–  Мне это не нравится, так и знайте!
– объявил он, приблизив свое лицо к ее лицу.
– То, что произошло у нас с Элейн, касается только нас, и никто не имеет права вмешиваться, и я не позволю вам и никому другому смеяться над ней.

Карен выпрямилась во весь свой рост и приказала себе успокоиться, иначе она упадет на кровать и расплачется. Что ей за дело, если Макаллистер Таггерт влюблен в женщину, которая делает из него всеобщее посмешище!

–  Конечно, мистер Таггерт, - сказала она сухо и повернулась, чтобы уйти из комнаты.

Но Мак схватил ее, прижал к стене и начал жадно целовать. Какой-то миг Карен из гордости сопротивлялась, но очень скоро сама еще теснее прильнула к нему, запустила одну руку в его волосы, а пальцами другой впилась ему в спину.

–  Я вас ненавижу, - успела объявить она, пока он целовал ее в шею, а его руки путешествовали по всему ее телу.

–  Знаю. Ты так же ненавидишь меня, как я тебя Как это случилось, она не могла понять даже потом, но только что, одетые, они целовались у стены и вдруг, уже голые, извивались на кровати. Карен жила в воздержании больше двух лет, и ей это удавалось лишь потому, что она подавляла все плотские желания. Но злость на Мака и радость от его неожиданных ласк, это странное сочетание противоположностей, заставили ее вспыхнуть огнем и дать себе волю.

Все произошло очень быстро, но в те короткие мгновения настольная лампа успела с грохотом свалиться на пол, Карен упала с кровати, и Мак поднял ее, так что ее ноги оказались на полу, а спина на кровати.

Мак оказался достойным противником, и его страсть не уступала ее собственной; он с силой вошел в нее, но потом смягчил напор, прижавшись губами к ее губам, чтобы заглушить ее стон.

Когда Мак уже был внутри, Карен обхватила его ногами и как можно теснее прижала к себе, словно опасаясь, что он может вырваться, при этом сердце ее стучало так сильно, что почти выскакивало из груди, а дыхание было хриплым и прерывистым.

Прошло несколько минут, прежде чем она вновь обрела способность ясно мыслить, а также чувствовать смущение и стыд. Что он о ней подумает? Бедная, необразованная, неприметная секретарша, готовая на все ради своего босса.

–  Пожалуйста, - попросила она, - дайте мне встать. Мак медленно поднял голову и посмотрел на нее, а когда она отвернулась, он взял ее за подбородок и снова повернул к себе, чтобы видеть ее глаза.

–  Что такое?
– спросил он шутливо.
– Неужели моя бесстрашная противница страдает застенчивостью?

–  Я хочу встать, - повторила Карен, глядя в сторону. Но Мак не отпустил ее, он переместился вместе с ней с края кровати на середину, накрыл ее своим большим обнаженным телом, а сверху еще и одеялом и спросил:

–  А теперь скажи мне: что случилось?

Карен почувствовала, что у нее вновь начинают путаться мысли, потому что это скрытное объятие показалось ей более неприличным, чем то, что они только что совершили.

–  Вы… я… - попыталась она заговорить, но связной речи не получилось.

–  Мы занимались любовью, - уточнил Мак и поцеловал ее в макушку.
– Похоже, я ждал этого момента целые годы.

–  Вы узнали о моем существовании всего несколько дней назад.

–  Верно, но эти дни для меня равнялись годам. Она попыталась оттолкнуть его, но он крепко держал ее в объятиях.

–  Я не отпущу тебя, пока ты не скажешь мне, что случилось.

–  И вы еще спрашиваете, что случилось?
– произнесла она с чувством, отталкивая его.
– Я одна из ваших секретарш, я никто, вы мой босс, и вы… вы…

–  Что я?

–  А то, что вы влюблены в Элейн!
– вырвалось у нее. Ей больше нечего было терять, и так все уже было потеряно.

К ее величайшему возмущению, Мак еще теснее прижался к ней и при этом тихо посмеивался.

–  Ой! Это зачем?
– воскликнул он, когда Карен изо всех сил ущипнула его.

На этот раз ей почти удалось вырваться, но он сумел поймать ее в самый последний момент.

–  Я не одна из ваших послушных куколок, и мне не нужны ваши деньги, так и запомните, - вскипела Карен.
– Мне ничего не нужно от вас лично, мне ничего не нужно от вас на работе. Ничего. Я даже не хочу вас видеть… - в этом месте ее монолог был прерван поцелуем, - еще раз… - докончила она.

–  С удовольствием, - откликнулся Мак, делая вид, что не понимает.

Но когда его рука легла ей на грудь и Карен вновь почувствовала желание, а также ощутила, что это желание испытывает и он, она решительно высвободилась из его объятий. Она не стала вскакивать с кровати, а посмотрела ему в глаза и твердо сказала «нет».

–  Хорошо, - согласился он, убирая руки с ее тела.
– А теперь скажи мне, что тебя беспокоит. Только, пожалуйста. никуда не уходи. Ладно?

Карен отодвинулась подальше, чтобы не касаться его, и закрылась одеялом.