Более популярный вариант.

Все то же самое, только просыпается не Рабинович, а Иван. И не жене кричит, а звонит по телефону приятелю: «Давай скорей ко мне с бутылкой. Закуска готова. Будем пировать и отмечать возвращение советской власти. Не иначе Сталин воскрес!»

Самый страшный сон питерских «демократов-либералов»:

Сталин и Ленин в лодке делают промеры глубин на Неве. Ленин кивает на Зимний дворец и говорит: «Коба, может, оставим их в покое и сразу поведем «Аврору» по Беломорско-Балтийскому в Москву?» Слышится ответ: «Мы не по Зимнему пальнем, мы навесным да беглым огнем, да по Смольному… С питерскими надо сначала разбираться в Питере, а потом в Москве».

Самый страшный сон российских «демократов-либералов»:

Генеральный секретарь ЦК КПСС, Председатель Совета Министров СССР И. В. Сталин выступает с отчетным докладом на будущем съезде партии и подвергает разносной критике руководителей областей, не выполнивших пятилетку.

Он говорит, что это, в первую очередь, Омская, Томская и Вашингтонская области…

Самый страшный сон всех СНГовских «демократов-либералов»:

Сталин приказал добровольно вернуть все приватизированное госимущество.

— Но это невозможно!

— А вы попытайтесь. Объясните им доходчиво, Лаврентий Павлович, что попытка — не пытка.

Самый страшный сон израильских «демократов-либералов»:

Арабы в буденовках завоевали Иерусалим и наладили выпечку мацы в виде сталинского силуэта.

Самый страшный сон сенаторов, конгрессменов, губернаторов и всей президентской рати США: они — заключенные тюрьмы в Гуантанамо, начальник тюрьмы — Сталин, охранники — афганские талибы, доставку кока-колы в камеры блокируют кубинцы, адвокатам вход воспрещен, письма женам можно отправлять только на арабском языке…

Во время агрессии США против корейского народа в 1950 году американские солдаты крайне нервно реагировали на некоторые явления фронтовой жизни. Крикнет кто-нибудь из них (естественно по-английски) «Гуки, сдавайтесь!», а в ответ услышит непонятное, но зычное [35] :

— И де ж ты бачив, говнюк, щоб корейски хлопцы сдавалися? А ну, робята, за ридну Корею та за батьку Сталина — упер-р-ред!

Впрочем, для янки все становилось понятным уже через минуту. Естественно, для тех, кто из них уцелевал.

С целью научного эксперимента в середине прошлого века были заморожены две группы подопытных граждан СССР и США. В них вошли верные сторонники тогдашнего советского и американского лидеров — Хрущева и Эйзенхауэра. Через несколько столетий обе группы благополучно разморозили. Эксперимент удался: все оказались живы-здоровы. Однако на следующий день пациентов хватила кондрашка. Бывших граждан СССР — от того, что в новостях сообщалось: на 120-м съезде КПСС подтвержден курс на всепланетное укрепление и развитие культа личности товарища Сталина. Бывших граждан США — от того, что они увидели в теленовостях самого товарища Сталина, который похвалил тружеников Оклахомщины, Мичиганщины и Примиссисипья, досрочно засыпавших в закрома коммунистической родины зерно нового урожая.

Сталин устраивает допрос советским и постсоветским лидерам:

— Что у вас случилось в отношениях с великим Китаем?

— Они разладились.

— Что у вас случилось с Венгрией, Чехословакией, Афганистаном?

— Они взбунтовались.

— Что у вас случилось с диктатурой пролетариата?

— Она уничтожена.

— Что у вас случилось с Чернобылем?

— Он взорвался.

— Что у вас случилось с социалистическим лагерем?

— Он разбежался.

— Что у вас случилось с державой?

— Она распалась.

— Что у вас случилось с международным авторитетом?

— Он потерялся.

— Что у вас случилось с Останкинской телебашней?

— Она загорелась.

— Что у вас случилось с подлодкой «Курск»?

— Она утонула.

— Что у вас случилось с орбитальной станцией «Мир»?

— Она упала.

— Что у вас случилось с рождаемостью?

— Она сократилась.

— Что у вас случилось с правоохранительными органами?

— Они разложились.

— Что у вас случилось с сельским хозяйством?

— Оно захирело.

— Что у вас случилось с экономикой?

— Она развалилась.

— Что у вас случилось с медициной?

— Она устарела.

— Что у вас случилось с образованием, наукой, культурой?

— Они деградировали.

— Что у вас случилось со справедливостью, гуманизмом, честностью?