машины и приказали подниматься по лестнице. Очутившись в конце концов в самой обычной мещанской квартире, пан Казимир с удивлением огляделся. Охранники остались за дверью, а Хюртген зачем-то посмотрел из-за штор на улицу. Потом подошел к столику и поднял телефонную трубку. Выслушав, что ему говорили, Хюртген довольно улыбнулся и посмотрел на пана Казимира.

— Ну что, майор, поиграем?..

Пан Казимир угрюмо молчал. От тоски и безысходности ему хотелось выть на розовый абажур с пыльными кисточками. Тем временем Хюртген достал бинокль, повернулся к окну и решительно отдернул штору.

— Подойдите сюда!

Пан Казимир повиновался и, выглянув в окно, спросил:

— Что я должен делать?

— Пока смотреть… — ухмыльнулся Хюртген.

Между тем на улице появилось несколько прохожих. Пан Казимир начал к ним присматриваться и вдруг буквально прилип к окну.

— Ну, вот и ваш инженер Брониславский! — С той же ухмылкой Хюртген подал пану Казимиру бинокль. — Можете полюбоваться…

Пан Казимир судорожно прижал окуляры к глазам и замер. Там, за окном, в широкополой шляпе и мешковатом костюме, ступив с бордюра на мостовую, пересекал улицу наряженный Брониславским поручик Рыбчинский…

Внезапно где-то во дворе, за домом, вспыхнула перестрелка. «Брониславский» остановился, метнулся назад и вдруг ловко нырнул в ближайшую подворотню. Через полминуты оттуда выскочил щеголеватый молодой человек в клетчатых чулках, брюках гольф и спортивном пиджаке. Он на секунду замер, точным движением поправил пробор «а-ля фюрер» и заспешил прочь от опасного места. Еще через минуту, когда Рыбчинского и след простыл, на улице послышалась лающая команда, и немецкие солдаты оцепили дом…

Все это время пан Казимир не отрываясь следил за происходящим, а Хюртген, при звуке первых же выстрелов бросившийся к телефону, все еще лихорадочно стучал по рычагу. Наконец телефон отозвался. С минуту Хюртген напряженно слушал, потом швырнул трубку и бросился к окну. На улице немецкие солдаты безуспешно обыскивали дом и ближайшие подворотни…

Медленно, словно его это и не касалось, пан Казимир отошел на середину комнаты и, рухнув на стул, истерически захохотал. Смех пана Казимира буквально взбесил Хюртгена.

— Смеешся, унтерменш!.. Да я!!. Да я!!. Я!!!

Хюртген отскочил от окна и, сбив попавшийся по дороге стул, выхватил пистолет. Пан Казимир сразу оборвал смех и, не отрываясь, смотрел на черную точку дула. В его голове разлилась звенящая пустота, оставляя только бьющее молотками в виски: «Сейчас… Сейчас… Сейчас!..»

Хюртген почему-то не стрелял, а только суматошно метался по комнате. Внезапно, короткая как вспыщка мысль пронизала сознание пана Казимира, заставив майора криво, пересиливая самого себя, улыбнуться.

— У вас хорошая память, Хюртген?

— Что?.. Память? Прекрасная!

Вопрос сбил Хюртгена с толку, и он на секунду замер. Возникшей паузой мгновенно воспользовался пан Казимир и в наступившей тишине четко произнес:

— Зенит играет на арфе. 763/7… Запомнили?

— А-а-а! — зарычал немец. — Испугался! Это что, пароль?.. Куда?

На лице Хюртгена возникло выражение холодного превосходства, и, поняв, что немец клюнул, пан Казимир облегченно вздохнул.

— Это ваш личный шифр, герр Хюртген. Шифр, по которому в Цюрихском отделении «Банкгезельшафт» можно получить 2657 фунтов.

— Да-а?.. — удивленно протянул немец. — А за что?

— За службу в качестве платного агента английской разведки. За выполнение моих прямых указаний. За передачу союзникам важных сведений… — Пан Казимир провел рукой по лицу. — Можешь мне поверить, скотина, где надо, тобой заинтересуются!

Хюртген с полминуты оторопело смотрел на пана Казимира, потом сел и осклабился.

— Шантаж! Не хочешь подыхать, майор Вепш?

— Не хочу. — Пан Казимир прикрыл глаза. — А когда на первом допросе я тебя выдам, вот тогда ты вспомнишь пароль с Зенитом, потому что там, умеют развязывать языки. А самое смешное то, что, зная этот шифр, агент действительно может получить деньги, и тогда тебя вздернут, Хюртген.

До Хюртгена постепенно доходил жуткий смысл слов, сказанных паном Казимиром.

— Ну нет… — протянул немец, все еще не понимая, что попал в капкан. — Это твой шифр и твои деньги! Тебе не поверят…

— Почему? — пан Казимир пожал плечами. — А проверка? А служба у тебя? А сегоднешний прокол с Брониславским? Да за одно это тебя, дурака, отправят на Восточный фронт!

— Ловко… — Хюртген опустился на стул. — Только учти, никаких допросов не будет! Я сейчас просто-напросто застрелю тебя…