Шрифт:
— Что-то «ура» кричать не хочется, — пробормотал Крутилин, почесывая в затылке. — Был бы ветер метров пятнадцать…
— Тогда бы и разговора этого не было, — усмехнулся Белов — А ты, Дима?
— Ты полетишь, Кузьмич, и я полечу, — ответил Жолудев. — Но, скажу тебе, шансов — кот наплакал…
— Ребята на Востоке загибаются, а ты — шансы… Когда связывался с «богом погоды»?
— С полчаса. Двадцать шесть метров, Кузьмич… Может, на полосу и вырулим, а что толку? И самолет и себя поломаем.
— Ну, пусть не пятнадцать метров, — подал голос Крутилин. — Хотя бы двадцати дождемся, Коля.
Белов встал, подошел к телефону, набрал номер.
— Ты, Петрович? Белов. Когда дашь погоду?.. Не знаешь, сукин ты сын? А знаешь, что Серега третьи сутки на связь не выходит? Не бог ты, а трепло!
Бешено швырнул трубку на рычаги.
— Докладывать погоду каждые полчаса. Всем ясно?
Пришла беда — открывай ворота
Проверили, для страховки еще раз зачистили контакты и клеммы.
— Пуск!
Дугин нажал на кнопку.
— Не срабатывает, — упавшим голосом сказал он.
— Вижу, не слепой. — Семенов обернулся к Филатову:— Тестор!
Филатов засуетился в поисках прибора. Все молчали.
— Проверить аккумуляторы!
Филатов склонился над первым аккумулятором, проверил на плюс и на минус все три банки. Стрелка на шкале тестера прыгала, фиксируясь на цифре 2.
— Порядок, Сергей Николаич, шесть вольт!
— Второй аккумулятор!
На этот раз Филатов возился долго, то и дело зачищал провода, встряхивал тестер.
— Чего копаешься? — не выдержал Дугин. — Давай мне.
— Копайся не копайся…— пробурчал Филатов, вставая. — На трех банках ноль — и все дела.
— Ноль?! — Семенов изменился в лице. — Что там, Дугин?
Дугин встал, с ненужной аккуратностью почистился от снега— Ничего больше не спрашивая, Семенов нагнулся над вторым аккумулятором и сорвал с него войлочный чехол. Выпрямился, тяжелым взглядом обвел обоих механиков.
— В Мирном проверяли аккумуляторы?
— А как же, Сергей Николаич, — торопливо откликнулся Филатов. — Не сомневайтесь, новенькие были, с иголочки.
— Ты сгружал?
— Я… Мы вместе с …
— Не ронял вот этот?
Филатов вздрогнул и медленно обернулся к Дугину. Тот недвижно стоял, вперив взгляд в аккумулятор.
— Ну? — резко напомнил Семенов.
— Не ронял я его, Сергей Николаич…
— Так почему же, — Семенов говорил тихо, а каждое слово врубалось хлыстом, — в его корпусе трещина? Вот она. Через нее из всех трех банок вытек электролит… Выкинуть эту рухлядь!
Семенов гневно пнул аккумулятор ногой.
— Погоди, Сергей, — спокойно и увещевающе произнес Гаранин. — Мы-то с Сашей не очень в этом деле… Вышел из строя аккумулятор? Ну и что? Свет на нем клином сошелся?
«Может, и сошелся», — взглядом ответил ему Семенов.
«Тем более нужно держаться достойно», — взглядом сказал Гаранин.
— Может, это я уронил, когда перетаскивал в дизельную, — виновато предположил Бармин. — Конечно, это, наверное, я.
На слова Бармина никто не обратил внимания.
— Чего вы на меня все смотрите? — вдруг взорвался Филатов. — Не ронял я его! Не ронял!
— Что ты Веня, тебя никто и не обвиняет, мягко сказал Гаранин. — Я уверен, что трещина могла образоваться от разницы температур. А, Сергей?
Семенов покачал головой, повернулся к дизелю и замер. Рядом стояли Бармин и Гаранин.
Филатов, которою будто что-то душило, сделал шаг к Дугину, рванул подшлемник. Дугин отшатнулся.
— Ах ты, сволочь . — сорванным шепотом. — Смолчал, сволочь…
— Дугин, — позвал Семенов, не оборачиваясь. — Готовь дизель к ручному запуску.
— Само собой, Ннколаич. — Дугин торопливо подошел к дизелю. — Сначала картер нужно лампой прогреть.
— Сколько тебе на это понадобится времени?
— С полчаса, не меньше, масло-то застыло.
— Какая сволочь!.. — Филатов, шатаясь, побрел к двери. Распахнул ее, содрогнулся в жестоких спазмах. Бармин быстро подошел, стал гладить его по спине.
— Да забудь ты про этот аккумулятор, черт с ним, — ласково, как ребенка, начал успокаивать он. — Идем, разведу тебе сгущенки, чайку пыпьешь…
— Наизнанку… всю душу…— чуть слышно простонал ФилатовСволочь… вот этими руками…
Бармин с тревогой прислушивался. К ним приблизился Гаранин.