С нетерпением он ждал окончания эксперимента. В декабре Валентин написал: «Медведи опять в берлоге. Выбрали место в таком заломе, что трудно было их наблюдать. Легли опять вместе, хотя перед этим очень скандалили. В конце марта жду пробуждения. И сразу начну от них отдаляться.

Я много узнал за два года. Очень привык к этим двум существам. Но я буду счастлив, если однажды они от меня убегут и уже не вернутся».

Конец истории ожиданий не оправдал. Весной стало ясно: один из медведей без человека не проживет, и Валентин пристроил его в зоопарк. Надежда была на другого — он с каждым днем становился все более независимым, диковатым, умело находил пищу и держался в лесу как хозяин. Наступил день, когда Валентин тихо и незаметно ушел с болота, и медведь не прибежал, как было прежде, по его следу. «Я думал: ну вот и счастливый конец. Он будет жить там, где природой ему предназначено жить».

Валентин утвердился в мыслях, что его подопечный хорошо и надежно пристроен, и представлял, как медведь, нагуливая на зиму жир, орудует где-нибудь на овсах, на диких малинниках. Но вот из прилежащей к заповедному лесу деревни пришло известие: медведь задрал телку. Это насторожило — медведи редко тут нападали на скот. Неделю спустя еще одна новость из той же деревни: медведь во дворе порешил двух овец. «Теперь я уже не сомневался… И когда сообщили: на дороге к деревне медведь гнался за проезжавшим на лошади лесником, я понял: мой долг упредить большую беду. Что было делать? Взял ружье и, расспросив о повадках медведя, устроил возле деревни засаду…

Можете себе представить, что я пережил. Это был он, мой воспитанник — медведь не дикий и не ручной, не имевший страха перед людьми, не способный к дикой жизни в лесу…»

На этом любой другой человек поставил бы точку.

«Прирученного зверя вернуть в природу невозможно!» Валентин Пажетнов решил на холодную голову вспомнить: а какие он мог в ходе двухлетнего эксперимента сделать ошибки? Ошибки он разглядел. И теперь мы продолжим рассказ о медведях.

За жизнь я повидал много интересных людей — от маршала Жукова до Агафьи Лыковой. С Валентином Сергеевичем Пажетновым мы с первого дня стали друзьями. Редкого обаяния человек! И очень умелый.

В молодости был пастухом — пас лошадей, там же, в Сибири, стал промысловым охотником. В степном краю работал комбайнером и трактористом, зимой был слесарем в мастерской. Окончил институт и стал в заповеднике грамотным зоологом. Может работать плотником, кузнецом. На склоне лет сел описать прожитую жизнь — получилась большая хорошая книга.

Что еще можно сказать о человеке? Жена — друг и помощник, дети по стопам отца пошли. И внуки тоже. В месте, где живет, старушки богу молятся «во здравие Валентина Сергеевича» — в больницу отвезти может, лекарства добудет, огород пришлет вспахать. Я нашел в нем друга, который оказался земляком — дед его жил в маленьком городке Боброве Воронежской области.

Медведей судьба послала Валентину Сергеевичу, когда он стал работать в Центральном лесном заповеднике. Опытный зоолог решил медвежат, которые остались без матери, возвращать в природу.

В прошлый раз я рассказывал о том, как он воспитывал малышей и потерпел неудачу. Но не сдался… «Поразмыслив, я сделал выводы из неудачного эксперимента. Во-первых, как-то надо было сообщить охотникам, что медвежата будут в надежных руках. Выпускать малышей надо в тот же год, когда они лишились матери. И самое главное: выращивать медвежат надо без присутствия людей, звери ни в коем случае не должны получать пищу из рук человека…»

Первый же выпуск по тщательно обдуманной программе оказался удачным. Медвежат в первые недели кормили молоком из бутылочки с соской. Потом им давали овсяную, пшеничную или гречневую кашу с витаминами. Этот корм был очень питательным, и медвежата в «яслях» росли быстро и были здоровыми. Но когда из «яслей-берлоги» их выпускали, еду из каши наполовину сокращали — «пора добывать еду самим». Медвежата ели молодую траву, муравьев, улиток, ловили в пруду лягушек. Но к каше по-прежнему в конце дня прибегали…

В 1985 году в глухом лесу Торопецкого района Тверской области по чертежам Валентина Сергеевича на месте опустевшей деревни Бубоницы создана зообаза «Чистый лес», где медвежат ожидал надежный приют.

Я приехал в Бубоницы в середине лета. Мой друг в это время улетел в Америку по приглашению местных зоологов. «А где же медведи?»

— «Вот там, за прудом, вы их увидите», — сказала дочь Пажетнова Наташа.

За прудом я увидел то, что увидеть можно было только в «Чистом лесу», — по поляне двигалась резвая компания: знакомая мне женщина (Светлана Ивановна Пажетнова), а за ней шесть непоседливых медвежат. Совершалась ежедневная прогулка в лес. Я, спрятавшись за деревьями, сделал несколько снимков (один из них перед вами). И Светлана Ивановна увела жизнерадостную компанию в лес.

А вечером я увидел забавную картину: Светлана, открыв на кухне окно, палила из рогатки мелкой картошкой по медвежатам: «Им не больно, но отступают — нельзя им подходить к кухне…»

Валентин Сергеевич из Америки вернулся воодушевленный: «Известный биолог, уже бывавший в Бубоницах, тоже взялся выпускать черных медвежат, оставшихся без родителей, в природу…»

А на базе в Бубоницах дела с каждым годом идут все лучше. Зимой появляются маленькие медвежата (в отдельные годы их было более двадцати), а в конце лета зверей выпускают на волю. Стараются выпускать там, где жили их родители: в леса Ярославской, Новгородской, Псковской, Тверской, Смоленской областей.