– Все, наконец-то!

Неожиданно налетевший резкий порыв ветра со звуком лопнувшей на гитаре струны сорвал растяжку, после чего вышка опасно накренилась и начала, неуклонно набирая скорость, падать на вздыбленный асфальт… и замерла на оставшемся страховочном фале, ежесекундно грозя рухнуть всей массой на землю.

Отчаянный вопль Сергея «Держи вышку!» заставил рабочих кинуться назад, подперев ее своими телами, и когда казалось, что самое страшное позади, вторая лопнувшая растяжка перехлестнула, как стальным кнутом, поперек тела одного из рабочих, буквально переломив его пополам. Осторожно опустив на асфальт злополучный ветряк, ребята подхватили раненого и быстро спустились в убежище. Все понимали, что его жизнь зависит даже не от минут, которые они потратят на доставку, а от секунд. Но когда раненого принесли к Изотову, врач, разведя руками, лишь констатировал смерть от множества травм, несовместимых с жизнью. В грудной клетке пострадавшего не осталось ни одного целого ребра, не говоря уже о том, во что превратились внутренние органы бедняги.

Ветер взял свою плату за самонадеянность людей. Теперь три ветряка возвышались над руинами завода, но пока не действовали. По настоянию Сергея в центре треугольника из мачт соорудили и установили флюгер для регулировки ветрогенераторов относительно ветра по его показаниям. В будущем Сергей обещал соорудить автоматическую саморегулировку. Протянув через вентиляционную шахту электрокабели, рабочие провели их по стенам убежища к распределительному щиту. Перед отключением дизелей максимально зарядили аккумуляторы, чтобы не оказаться в полной темноте даже на короткое время. И вот наступил ответственный момент. Ветряки сориентировали по ветру, лопасти уверенно рассекали воздух. Поворот рубильника – и убежище осветилось лампами дневного света на полную мощность. Теперь не надо трястись над каждой каплей горючего. Мощности трех ветрогенераторов хватало для подключения любого станка, электроинструмента, прибора. Цивилизация в полном объеме вернулась в богом забытый мирок убежища. С этого момента у жителей бункера появилась новая профессия: смотритель ветряных мельниц. В его обязанность входил ежедневный осмотр состояния ветрогенераторов, а также ориентация их по ветру и содержание стратегического объекта в образцовом порядке. Для защиты от животных, которые, как уже было понятно, выжили, решили обнести опоры-треноги забором из остатков сетки-рабицы. Несмотря на царящую вокруг разруху, приют выживших стал обретать видимость обжитого дома.

* * *

– Командир, лекарства нужны, – с этой фразой, жмурясь с непривычки от яркого света, врач шумно ввалился в комнату Виктора.

Оторвавшись от карты Смоленска (наверное, необходимость выхода назрела и идея уже висит в воздухе). Виктор указал на стул.

– Садись. Я так понимаю, сходить куда-то хочешь?

– Не куда-то, а в ближайшую аптеку, если что там от нее осталось.

– Согласен, идти надо, и не только в аптеку. Вот смотри. Если эпицентр взрыва был здесь, – он обвел рукой район Заднепровья, – то южная часть города должна уцелеть. Старая Поповка, она к нам ближе, в общем-то, в низине, и строения там невысокие, хотя, правда, панельные. Может быть, и устояли? А Киселевка, – он указал на южные кварталы города, – очень далеко, километрах в пятнадцати от взрыва, там разрушения вообще должны быть минимальны. Куда пойдем?

– Пойдем туда, где что-то найти можно и чтобы недалеко было, – резонно заметил Изотов.

– Значит, решение опять мне принимать? Умные вы все. Что тебе нужно для лазарета?

– Если кратенько, то все. Чем больше, тем лучше, – почесав затылок, ответил врач. – Там, в центре микрорайона, поликлиника есть… или была, – Максим наклонился над картой и, немного подумав, ткнул пальцем в точку где-то в центре листа. – В любом лечебном учреждении есть МЧС-укладки. Вот их бы найти. Там все есть, что мне нужно на первое время.

– А как они выглядят?

– Ящики такие здоровенные. Зеленого защитного цвета с маркировкой МЧС, штуки две или три.

– Так, три… – Виктор склонился над картой. – Тяжелые?

Максим молча кивнул в ответ. Виктор задумался.

– Значит, на эти ящики человек шесть надо брать. А что там?

– Да все: лекарства, инструментарий хирургический, противогазы даже есть. Все рассчитано для работы бригады из трех врачей и трех медсестер, на экстренный случай.

– Ладно, пойдем. А у меня эта выжившая собачка из головы не выходит. Сколько таких собачек сейчас по поверхности бегает? Да и уцелевшие люди, наверное, сейчас озверели не хуже тех псов. А у нас вон электричество, – он кивнул на ярко горящую лампу, – еда, вода чистая, «райские» условия жизни. А для защиты всего два автомата с одним цинком, да вот мой «макаров» с двумя обоймами.

– И что предлагаешь?

– Вот смотри, – он опять склонился над картой, – прямо перед входом в жилую зону, примерно в пятистах метрах от завода, отделение полиции, а точнее даже городское управление, прямо по пути в твою больницу.

– Поликлинику, – поправил его врач.

– Пускай, – отмахнулся он, – так вот, я хочу в тамошнюю оружейку заглянуть. Есть же там оружейная комната? Должна быть.

– А еще там на первом этаже есть комната регистрации оружия у граждан, я там ружье свое регистрировал.

– Ну и что? Это ты к чему?

– А то, картотеку эту надо забрать, тогда мы будем знать адреса, у кого какое оружие по домам.

Виктор посмотрел на врача с уважением:

– Голова. Хорошая идея. Одобряю.

Он встал и пошел к выходу, Изотов поднялся вместе с ним.

– Собираю группу, человек десять. Ты да я, уже два, еще восемь. Завтра выходим.

– Только в поликлинику сначала, затем в управление.

– А че так? – от неожиданности Виктор даже остановился.

– Лекарства нужны, – повторил врач фразу, с которой зашел в его комнату. – Считай это предчувствием, основанным на знаниях. И потом, мало тебе этого несчастного случая?

– Ладно, договорились, сначала в больницу, – согласился Виктор.

Команда собралась быстро. День закончился сбором снаряжения и обсуждением планов. Пришлось очень долго всем объяснять, почему первейшая цель больница. И только нарисованная мрачная картина ближайших перспектив, с демонстрацией индивидуальных дозиметров выходивших на поверхность, вернула всех к реальности. Будущее, исходя из описания медика, виделось нерадужным. Рассмотрев план маршрута, решили идти по улице, хотя это в два раза длиннее, чем через дворы, но меньший шанс наткнуться на непроходимый завал, да и обзор намного лучше. Выход назначили на девять утра.