Эксперты нашли на микроволновке отпечатки пальцев Джулиана Каймера. Это он украл ключи у Джейми Килпатрика, поехал посреди ночи в «Гнездо глухаря», выбил окно и пробрался внутрь.

Зачем? Чтобы уничтожить самые скандальные улики. Ручное зеркало со следами кокаина и колготки, привязанные к столбикам кровати. Зачем? Затем, чтобы защитить, насколько это удастся, репутацию друга. Глупо, но в некотором роде благородно. С похищением микроволновки он явно перебрал. Расчет на то, что туповатый полицейский объяснит все это озорством подростков, которые решили проникнуть в пустой дом на авось… и сперли если не радиоаппаратуру (это всегда первый кандидат на кражу), то хоть микроволновку. Он вывез ее, а потом выбросил там, где ее нашел — какое совпадение — Алек Корби.

Да, Стил уже наверняка в Лондоне. Его магазин работал с наличкой, так что где-то у него точно было припрятано. И наверное, немало. Может, купил билет на самолет и сейчас в Хитроу или Гэтвике ждет вылета, а может быть, едет в поезде к побережью, а оттуда на катере — во Францию…

«Поезда, катера, самолеты…» [48]

— У кого-то, кажется, хорошее настроение.

Это был Брайан Холмс. Он стоял в дверях кабинета Ребуса. Ребус сидел, положив ноги на стол, закинув руки за голову.

— Можно войти? Или нужно заранее испрашивать разрешения, чтобы прикоснуться к краю одежды. [49]

— Ты мой край сюда не примешивай. Садись.

Холмс на полпути к стулу споткнулся о проплешину в линолеуме. Чтобы не упасть, он выставил вперед руки и ухватился за стол Ребуса. Его лицо оказалось в дюйме от одного из Ребусовых туфель.

— Да, — сказал Ребус, — разрешаю тебе их поцеловать.

Холмс выдавил нечто среднее между улыбкой и гримасой.

— Это место воистину проклято.

Он плюхнулся на стул.

— Осторожнее, у него ножка почти отломалась, — предупредил Ребус. — Есть какие-нибудь новости по Стилу?

— Похвастаться нечем. — Холмс помолчал. — Вообще нечем. Почему он не взял свою машину?

— Нам это прекрасно известно, не забывай. Мне казалось, что ты должен был составить список — все в мире марки машин, цвета и регистрационные номера. Ах да, я забыл: ты поручил эту работу какому-нибудь констеблю.

— А для чего это? — Ребус уставился на него. — Нет, серьезно. Я ведь всего лишь сержант, если вы не забыли. Мне никто ничего не сообщает. Лодердейл говорил еще туманнее, чем обычно.

— «БМВ» миссис Джек был припаркован на площадке перед телефонной будкой, — сообщил Ребус.

— Это мне известно.

— Как и другая машина. Свидетель сказал, что она, возможно, была голубого цвета. Но она оказалась зеленая.

— Да, кстати, — сказал Холмс. — Хотел у вас спросить: а чего она там ждала?

— Кто?

— Миссис Джек. На этой площадке. Почему она никуда не уехала?

Пока Ребус обдумывал этот вопрос, Холмс задал другой:

— И что с машиной мистера Джека?

Ребус вздохнул:

— А что с ней?

— Я ее не очень хорошо разглядел тем вечером, когда вы меня туда завезли… ну, то есть она была в гараже, а дом был освещен спереди и сзади, но не сбоку. А вы сказали, чтобы я там порассмотрел. Боковая дверь в гараж была открыта, ну я и вошел. Там было слишком темно, а выключатель я не нашел…

— Господи Иисусе, Брайан, да говори уже!

— Нет, я только хотел спросить: как насчет той машины, что стояла в гараже Джека? Она была голубая. По крайней мере я думаю, что она была голубая.

Теперь Ребус потер виски.

— Она белая, — медленно проговорил он. — У него белый «сааб».

Но Холмс отрицательно качал головой.

— Голубая, — сказал он. — Она не могла быть белой, потому что была голубой. И это был «эскорт», определенно «эскорт».

Ребус перестал тереть виски.

— Что?

— На пассажирском сиденье что-то лежало. Я глянул через боковое окно. Печатные рекламки, какие дают к прокатным машинам. Всякое такое. Да, чем больше я об этом думаю, тем яснее вижу. Голубой «форд-эскорт». И что бы там еще ни находилось, для «сааба» в гараже места просто не было…

К чертям куриного топтуна, гордого петуха Севера, к чертям ищейку. Теперь испуганный, трусливый пес, поджатый хвост между ног… Ребус повел Холмса к Уотсону, а Уотсон вызвал Лодердейла.

— Мне казалось, — обратился Лодердейл к Ребусу, — ты говорил, что у мистера Джека белая машина?

— Белая и есть, сэр.

— Ты уверен, что та машина была взята напрокат? — спросил Уотсон у Холмса.

Холмс задумался на несколько секунд, потом кивнул. Это было серьезно. Он находился там, где всегда хотел быть — в эпицентре событий, — но понимал, что достаточно одной ошибки, самой малой, и он полетит ко всем чертям.