После долгих споров патруль решили заманить под залп береговых баллист. Семь кораблей вместе с броненосцем спрятались за полуостровом. Была там скальная коса которая закрывала нас и от взглядов с моря. Два самых быстроходных разбойника отправились навстречу врагу. Двойка, как и было, оговорено показавшись на виду вражеской эскадры, рванула обратно в гавань. Тха-Рэ азартно бросились в погоню, но к нашему разочарованию в бухту никто не сунулся. Корабли противника заперли вход и легли в дрейф, ожидая чего-то. Обмениваясь информацией, мы думали, что предпринять. Атаковать основными силами при поддержке двух кораблей из гавани? Но так хотелось подловить хотя бы несколько гончих в бухте. Конец нашим сомнениям положил еще один флот. Семь кораблей, в том числе пять «гончих» и две «черепахи» двигались к полуострову со стороны Тха-Рэ. Было ли это пополнение или провороненный нами флот из Мараба, не суть важно. Судя по всему, у дикарей тоже есть какая-то связь между собой, и патруль изначально встречал «черепах». А теперь объединившись, они перекроют бухту или попытается пойти на штурм.

Семнадцать кораблей — это около двух тысяч бойцов. Нужно срочно перебазировать к гавани риттенский батальон и все отряды наемников иначе эта армия просто сметет малочисленный гарнизон порта и зайдет нашим войскам в тыл. Придется рискнуть и оставить белую стену под защитой лишь ополчения. Но есть ли у нас два дня? Ведь судя по всему, Тх-Рэ атакуют без страха и особых раздумий. Но положение спасла батарея. Дикари, не смотря на безумную отвагу, все же решили произвести разведку. Пара галер осторожно вошла в гавань. Батарея молчала. Следом сунула нос «черепаха». И тут вымуштрованные нами стрелки один за другим произвели залп. Семь баллист, тридцать пять дорогущих гранат дали нам три дня форы. Команду «черепахи» буквально выкосило осколками. Двойку разведчиков обстреляли из стрелометов, а потом взяли на абордаж. Потеряв одну пятую флота, Тха-Рэ вновь пали духом. Нужно сказать, что южане не были никогда сильны на море, да и удивителен был такой огромный флот, для этого, по сути, еще молодого государства. Южане никогда не дрались за морские просторы. Северные пираты и западные морские рыцари редко заходили к ним, так как обосновано считали, что добыча прискорбно мала, а потенциальная жертва чересчур сильна. Наверное, отсутствие опыта в буквальном смысле ввело адмирала Тха-Рэ в ступор. Но после трех дней стояния к «черепахе» пристала рыбацкая лодчонка, и дикари, снявшись с якорей атаковали.

К этому времени Рэнди возвел в местах удобных для высадки брустверы из поваленных пальм и бамбука. Часть пространства защищали наши традиционные телеги и передвижные щиты. Шипы, доски с гвоздями, врытые в землю колья густо усеивали побережье. За ограду Рэнди посадил ополчение, вооружив вчерашних крестьян и ремесленников арбалетами. Наиболее уязвимые места блокировали сотни риттенского батальона. Наши же наемники укрепили позиции батареи. Именно здесь Рэнди ждал основной удар Тха-Рэ.

Пять гончих на максимальной скорости рванули в горло бухты. Приберегая заряды, батарея сделала лишь два выстрела, немного проредив десант. Аборигены, проходя мимо скал, на которых стояли баллисты, высадили прямо в воду своих десантников. Воины без доспехов, но с шипами и копьями вплавь рванули к берегу. Тха-Рэ использовали магию, пловцы как будто оседлали буруны воды и на огромной скорости приближались к берегу. Тут свое слово сказали маги Риттена, лод Родерик усилил защиту батареи двумя своими чародеями. Те ударили чем-то непонятным, но эффект был не плох, почти все дикари скатились со своего удивительного транспорта и забарахтались в считанных шагах от берега. Неожиданная потеря скорости дала шанс стрелкам Рэнди. Дождь арбалетных болтов уполовинил необычный морской десант. Но оставшиеся воины, добравшись до берега, бросились врукопашную. Враг был куда как не плох, лишь отсутствие доспехов и наш численный перевес позволили победить. В рядах дикарей была пара воинов махавших копьями так же ладно как те монстры на Кубке Королей, но их удалось свалить числом и грубой силой.

Тем временем пятерка высадила оставшихся воинов на побережье. Дикари сделали две ошибки: первая — решили ударить сходу, без строя и без щитов, вторая — оставили корабли почти без присмотра. На посыпавшихся из кораблей Тха-Рэ, обрушился шквал стрел и болтов. Шипы, гвозди, и колья окончательно сбили темп, атака захлебнулось. В это время ожила пара разбойников до сих пор стоящая в гавани. Корабли выглядели давно покинутыми, а потому никто не обратил на них внимание. Датленцы преспокойно подошли к противнику и одним рывком завладели судами. Десант оказался на песчаном берегу между ощерившийся оружием крепостью и собственными плавсредствами, для возвращения, которых пришлось бы карабкаться на высокие борта, заполненные северными разбойниками. Аборигены сдались. Или это были не столь смелые вояки, или у команды кончились заветные листья?

Тем временем Торин отдал приказ атаковать флот. Снаружи оставалось немного ни мало — десять судов, в том числе мощная «черепаха». В нашем распоряжении было гораздо меньше кораблей и людей. Но первым в атаку бросился единственный козырь — броненосец. Судно, ворвавшись в ряды врага, стало бешено стрелять из всех орудий. Попытки сближения и абордажа оканчивались ничем. Стрелы и метательные копья бессильно отскакивали от деревянной брони. Смелые абордажники Тха-Рэ прыгали на усеянный шипами панцирь и скатывались прямо в море. Но больше всего противник страдал от картечи и ядер. В ужасе часть кораблей врага подалась в гавань, где уже были перезаряжены баллисты, а Рэнди добивал десант. Часть судов получила свою порцию ядер, а оставшихся взяли на абордаж сотни Родерика, погрозившиеся на трофейные корабли. «Черепаху» и остатки флотилии мы всемером взяли в плен. Ошеломленные эффективностью броненосца, Тха-Рэ сдались почти без боя.

Ошеломительная победа вскружила головы нашим командирам. Были призывы атаковать флот блокирующий Мараба. Но горячие головы пришлось остудить. Справиться с многочисленным противником удалось лишь благодаря удачному сочетанию нескольких факторов: в бою участвовала сухопутная батарея, десант встретила армия, сильно превосходящая его по численности, ну и полной неожиданностью был броненосец. В бою около Мараба можно было надеяться лишь на нашу плавучую батарею, а без всего остального еще более многочисленный флот Тха-Рэ, по прикидкам состоящий из трех десятков кораблей, был нам не по зубам. Но время работало против нас. Тха-Рэ очень скоро хватятся своего патруля, а следом нужно ждать ответных действий. Хорошо если дикари зайдут с моря, но изрядно потрепанный флот, наверное, с трудом справляется с задачей блокировки порта, а вот со стороны стены вполне можно было ждать карательной экспедиции. Еще не маловажным фактором успеха было то, что смогли перекинуть пехоту от Белой Стены к порту, но если за нас возьмутся с двух сторон, нам не выстоять. Обо всем этом удалось переговорить с наместником. Мараба увидели огромный потенциал в крепости на полуострове. Если оттянуть от города еще несколько тысяч осаждающих, блокада станет настолько уязвимой, что риттенский легион сможет создать локальное преимущество на любом удобном участке. А там глядишь, подоспеет долгожданная помощь из метрополии или Сиба решаться атаковать. В то же время были опасения, что непонятные аборигены получат еще войска из своих загадочных джунглей. Ведь вчерашние варвары, наверное, сильно удивили савахов. Вместо двадцати тысяч мечей у них оказалось — тридцать, если считать десант, вместо вчерашней кучки пиратских лодок появился громадный флот и самое главное технологии и материалы для постройки «черепах». Все это, если верить наместнику, произошло совершенно незаметно для разведки, и при этом очень и очень быстро.

Опять показалось, что за неприятностями Риттена отчетливо видны острые уши лесного народа. Такие дела по силам, а скорее по карману только мощной державе. Но никому из людей, гномов или орков не нужен юг. А вот эльфы давно просили в аренду часть этих территорий, вроде как намеревались выращивать какие-то растения, которым на родине не хватает тепла. Но остроухие получили официальный отказ. Анклав понимал, что колония эльфов на юге — это трасса через все земли людей от севера до моря, что не приемлемо как с точки зрения безопасности, так и элементарной логики. Лес не позволял, не только заходить на его территорию, но и контролировал, не принадлежащие ему земли вдоль пустоши, затрудняя торговлю между гномами, орками и людьми. Потому остальные по мере сил старались отвечать той же монетой. Вырисовывалась следующая картина: попытка захвата власти в Лароге, подкуп отдельных племен айвов, удар по Таленгару, дестабилизация ситуации в Вольных Баронствах и наконец, Тха-Рэ. Неужели эльфы так нуждаются в южных землях? Ну не будем ломать голову. Самое главное сейчас устоять. Аналитики савахов, скорее всего, уже давно сделали правильные выводы, а победы в Лароге и восстановление караванных путей между Таленгаром и Судахом через Вольные Баронства прямо указывают, что Риттен тоже держит руку на пульсе. Правда, юг, как наиболее отдаленный, похоже, проворонили. Сторонники Леса набрали немало силенок, и для победы над ними потребуется не один год. У нас накопилось много пленных, в том числе пару вождей Тха-Рэ, возможно беседа с ним подскажет нам, как быть дальше. Допрос провели на следующий день после сражения.

— Почему вы напали на нас?

— Торгаш, это наша земля. Еще сто лет назад наши охотники добывали зверя в этих лесах, а рыбаки брали рыбу из священного Темба. Мы не напали на вас, мы пришли домой.

— Это было давно. Я знаю, что Риттен купил Мараба у ваших вождей.

— Это так, но сделка с парой предателей ничего не решает.

— Значит, вы намерены отвоевать эти земли любой ценой?

— Да, если нам и дальше будут помогать Сильные.

— Сильные? Кто это?

— Небесные всадники. Я знаю тебя, ты доблестно дрался с ними на арене. Ходят даже слухи, что твои воины убили более сотни Сильных?