— Нет, с чего ты взял. Я буду продолжать тренировать тебя.

— Тогда зачем нам еще кто-то, ты устал?

— Нет, не надо делать поспешных выводов. Дослушай сначала.

— Я не могу тебя обучить владеть оружием. Я владею азами техник, но это только основы. Против нее я бы и минуты не выдержал с оружием.

— Против кого? — что-то смысл ускользал от меня…

— Мария, мастер оружия. Она будет тренировать тебя.

— Девушка? — не очень-то я верил, что девушка может что-либо противопоставить мне. Хотя, если так говорит Айнер…

Он проигнорировал мое высказывание.

— Айнер, а почему вы не тренировали меня с самого начала оружию?

— Мария тебе все объяснит, она мне сказала пока что тренировать тебя без нее. Потому что сейчас находится очень далеко и прибудет через три дня. А до этого будем тренироваться усиленно!

Мой маленький отдых закончился и тренировки продолжились. Опс, скорее, это надо называть «разминка». Подумаешь, три тысячи раз пресс, тысячу подтягивание на перекладине, (четыре подхода по двести пятьдесят раз) шесть тысяч отжимания, и десять тысяч приседаний… Это далеко не все… А после бег двадцать километров ускорением пять подходов. Всего лишь разминка. Интересно, а что будет на тренировке? Надеюсь, не умру.

Вскоре прошло трое суток и под вечер, перед сном, я пытался разговорить Айнера:

— Слушай.

— Мм?.. — он был уже в полудреме.

— А зачем ты стал путешественником?

Где-то с полминуты он не отвечал. Я уже подумал: он спит, но вдруг пошевелился:

— Там, откуда я пришел, люди стали бездушными. Я родился в эпоху, когда человек начал создавать… — он пытался подобрать слово, — механизмы, которые делали за него всю работу одним нажатием кнопки. Когда эти механизмы вышли в продажу, богатые люди купили себе их. А через некоторое время все, кто имел эти приспособления, смотрел свысока и презирал тех, кто все делал своими руками и головой. Через несколько лет началась война. Она уничтожила практически всех моих друзей. Оставалась малая группа повстанцев. Я один из них.

Я, по правде говоря, не ожидал услышать что-то подобное и был ошеломлен.

— А зачем ты тогда ушел оттуда, если вас и так осталось очень мало. Это ведь дезертирство?

— Это было последнее желание моих соотечественников. У меня был потенциал для того что бы набрать силу и прекратить эту войну. Я ушел и тренировался самостоятельно. Как видишь, не так уж и плохо.

— Но как ты собираешься это прекратить?

Он грустно вздохнул, видимо, вспоминая своих погибших товарищей и близких.

— Ты прав, сейчас даже я не справлюсь против такого количества врагов. Но у меня есть кое-какие идеи. Тебе, увы, я пока что сказать не могу. Дал клятву.

— Ясно. Но, разве вам не будет хуже от того, что вы ушли?

— В смысле?

— Ну, так как потенциальных врагов у тех… не знаю, как их зовут…

— Люди. Раса людей. — вовремя подсказал мне Айнер.

— Спасибо, так вот, так как врага нету, значит, они усилят свою оборону и оккупируют все земли.

Он усмехнулся:

— Наблюдательный, расчетливый, — похвалил он меня и продолжил: — Они не будут усиливать оборону. Они пойдут расследовать другие земли. Они ведь не знают, что больше не осталось повстанцев и будут искать их убежища.

— Почему они не знают этого? Разве они не могут разговорить пленников?

— У них нет пленников. — Голос его стал замогильным. — у них есть только трупы. Они ненавидят таких, как я. Ненавидят подвижный образ жизни.

— Получается, они ненавидят даже животных?

— Именно. За год до войны они начали истреблять их. Именно из-за этого остальные люди и стали повстанцами. Мы были против таких правил и не хотели жить сидя. Мы хотели жить и радоваться, а не быть похожими на те же бездушные механизмы, в кого начали превращаться люди.

— Вопрос, зачем им убивать всех животных? Чем они будут питаться?

— Они начали создавать искусственные продукты…

Мерзость. От сочетания этих двух слов меня перекосило. Как можно сделать мясо искусственно? Разве что отрезать от человека… Далеко не все понятно, но все равно пакость.

— Ясно. — Я, вроде, успокоился, но горечь во рту осталась. — Но как допустил это ваш император?

— Император? Ах, да. Он был не сторонним свидетелем. Он был именно тем, кто предложил эту идею внедрить. Понимаешь, как мне рассказывали близкие, он был молод, ему только-только исполнилось двадцать шесть лет. И, как многие молодые, он был за развитие.

— Молодым?! Я понимаю, что это наследственно, когда ты рождаешься в императорской семье, то тебя сразу нарекают законным будущим императором. Но куда делись всякого рода советники? Не верится…