– Ага, – сказал Корнеев. – Сейчас, через полчаса выезжаю.

– Счастливого пути! – помедлив, сказал адвокат.

Корнеев положил трубку и незрячими глазами оглядел комнату. Жена сидела в кресле, закинув ногу на ногу, и снова смолила сигарету. Глаза ее с ненавистью сверлили Корнеева.

– Меня ты не можешь, выходит, взять! – звучно сказала она. – А кого же ты с собой, интересно, берешь?

– Дура! – раздраженно ответил Корнеев. – Я беру с собой адвоката. Это деловая поездка. Тебе какая разница? Живи тут в свое удовольствие! Я тебе оставляю квартиру, машину, деньги! На хрена тебе этот Париж?

– А тебе он на хрена? – с вызовом спросила жена.

– Я тебе еще раз объясняю, – захрипел Корнеев, кипя от злости. – Я еду туда по делам!.. И не подставляй меня! Меня и так уже подставили! Кореша, чтоб им… Перестань психовать!

– Что я, не понимаю, с какой целью ты едешь? – презрительно заявила оскорбленная супруга. – Деловые поездки не происходят внезапно! Ты собираешься потрахаться – в Париже, с шиком!

Корнеев был так удивлен, что только покрутил головой.

– Ну-у… Ни хрена себе! И что это тебе стукнуло в башку? А я-то думаю, чего она психует… – Он даже не стал ругаться, а сказал вполне добродушно: – Мне, знаешь, сейчас не до баб! Ты пойми, что у меня сейчас такое положение… Я тебе говорить всего не буду, но ты имей в виду, если тебя куда вызовут, будут разные вопросы задавать – ты ничего не знаешь, и точка! В таких случаях голову себе лучше не забивать. Меньше знаешь – крепче спишь.

Жена недоверчиво посмотрела на него через сигаретный дым. Корнеев ответил ей сумрачным взглядом, тяжело встал и прошел к бару. Покопавшись среди бутылок, он выбрал свою любимую текилу и налил половину бокала.

– С утра, конечно, не того… – немного смущаясь, объяснил он. – Но мандраж у меня. Стресс снять надо!

Он выпил, не морщась и не закусывая, встряхнул головой. С сожалением отставил бутылку, сказал с надеждой:

– Ладно, в самолете, если чего, расслаблюсь… В общем, давай прощаться! Ты ничего не думай – меня бабы не интересуют. У меня о другом голова болит.

Он стоял посреди комнаты – неуклюжий, громадный, как медведь, с нездоровой краснотой на лице. Что-то в его облике было сейчас такое, что жена поверила. Но она не умела так быстро менять гнев на милость. Единственное, что она сумела сделать, – это встать и подставить щеку для поцелуя.

– Ты будешь звонить? – холодновато спросила она.

– Обязательно, – пообещал он. – А ты тут мотай на ус, если что. Потом мне расскажешь.

В холле послышался мелодичный звук дверного звонка.

– Это шофер, – сказал Корнеев и пошел открывать.

Шофер вошел, почтительно поздоровался с хозяйкой, взял приготовленный чемодан и замер в ожидании у порога. Корнеев еще немного потоптался, то ли ожидая от жены каких-то слов на прощанье, то ли собираясь что-то сказать сам, но в конце концов просто махнул рукой и бросил:

– Ну все! Поехал я.

Он повернулся и вышел вслед за шофером. Входная дверь закрылась за ним с мягким щелчком. Они прошли по широкому коридору, устланному ковровой дорожкой, и сели в кабину лифта. Шофер нажал на кнопку.

– Меня отвезешь, – строго сказал Корнеев, – и поступаешь в распоряжение супруги. Чтобы машина всегда на ходу была! Ты меня понял?

– Само собой, Сергей Иваныч! – рассудительно сказал шофер. – Я беспорядка, сами знаете, не люблю. У меня все в ажуре должно быть.

– Ну то-то! – кивнул Корнеев. – И о том, что я тебе раньше говорил, – помни!

– А это уж как закон, Сергей Иванович! – важно насупился шофер. – Язык за зубами! Кто бы ни спрашивал… Не первый год, Сергей Иванович!

Корнеев хотел еще что-то сказать, но подумал, что все это не имеет никакого значения и словоохотливость напала на него просто от волнения.

Лифт остановился, и они вышли в гулкий вестибюль, залитый сумеречным светом. Охранник, ухмыльнувшись, отдал им честь и помог открыть двери. Они вышли на улицу.

Разгоряченное лицо Корнеева обдало свежим утренним ветерком. Небо на востоке было окрашено золотыми и розовыми красками зари. Отяжелевшие от росы цветы на клумбах еще не раскрылись. С проспекта доносилось нежное шуршание проносящихся автомобилей.

Шофер деловито подскочил к «Мерседесу», откинул багажник и с преувеличенной бережностью поместил туда чемодан. Затем он распахнул дверь перед хозяином, и тот, кряхтя, уселся на заднее сиденье. Дверца захлопнулась, и затененные стекла отделили Корнеева от окружающего мира.

Он откинулся на спинку сиденья и попытался расслабиться. Рука нащупала в кармане пачку сигарет. Он достал одну и сунул в рот, крепко зажав губами. Усевшись на свое место, водитель расторопно обернулся и, щелкнув зажигалкой, поднес огонек к сигарете хозяина. Корнеев затянулся, выпустил изо рта клуб дыма и коротко кивнул.