— Как дела? — спросил Джимми.

— Все в порядке.

— Я так и думал, что ты зайдешь.

— Это дело меня доконает, — сказал он.

— Не дрейфь, дружище. — Они подняли бутылки и чокнулись ими. — Будем здоровы.

В одном углу бара за картами расположились полицейские из отдела защиты свидетелей, а сотрудники криминального отдела пили пиво в другом конце бара. Как всегда, женщин здесь не было, чему Энди был в высшей степени рад.

Глядя, как Джимми заглатывает пиво из бутылки, он произнес:

— Знаешь, я пытался убедить Кассандру, что пиво — это напиток, специально созданный для того, чтобы пить его прямо из бутылки. Думаешь, она меня слушала? Не-а.

— Ты прав. Только из бутылки.

— Вот именно. Здесь ведь все играет роль — и форма горлышка, и давление, с которым оно выливается. Пить из стакана — кощунство!

— Кощунство.

Какое-то мгновение они размышляли над этим простым научным фактом. Почему женщины его не понимали?

И тут Джимми задал неудачный вопрос:

— Ты видел ее? Кассандру?

— С прошлого вторника ни разу. И я бы предпочел оставить эту тему.

— Конечно, дружище. Кругом такие девочки, а? — Он покачал головой. — Эта Макейди хороша. Я тебе говорил, что видел ее фотографию в «Спортс иллюстрейтид»?

— Не шутишь? — Энди был решительно настроен найти экземпляр журнала.

— Нет, серьезно. Слушай, я бы не пропустил ее. Ты понимаешь, что я имею в виду? Классная девка.

Энди молча кивнул. Его так и подмывало признаться в том, что завтра вечером он с ней ужинает, но разглашение таких сведений было равносильно катастрофе. Свидания с ключевыми свидетелями были категорически запрещены.

А Джимми все говорил.

— Кстати, я получил дактилоскопический отчет. Несколько отпечатков пустых; возможно, принадлежат моделям. Но одно интересное имя все-таки всплыло.

— Надеюсь, ты не станешь испытывать мое терпение? — поторопил его Энди.

— Нет, — ответил Джимми, но делал обратное. Он явно наслаждался моментом, лениво потягивая пиво, потом долго облизывал губы и наконец продолжил: — Ну хорошо. Одна пара отпечатков проходит по нашей картотеке. Рик Филлс. Фотограф. Два года назад осужден за сексуальное насилие.

— И что он натворил?

— Одна птичка пришла к нему фотографироваться, а потом заявила — теперь слушай внимательнее, — что он привязал ее голую, сфотографировал, а потом отделал как положено. Сам он клялся на суде, что все происходило по взаимному согласию, и ему дали условный срок. Так что фотограф легко отделался, но теперь его отпечатки всплыли в квартире убитой. Я бы сказал, не повезло парню.

— Я хотел бы посмотреть эти отчеты.

— Думаю, это возможно.

— Нужно как следует проверить его, — сказал Энди. — Я хочу знать об этом парне все. Каждый доллар, который он истратил, каждый парковочный талон — все мне важно. Если он скрывается, я хочу знать почему.

— Завтра с утра займемся.

Энди уставился на него.

— Ну что не понятно? — Джимми повторил с выражением: — Завтра с утра займемся.

— Где отчеты?

— Черт. Я имею право сказать тебе «нет»?

— Где? — упрямо произнес Энди.

— В офисе.

Джимми покачал головой, когда они в унисон схватили свои пиджаки.

— Знаешь, Келли специально поставил меня работать в паре с тобой, чтобы немножко придерживать твою прыть.

Энди рассмеялся.

— Враки. Он сам мне сказал, что приставил тебя ко мне в последней попытке обучить азам профессии.

Они залпом допили остатки пива и пожелали Филу доброй ночи.

Утром следующего дня Энди цедил вторую чашку обжигающего черного кофе, когда в офис притащился Джимми.

— Добрый день, — сказал Энди, не поднимая глаз.

Джимми подошел к его столу и облокотился на него, словно на костыль.

— Ты негодяй. Кое-кому из нас не мешало бы выспаться.

Энди поднял вверх чашку кофе.

— Жизни невинных женщин города зависят сейчас от этого напитка.

— У кофеина тоже есть свой предел.

— Неудивительно, что тебя не взяли в группу быстрого реагирования.

— Я слишком умный для них, дружище, — произнес Джимми, который был известен своей неприязнью по отношению к коллегам из группы быстрого реагирования.