Я еще не бежал, а чуть не свалился. Он издевается, да это же нереально. Расстояние примерно один-два километра. Пробежать двадцать километров ускорением? А он сам-то может? Что-то не верю.

— Э-э! я ведь уже бегал!

— Тогда была не тренировка. Это была проверка. Беги, давай!

И я побежал.

На втором километре я уже изрядно подустал и думал: когда же я отключусь? Сейчас моя скорость снизилась наполовину. Но тут я заметил: что-то не так. И моментально из-за деревьев вышла дюжина каких-то двуногих тварей. Гоблины какие-то, подумал я. И тут они сорвались и побежали на меня, размахивая дубинками в руках и брызгая слюной, издавая при этом безумный крик. Я и не успел подумать о чем-либо, ноги сами побежали до точки назначения. Странно, но, либо они тупые, либо так задумано, они гоняли меня между Айнером и деревом. Мозг на эти два часа отключился и я соображал не так, как всегда. Я со всей скорости бегал от этих тварей, на ходу уворачиваясь от летящих в меня дубин. Под конец я даже не чувствовал усталости и сразу стал дышать спокойно, хоть и бежал очень быстро. Мышцы перестали болеть.

Все, я прибежал. Точнее не так. Добежав последний круг, я со всей скорости упал на землю и прокатился по ней пару метров и вырубился.

Вскоре я очнулся, все еще лежав не земле.

— Кай, знаешь, что ты испытывал в конце, почему ты не уставал?

Я ничего не ответил, просто посмотрел на него.

— Ты преодолел свой предел.

Предел? Это, оказывается, так легко? Айнер будто прочитал мои мысли.

— Это совсем не просто. Однако у тебя был стимул: страх. А теперь, очухайся и садись.

Я очухался и сел.

— Сейчас объясню кое-что. Это поможет нам в тренировках.

— Нам?

— Нам, учитель тоже учится, как и ученик. Так вот, ты знаешь, что такое боль?

Что это за вопрос такой?

— Конечно, знаю, боль — это когда… больно…

Айнер поднял бровь.

— И что?

Я не мог объяснить такого простого вопроса, а ведь все сталкиваются с этим каждый день.

— Боль — это всего лишь сигнал. Соответственно, сигнал можно заглушить. Я научу тебя этому.

Перспектива быть берсерком мне по душе и продолжил слушать.

— А можешь объяснить, что значит: устали мышцы?

Я даже не стал пытаться, пусть сам старается, я отдохнуть хочу.

— Это тоже сигнал, только чуть другой. Смотри, в мышцах есть определенный резерв силы. А есть и дополнительный резерв, он используется, когда первый был исчерпан. Так вот, когда начальные мышцы устают, они посылают сигнал в мозг, мозг расшифровывает сигнал как боль. Поэтому нам кажется, что мышцы становятся ватными и нам трудно работать ими. Значит, его можно тоже заглушить. Преодолеть предел возможностей — это значит сделать больше, чем может выдержать твое тело и мышцы. Только так можно продвигаться в учении.

— А как проходит это преодоление?

— Ты сейчас пробежал около сорока километров. Твой предел был всего лишь десять! Ты продвинулся в беге сразу на четыре шага за раз!

О господи! Боль напомнила о себе. Я чувствовал каждую мышцу на ногах, даже те, о которых и не представлял. Я застонал.

— Но как я мог пробежать больше возможностей моего тела?!

— Это и называется внутренняя энергия!

— Не понятно…

— Ну смотри. Вот, допустим, я скажу тебе: отжиматься столько, сколько сможешь. Ты остановишься, допустим, на сотне. Скажешь, что больше не можешь. А если прикажешь сделать больше, то уже преодолеешь предел! После того, как ты сделаешь это, сможешь отжаться еще не одну сотню, даже не уставая!

— Ничего себе, это прямо как я сейчас бегал, да? В конце я даже не уставал!

— Ладно, продолжим тренировку. Встань.

Я попытался. Не смог, просто не смог.

— Я не могу, ноги не слушаются.

— Да? — он притронулся ко мне рукой. — А сейчас?

Боль мгновенно прошла.

— Что это было?!

Я уже должен был привыкнуть ко всяким чудесам, но он меня удивляет все больше и больше.

— Просто высвободил некоторое количество Ки. Оно временно заменило мышцы, так что сегодня ноги качать больше не будем.

До самого вечера он развивал мое тело: растяжку, мышцы, выносливость и тому подобное. На каждом тренажере я выходил за свои пределы. После каждого такого раза в голове теплело, и непонятно откуда приходила… радость, что ли? Айнер объяснял это загадочным словом: гормоны. Насколько я понял, гормоны мне будут необходимы. Потом еще рассказал о каких-то адреналинах и эндорфинах… В общем, день был насыщенный.

В конце тренировок я просто спал стоя, (научился как-то…) и, когда Айнер объявил сон, я вырубился, не успев понять это.

В этот раз мне ничего не снилось. Я валялся как убитый. Когда я проснулся, (а это было очень неприятно, потому что разбудили меня пинком в бок) я удивился, насколько быстрым был сон. Будто моргнул. Закрыл глаза — уснул. Открыл — проснулся. Я даже не менял позы во время сна. Как уснул: руки-ноги в разные стороны, так и проснулся.

— Э-эй!

Черт, мало ему. Пинал маленьких, а теперь еще и в ухо орет. Демон…

— Да встал я, встал. — Я чуть приподнялся, что бы он увидел и снова вырубился.