Подойдя, Сальватор склонился над графом. Не слыша звуков его дыхания, он приложил руку к груди. Граф не дышал: пуля пробила ему сердце!

– Господь, прими его душу! – сказал он философски и выпрямился.

Вернувшись к принцессе, он коротко сообщил:

– Он мертв!

Регина опустила голову.

В этот момент между ними, словно из-под земли, вырос высокого роста человек. Скрестив руки на груди, он, пристально глядя на комиссионера и на молодую женщину, сурово спросил:

– Что здесь происходит?

– Отец! – вскричала принцесса, испуганная его внезапным появлением.

– Господин маршал! – произнес Сальватор с поклоном.

Действительно, это был маршал де Ламот-Удан.

Всю предыдущую ночь никто в доме не сомкнул глаз.

Даже два выстрела, раздавшиеся почти рядом с домом, не смогли разбудить смертельно уставших слуг.

В доме не спал один только маршал.

Услышав эти два выстрела, он вздрогнул и устремился в парк, откуда, по его мнению, они донеслись.

И с удивлением увидел в такой час и в такой холод принцессу Регину наедине с комиссионером.

Свое удивление увиденным он смог выразить только этими словами:

– Что здесь происходит?

Принцесса молчала.

Сальватор шагнул к маршалу и, поклонившись во второй раз, сказал:

– Если господин маршал пожелает выслушать меня, я объясню, что только что произошло.

– Говорите, мсье, – сурово произнес маршал. – Хотя я спрашиваю не вас и мне по меньшей мере странно видеть вас в моем саду в такой час с госпожой принцессой.

– Отец, – воскликнула молодая женщина, – сейчас вы все узнаете. Но прошу вас прежде поверить, что не произошло ничего, что заставило бы вас краснеть.

– Говорите же кто-нибудь, – сказал господин де Ламот-Удан.

– С вашего разрешения, господин маршал, я позволю себе объяснить вам все.

– Хорошо, мсье, – сказал маршал, – но поторопитесь. А вначале позвольте мне узнать, с кем я имею честь говорить.

– Мое имя Конрад де Вальженез.

– Вы?.. – воскликнул господин де Ламот-Удан, уставившись на молодого человека.

– Да, господин маршал, – ответил Сальватор.

– В такой одежде? – спросил господин де Ламот-Удан, разглядывая куртку и бархатные штаны комиссионера.

– Я постараюсь положить конец вашему удивлению, но в другой обстановке, господин маршал. А пока соблаговолите поверить госпоже принцессе, которая давно уже меня знает.

Маршал повернулся к молодой женщине и вопросительно на нее посмотрел.

– Отец, – сказала Регина, – я представляю вам господина Конрада де Вальженеза, самого доброго и благородного человека из тех, кого я знаю. Кроме вас, конечно.

– Тогда рассказывайте, мсье, – произнес старик, снова повернувшись к Сальватору.

– Господин маршал, – сказал тот, – один из моих друзей по приказу господина графа Рапта был приглашен на встречу сюда, в этот парк, к десяти часам. Поскольку мой друг отсутствует, вместо него пришел я. Но прежде чем прийти, я по некоторым признакам, которые хорошо известны госпоже принцессе, заподозрил, что здесь готовится ловушка. Поэтому, отправляясь сюда, я захватил пистолет.

– Но кому господин Рапт мог приказать прийти сюда? – перебил его господин де Ламот-Удан.

– Человеку, господин маршал, который не мог заподозрить ловушку и усомниться в честности графа.

– Это я, отец, – живо сказала принцесса Регина, – под нажимом и угрозой насилия велела господину Петрюсу Эрбелю явиться сюда сегодня вечером. Граф не сказал мне, зачем ему это было нужно.

– А действительно, зачем? – спросил маршал.

– Я тоже этого не знала до самого последнего момента. Теперь знаю, отец: граф решил убить его.

– О! – взволнованно произнес старик.

– Итак, я пришел, – снова заговорил Сальватор, – на условленное место вместо моего друга Петрюса. Едва я вошел в парк через специально открытую калитку, как в грудь меня ударила пуля из пистолета, пущенная каким-то человеком, который скрывался во мраке. Но пуля попала в мой медальон комиссионера. Поскольку я был вооружен, то, опасаясь нового выстрела, я опередил нападавшего и выстрелил сам.

– И этот человек… – спросил господин де Ламот-Удан в неописуемой тревоге, – этот человек?..

– Я не знал, кто был этот человек, господин маршал. Но госпожа принцесса, опасавшаяся, как и я, ловушки, стояла за кустом для того, чтобы все видеть и не допустить того, что произошло, сказала мне, что этим человеком был граф Рапт.

– Он! – глухо прошептал господин де Ламот-Удан.

– Он самый, господин маршал. Я был почти уверен в том, что это был именно он.

– Он! – повторил старик с возрастающей яростью.