Оглядевшись ошалевшим взглядом, старший выключил уже бесполезный фонарь.

* * *

Генераторный зал залило ярким светом едва горевших до этого плафонов, нескольких ламп взорвались, не выдержав резкого перепада напряжения, но все равно – света было столько, что глаза заслезились с непривычки. На балконе застыла одна из троек, которую явно застал врасплох неожиданный праздник блеска и красок. Не выдержав больше рези в глазах, Максим отвернулся от окна к Сергею, тот вернулся к компьютеру и снова что-то бодро набирал на клавиатуре.

– У меня тут две новости: одна плохая, другая так себе. С какой начать? – не отрываясь от монитора, произнес он.

– Давай, с какой начнешь.

– Я тут в компьютерной базе покопался и нашел схему этого сооружения. Так вот – мы не совсем под ТЭЦ, даже скорее совсем не под ТЭЦ. Мы в дамбе, а точнее, как выяснилось, в плотине, отделяющей водохранилище от реки. И выхода наверх здесь нет.

– Да, огорошил. Ну, а другая новость?

– А другая новость в том, что проход в нижние уровни станции все же есть, – он ткнул пальцем в монитор. – Вот переход.

– Что, опять туннель?! – разочарованно воскликнул Изотов.

– Ну как, туннель… Да нет, коридорчик метров триста. Но зато точно приведет нас по адресу. Это один комплекс.

– Тогда чего мы тут сидим, пошли всех собирать, а то они от усердия и желания наверх выбраться сейчас в озеро проковыряются.

* * *

– Василий, попал? – Алексей отстранился от прицела и повернул голову в сторону залегшего в соседнем окне напарника. Фраза, произнесенная вполголоса, приглушилась в завываниях неизвестно откуда взявшегося порыва ветра.

– А хрен его знает. Вроде, упал.

– Я так точно промазал – пуля в мешок ушла, – отозвался третий боец с оптикой с другой стороны. – Практики нет.

– Черт! – прильнув к резиновому наглазнику, капитан начал внимательно осматривать защитное сооружение из мешков. «Если кто и жив, так ведь не шелохнется, паразит». – Смотрите на крышу, если кто появится, стреляйте.

«Может, попал? Больно уж тихо». С этими мыслями Еремин продолжал изучать наваленные один на другой мешки, выискивая в немногочисленных просветах между ними хоть какие-то признаки жизни. Сосредоточившись на защитном барьере, он пропустил тот момент, когда стальная дверь за ним приоткрылась и в узкую щель мгновенно проскользнула человеческая фигура. Даже не надеясь попасть, практически не целясь, Алексей выстрелил в стремительно уменьшающийся просвет двери. Пуля, чиркнув по стальному косяку, выбила сноп искр.

– Ушел, гад. А мы его с салютом проводили. Сейчас начнется «праздник»! Каждый отслеживает свой сектор, по возможности помогаем друг другу. К бою!

* * *

Выстрелы, приглушенные стенами станции, не вызвали подозрения среди стоящих на посту перед воротами охранников. Мало ли что там хлопает, может, какой лист жестяной по крыше стучит на ветру. В этих развалинах что только не грохочет. Иногда кажется, что весь город играет какой-то скорбный реквием и отбивает своим метрономом тоскливый ритм. Только Приступа, находясь в оружейке, напрягся, услышав знакомый «голос» родной «плетки». Все-таки полтора года снайперка была его единственной верной подругой в этой страшной первой Чеченской кампании. Тогда он не верил никому – ни врагам, хотя они были, по крайней мере, честными в своих намерениях и ожидать от них милости в этой грязной войне не приходилось, ни отцам-командирам, которые могли предать и бросить, заботясь только о своих задницах и устойчивости звездочек на погонах. Он верил только ей, да своей твердой руке, точному глазу и быстрой реакции. Только это спасало его, но взяло взамен непомерную плату, изломав психику молодого парня, превратив его в опасного, безжалостного зверя. Он не мог ни с чем спутать этот звук. Но откуда здесь СВД?! Показалось, наверное? Стас замер, ожидая продолжения, а что оно будет, в этом уже нисколько не сомневался, и дальнейшее развитие событий не заставило себя долго ждать.

– Нападение! – громкий вопль ввалившегося в дверь охранника разнесся эхом по огромному помещению. Его окровавленная голова и явилась ярким доказательством нешуточности намерений противника. Пуля снайпера, пройдя по касательной, лишь сорвала лоскут кожи над ухом, не причинив какого-нибудь серьезного вреда. Боец был в шоке скорее от пережитого ужаса, чем от ранения. Не обращая внимания на сочащуюся по голове и шее кровь, он носился по узкой площадке, истерично извещая о грозящей всем опасности, чем сразу вызвал оживление среди находящихся внизу дозорных.

– Быстро же они оклемались! – скорее для себя с уважением произнес Стас и, высунувшись в дверь оружейки, крикнул не допускающим возражений голосом: – Свободным от охраны получить оружие! – и прибавил для ускорения действий подчиненных пару фраз, которые не принято использовать при дамах.

На шум из своих апартаментов вышел Древнев и пару минут наблюдал за истерикой бойца на нижнем уровне, после чего не спеша спустился к парню. Тот, бледный как сама смерть, с которой он недавно пообщался, перешел уже от причитаний к истеричному смеху.

– Оружие! – Сергей Сергеевич протянул руку к давящемуся от хохота бойцу. ЧОПовец все еще не мог справиться с собой, постоянно хихикал и прыскал, но взгляд его был отсутствующий, кровь продолжала медленно вытекать из раны, и это никак не вязалось с его безудержным весельем.

Дозорный с глупой улыбкой на окровавленном лице протянул «кедр» шефу, после чего получил тяжелый хук слева, откинувший его к самым ограждениям площадки. Сидя на железной рифленой поверхности, он ошалело озирался, пытаясь сфокусировать взгляд на начальнике.