— Вам решать барон, но я бы предпочел перебить дикарей.

— Что же, давайте готовится, есть ощущение, что времени осталось совсем немного.

Несмотря на спешку, собирались долгих пять дней. С учетом трофейных кораблей удалось разместить всех рабочих и рабов. Часть имущества буксировали на плотах. Забрали весь инструмент, провизию, машины и баллисты. Взяли даже построенные хижины и брустверы, предварительно разобрав на блоки. Эти плоты буксировали рыбацкими лодками и частью судов Тха-Рэ. Родерик увел своих на четвертый день. Чтобы не привлекать лишнего внимания к Белой Стене его воины просочились несколькими группами. Противнику оставляли лишь голые стены. Огромный, отягощенный грузом флот вышел в море. Двигались чудовищно медленно. На кораблях царила ужасная теснота и скученность. Жара, влажность, запах пота и пищи делали путешествие невыносимым. Слава богам всех лошадей отдали Родерику, а свой немногочисленный скот пришлось забить на мясо. В принципе пока хватало запасов, но месяца через три-четыре вполне могла замаячить угроза голода. Но у нас были корабли и если сумеем освоить остров, то получим доступ к рынкам Сиба и Трорура. Семь кораблей во главе с броненосцем защищали наш морской караван. Но все обошлось без эксцессов. Удалось установить серию маяков на рифах, и после изматывающего перехода эскадра бросила якорь в бухте потерянного острова. Последние часы путешествия, до того как в дымке показались очертания нашего нового убежища, паника охватила даже бывалых моряков. Никто не заходил так далеко в открытое море, и многие боялись, что это путешествие в никуда. Но боги были на нашей стороне и впередсмотрящие дали долгожданный сигнал.

Покидая Длинный Язык, мы оставили два десятка отобранных Оглом разведчиков. Несмотря на то, что полуостров был невелик, удалось создать целую систему схронов в наиболее недоступных местах. В основном убежище спрятали оружие и продукты, достаточные для обеспечения сотни солдат на три-четыре месяца. Бункер имел выход в море, в котором спрятали пару вместительных лодок для экстренной эвакуации, плюс три источника воды, систему дымоходов и запас древесного угля, в общем, все чтобы разведчики могли передохнуть, приготовить горячую пищу и решить бытовые проблемы без оглядки на возможность быть обнаруженными. Помимо этого было еще три стационарных убежища с запасом продуктов на месяц. Каждый скрытый пункт имел несколько выходов и сеть оборудованных наблюдательных постов. Разведчики могли долгое время автономно жить в джунглях, менять место дислокации и быть мобильными даже при условии плотной охраны полуострова. Наши люди после получения сигнала о достижении эскадрой рифов и установки маяков, сняли артефакты со стационарного маяка и надежно спрятали. Среди них было несколько магов, которые в случае необходимости могли перезарядить маяки. В функции людей Огла входили сбор информации и самое главное подготовка возможности развертывания боевых групп на территории полуострова.

Как оказалось, решение покинуть крепость приняли вовремя. Развернувшиеся боевые действия вокруг Мараба отвлекли Тха-Рэ от полуострова, а сложившаяся ситуация вообще ставила крест на существование колонии Риттена на юге. Все началось с обнадеживающих новостей. К осажденным пришла долгожданная помощь. Две тысячи латников и пять сотен рыцарей лода Риоваля набрали в Вольнице пять тысяч наемников. Вольница — это слабозаселенная территория между Фирузом и южными провинциями. В силу неплодородности земель, опасной фауны, набегов Тха-Рэ и Сиба здесь почти не было поселений. Место это стало прибежищем авантюристов и бунтарей всех мастей. Пользуясь деньгами богатых купеческих домов метрополии, лод Риоваль увеличил свой отряд в три раза. Помимо этого армия Риттена сопровождала архимага Обо Благодушного. Обо — славился своим эксцентричностью, неуемной жаждой знаний и многочисленными чудачествами. На юг его привела любознательность. Патриарх хотел разобраться в секретах магии Тха-Рэ. Экспедиция была затеяна как научный поиск, но благодаря неудачному стечению обстоятельств превратилась в полноценную войсковую операцию. Престарелому Обо, если так можно говорить об архимагах, на тот момент было более пятисот лет. Выходец из семьи булочников, несмотря на радушие и доброту, обладал цепкой памятью, огромной физической и духовной силой и умением проявлять твердость в нужные моменты. Архимаг представлял школу огня, и говорят, его сил вполне хватало, чтобы сдержать атакующий легион. Но высший маг Риттена — это все равно, что авианесущий крейсер из мира Виктора. Такое супероружие никогда не ходило без сопровождения. Его свита — десяток наиболее способных учеников, каждый из которых сам был достаточно силен, плюс пять взводов охраны. Эти подразделения состояли каждый из десятка мечников, настоящих мечников окончивших школу боя, пятерки крепким магов-боевиков и еще десятка воинов разной специальности: стрелков, метателей молотов, копейщиков … Основным критерием отбора были: талант, боеспособность, умение наносить врагу максимальный урон. Ко всей этой рати прилагалась сотня гиордских наемников исполнявших роль караванщиков для досточтимого архимага и его свиты. Так что лод Риоваль из-за своего случайного попутчика усилился, чуть ли не втрое.

При такой внушительной поддержке вопрос снятия осады с Мараба считался уже решенным, тем более к отряду неожиданно присоединился батальон Родерика. Усиленная шестью сотнями легионеров армия сама по себе представлял грозную силу, но архимаг даже уравновешивал численное преимущество Тха-Рэ. Однако заговор на юге только набирал обороты. Вначале армия Риттена успешно ударила по пятитысячному отряду дикарей, блокирующему город с севера. Коробка латников вскрыла строй Тха-Рэ, как гурман вскрывает панцирь хорошо приготовленного лобстера. Осталось, разделась нежную плоть и у Риоваля имелись: отличный нож — пять сотен рыцарей, и вилка — батальон легионеров. Сверх того наемники отрядами по две с половиной тысяч копий блокировали любое вмешательство со стороны западного и восточного отрядов южан. Наместник Мараба вывел из крепости еще три батальона.

В это время Вольница нанесла предательский удар по своим нанимателям. Пять тысяч не менее диких, чем Тха-Рэ сухопутных пиратов ударили в тыл. Ничего не ожидавший батальон легионеров и рыцари в считанные мгновения потеряли более трети своих солдат. Положение отчасти спас архимаг, обрушив на коварных союзников шквал огня. Но тут показалось зарево над восточными стенами города. Объединенное двадцатитысячное войско Сиба и Тха-Рэ ринулось на штурм города. Единственной удачей этого дня был разгром северного отряда, который позволил остаткам отряда лода Риоваля и Архимагу с свитой присоединиться к защитникам города. Мараба был взят в плотную осаду объединенной сорокатысячной армией Тха-Рэ, Сиба и Вольницы. По всему выходило, что «всевидящие» свахи проморгали не только становление трех государств на юге, но и заключение им военного союза. Справедливости ради нужно сказать, что юг никогда не затрагивал интересы сильных мира сего. Отдаленный от других рас, слабозаселенный и небогатый он мало кого интересовался даже в человеческом анклаве, ни говоря уже об эльфах, орках или гномах. Но как оказалось, это было не совсем так. Сейчас, скорее всего, под чуткой рукой Леса, у Риттенского протектората под боком появился молодой и агрессивный противник. В который раз человечество вступало в смертельную схватку с самим собой. Судьба Мараба, а значит и всей колонии висела на волоске. Город обороняло менее чем десять тысяч воинов, и ждать помощи было неоткуда.

Остров освоили без особых проблем. Слава богам здесь не было ни опасных животных, ни демонов, ни каких либо аборигенов. Довольно большой, вытянутый с севера на восток неправильный овал изобиловал растительностью и дичью. Несколько ручьев, маленькая речушка и небольшое пресноводное озеро в центре. К нашей радости нашли огромное количество дикого сахарного тростника, рощи из каучуковых деревьев. Немало было коксовых пальм, манго, бананов, ананасов, и прочих фруктов. Партии охотников и собирателей уходили в джунгли, пополняя запасы еды. Около рифов была хорошая ловля, и рыбаки уже сушили жирную мясистую рыбу впрок. Не откладывая дела в долгий ящик, были разбиты плантации тростника, рощи каучука очистили от сорняков и бесполезных деревьев. Ремесленники стали строить цеха под будущее производство сахара. Мы монтировали пресса, запруживали речку и ставили водяные колеса. Было трудно начинать все сначала, но остров давал надежду на безопасность. Сразу по прибытии была установлена такая же, как на Длинном Языке система артефактов, после этого маяки с рифов были убраны. Теперь, чтобы найти нас, любому врагу потребовался бы либо архимаг, либо разгадка нашего секрета. Торин обследовал все рифы с северной стороны, у нас оказалось три подходящих места для установки маяков, это гарантировало навигацию к Длинному Языку, местам близ Мараба и Сиба. При этом понимая, что в хорошую погоду прилив будет нести корабли от острова к берегу. А залив полукругом охватывает остров с севера, можно было, немного рискуя выбирать северное направление и оказаться вблизи берега. На довольно длинный период экспедиция исчезла из мира. Никто не знал, куда делись поселенцы из Клонеля, но и мы были в неведении о судьбе Мараба и наших владений на материке.

Впервые месяцы был собран урожай дикого тростника. Разбитые плантации пока только набирали рост, но из собранного получилось огромное по этим меркам количество сахара. Коричневые, каменные головы ссыпали в бочки. К тому добавили каучук и немного сухофруктов. Товара хватило, чтобы под завязку заполнить четыре вместительных «торговца». Их, семь «морских разбойников» и броненосец было решено отправить в Трорур. Там часть «морских разбойников» и «торговцы» во главе доберут сухофруктов и отправятся в Датлен. Где караван встретит Огл и переправит на базу в Балх. Сахар нужно продавать в самой богатой столице мира, так снимем сливки с этого рынка и сделаем сильную рекламу для всех близлежащих королевств. А вот сухофрукты Огл переправит оркам и айвам, каучук уйдет Фатти тот, наверное, уже испытывает нехватку в сырье. Оставшиеся суда во главе с Торином должны будут набрать команды для трофейных кораблей Тха-Рэ, в последних сражениях нам удалось захватить две «черепахи» и десяток «гончих».

На острове пока построили лишь укрепленный лагерь. Несмотря на то, что имелась лишь одна удобная для порта гавань, враг при желании мог высадиться в добром десятке мест, а растягивать оборону имеющимися силами не было смысла. Лучшей защитой была изоляция и сохранение нашего секрета навигации. Скрипя сердцем, пришлось также построить два поселка вдали от центрального лагеря: первый около водяных колес на речке, второй — вблизи наибольшего скопления дикого тростника и удобных площадок для будущих плантаций. Несмотря на риски с безопасностью, так работа велась в разы эффективней.