Значит, она открывает дверь – и ее убивают. Без шума, без драки. Единственный удар ножа. Кто мог это сделать? Гриша Мозлов? Ничего вразумительного о том, где он находился в момент убийства, он не сказал. Конечно, он мог узнать, что его подруга встречается с другим мужчиной, но, судя по Грише, он скорее убил бы соперника, чем неверную подругу. Впрочем, и первый вариант тоже не исключается. Тот факт, что его отпустили из милиции, ничего не значит. Он мог просто-напросто откупиться, и его дело спустили на тормозах. Выходит, что он все еще остается в числе подозреваемых. Его появление в офисе у Олега может быть обычной игрой.

Теперь можно поразмышлять о видеокассете и фотографиях. В обоих случаях речь идет о шантаже. В последнем даже известны все его участники. Придется ими тоже заняться, посмотреть в глаза. Если кто-то из шантажистов замешан в убийстве, это будет нетрудно выяснить. И в том, и в другом случае для передачи денег предполагалось использовать ячейку камеры хранения на железнодорожном вокзале. И фотографии, и кассета присланы по почте. Только вот адрес на конверте и послание на фото написаны от руки, а адрес на бандероли и сопроводительная записка отпечатаны на принтере. И еще, в случае с видеокассетой есть некоторые «но». Почему, например, ее прислали Олегу, а не Кате? И аппетит у «видеошантажиста» существенно превосходит претензию фотолюбителей.

«Разыгрался аппетит?» – возник в голове Китайца известный слоган. Может, и разыгрался, хотя оба послания отправлены почти в одно и то же время. Многое было не ясным. Вернее, известно было только то, что Петрушенко убита. Китайцу показалось, что он барахтается в плотном тумане или пытается выбраться из огромной кипы ваты. Он отталкивается руками и ногами, но они проваливаются, и он остается на месте и даже проваливается еще глубже. Было несколько путей, по которым можно было двигаться, но ни один не казался ему правильным. От его оптимистического настроя не осталось и следа.

Осмотр квартиры Петрушенко Танин решил отложить на более позднее время. Он быстро покончил с обедом и отправился в контору. Там на полке, завернутые в красный шелк, лежали атрибуты для гадания по методу «И-Цзын». Правда, гаданием этот ритуал называла Лиза, Китайцу же больше нравилось говорить об этом как о прорицании или предсказании.

Предупредив Лизу, чтобы не беспокоила его, он прошел в кабинет, сел к столу и расстелил на нем красный шелк. После чего расслабился и принялся размышлять о создавшейся ситуации. Когда мысли успокоились, он взял в руки ду – небольшой бамбуковый футляр, в котором находились три монеты и, встряхнув его, бросил монеты на стол. После трех бросаний у него получилась нижняя, или, как ее называют, внутренняя, триграмма Ли. Затем он бросил монеты еще три раза и получил верхнюю, или внешнюю, триграмму Гэнь. Заглянув в «И-Цзын», он нашел соответствующую гексаграмму, которая называлась Би.

«Гора вверху. Огонь внизу. Изящество», – прочел он рядом с гексаграммой.

Комментарий к окну гексаграммы гласил следующее: «Тележка, которую толкают, означает продвижение по службе, содействие».

Символ означал: «Светить во всех направлениях».

Далее шел собственно текст гексаграммы: «Изящество. Успех в мелочах. Благоприятное время для каких-нибудь действий».

Подвижным или изменяемым была шестая черта, ее называют в «И-Цзыне» яо. К ней был дан отдельный комментарий: «Ищущий истину может легко потеряться, столкнувшись со слишком большим выбором».

Отдельные комментарии «И-Цзына» не нуждались в толковании, они прямо, как, например, последний, говорили, на что в данный момент нужно обратить особое внимание. Действительно, выбор у Китайца был. Нужно было выяснить, где были в момент убийства брат и приятель Веры, что в это время делал Гриша, заглянуть в Катину квартиру, пообщаться с Сашей. Были и другие мелочи, которые он пока не учитывал.

Просмотрев все комментарии, Танин решил, что действует правильно и его растерянность вызвана лишь обилием возможностей. В то же время «И-Цзын» говорил, что для действий время благоприятное, значит, передышку себе давать еще рано. Необходимо шаг за шагом отработать все направления и уж потом думать о дальнейших мерах. Возможно, к тому времени все уже выяснится.

С другой стороны, предсказывался успех в мелочах, а не в главном, а из этого можно было сделать вывод, что он только в самом начале пути.

Он сложил монеты в футляр, завернул его в шелк и положил на полку. До встречи с Сашей времени еще оставалось прилично, и он отправился к Нине Акопян, подружке Вериного брата.

– Ты куда? – Лиза подняла голову от компьютера.

– По делам, – улыбнулся Китаец. – Буду завтра утром. Можешь сегодня уйти домой пораньше.

– Спасибо, – кивнула Лиза и снова уткнулась в монитор. – Кстати, – окликнула она его, когда он уже открывал входную дверь, – скоро десятое число.

До десятого полагалось сделать все платежи, и Китаец хорошо знал это. Лиза же примерно за неделю до наступления срока начинала капать ему на мозги.

– Кажется, у нас что-то есть на счету, – пожал плечами Танин.

– Больше ста тысяч, – подтвердила Лиза.

– Ого! – воскликнул он, словно только что узнал об этом. – Ну так готовь платежки, я подпишу.

– Я уже все приготовила. – Она полезла в ящик стола за документами.

– Завтра, завтра, – махнул он рукой и вышел во двор.