Вежливо, подбирая каждое слово, я пояснила, что мне надо проверить записи с камер. Ноль реакции. Слова точно улетели в бездну. На мрачном лице Олега Потехина не дрогнул ни один мускул. Я повторила просьбу, но с нажимом, намекая, что лучше ему покориться. Упрямству администратора мог позавидовать самый упертый мул. Спокойно и равномерно он стал гундосить, прикидываясь дурачком, — дескать, зачем, почему и он не может без разрешения непосредственного начальника.

— А вот сейчас позову Викентия Ивановича, и посмотрим, как ты запоешь, — пригрозила я, — он сильно не в духе. Отымеет тебя по полной программе.

— Ладно, ладно, садись и смотри, — злобно проворчал системный администратор и освободил мне место перед компьютером. Сев, я заглянула в его кружку и ужаснулась. Парень полным горлом хлестал настоящий чифирь. Как у него сердце до сих пор не взорвалось от этих упражнений? Неудивительно, что он не спит ни хрена. Его с красными прожилками на белках глаза следили за каждым моим движением. Я по-быстрому разыскала нужную мне позицию. Прокрутила на ускоренном воспроизведении запись и не обнаружила ничего криминального. Складывалось впечатление, что змея родилась в шкафчике в рабочем кабинете Татьяны. Причем родилась дефективной, с оторванной погремушкой. Мистика, да и только. Если б не моя рациональная натура, то я точно бы уверовала в чудо. Поразмыслив, я решила, что некто, прорвавшись через защиту, вновь покопался в локальной сети особняка, подключился к видеосерверу, стер ненужные кадры, заменив их другими, безобидными. Простым глазом заметить что-либо подозрительное в записи было невозможно. Поверхностный анализ изображения тоже мало дал. Все кадры были практически одинаковы. Или пустая комната, или в комнате находилась Татьяна. Сама она змею не приносила и не подкладывала. Скинув записи на диск, я освободила место Олега. Он с ворчанием втиснулся в свое кресло, расчесал пятерней волосы и, как зомби, вперился взглядом в монитор.

— Олежа, а ты хоть что-нибудь можешь сделать, чтоб всякие мудаки не лазили тут по системе? — спросила я у него с состраданием в голосе, как спрашивают у обезножевшего калеки, сможет ли он самостоятельно переползти с инвалидного кресла на постель.

— Я все делаю, стараюсь, как могу! — оскорбленно возопил администратор. Его злые, колючие глаза уставились на меня. — Вы вообще, если не разбираетесь, и не говорите.

— И не буду, — буркнула я, шагая к двери.

Его тотальная беспомощность казалась мне подозрительной. Доказательств пока не было, но, может, предложить Павлову организовать Олегу допрос с пристрастием? Такой, как он, долго не протянет. Расколется как пить дать и сдаст всех, если при делах, конечно. Мысль показалась мне не такой уж плохой. По пути к своей комнате я заглянула на кухню и застала там Павлова. Тот собственноручно готовил себе в миксере что-то наподобие фруктового коктейля с йогуртом. Мое появление испугало ювелира. Он вздрогнул всем телом, выронил из рук очищенный банан и схватился за карман халата, где находился револьвер.

— Это всего лишь я, Викентий Иванович.

— Фу, чего это вас сюда потянуло? — выдохнул Павлов, расслабляясь.

— Зашла выпить стакан воды перед сном, — бросила я, не задумываясь, и предложила: — Раз уж вам не спится, посмотрели бы вы свой зверинец. У меня есть основание полагать, что кое-кого там не хватает, и лучше бы все это выяснить до отхода ко сну, а то ведь можем и не проснуться из-за вашего пристрастия к опасным тварям.

— О чем вы? — насторожился ювелир.

— Буквально полчаса назад в доме в одной из комнат я убила гремучую змею, — пояснила я, достала из холодильника коробку сока, налила себе в высокий бокал, но Павлов не дал мне выпить его. Известие о смерти змеи подействовало на него так же, как сообщение о смерти близкого родственника.

— Зачем ее надо было убивать? — расстроенно спросил ювелир и ударил кулаком по столу. — Они же все редкие, стоят громадных денег!

— О деньгах я в тот момент не подумала, — пожала я плечами. — Но чтобы избежать дальнейших убытков, лучше зверюшек проверить.

Не успела я докончить фразу, как Павлов пронесся мимо меня и скрылся за дверью.

— Великолепно, — вздохнула я, а затем залпом осушила бокал.

Перед сном у меня было еще одно дело. По Сети из своей комнаты я связалась с Юзером. Хакер не спал. Я продиктовала ему список людей, которых надо проверить. Первым в списке шел Рамазанов, за ним сетевой администратор — Олег Потехин, еще Ухлин и кое-кто из обслуги особняка. Проверке подлежали телефонные звонки в промежутке от первого покушения до сего дня, финансовое положение проверяемых, а также биография и связи. Я посоветовала Юзеру делать работу поэтапно — проверил одного человека, отчитался и погнал дальше.

«Не обещаю, что это будет быстро», — написал в ответ хакер.

«Я бы сама проверила, да не хватает времени», — посетовала я.

Пообещав пересылать все данные на мой электронный адрес, Юзер отключился. Я запихнула в компьютер диск с записями от видеокамер в доме и стала по кадрам изучать картинки. В одном месте на двух соседних я разглядела, как дергается дверная ручка в двери кабинета Татьяны. Не намного, но дергается. Кто-то входил в комнату. Однако дальнейшее убрали. Остался только момент начала движения ручки к открыванию замка. Это преступники проглядели. Значит, моя версия подтверждалась. Судя по дате на пленке — неизвестный входил в комнату еще до отъезда Ухлина с Рамазановым. Сегодня до обеда. То есть это мог быть сам начальник службы безопасности особняка либо директор павловской алмазной империи.

«Нет, надо браться за администратора. Через него можно выйти на остальных, — подумала я, зевая, — вот завтра и возьмусь за него».

Утром вместо традиционного истязания своего тела, которое у меня называлось «легкой утренней зарядкой», я подняла с постели ювелира и изложила свои планы относительно сетевого администратора. Первой реакцией клиента на мое предложение был поток возмущений, колкостей, перемешанных с матом. Ему не нравилось решительно все: сам план и то, что я подняла его в шесть утра. Потехин, по его мнению, был невиновен.

— Ну, у вас что, от этого убудет? — спросила я Павлова с нажимом.

— А если он аквариум побьет? — хмурясь, буркнул ювелир в ответ.

— Все будет путем, обещаю, — заверила я.

Олег Потехин сладко спал в своем кабинете. Судя по данным, выведенным на экран монитора, он всю ночь возился с видеосервером. Но кто знает, хотел ли он ликвидировать лазейки в системе или, наоборот, готовил новый сбой? Я остановилась перед диванчиком, посмотрела с умилением на растрепанного, обросшего черной щетиной администратора, представляя, насколько велико будет его удивление, когда он проснется. Потом достала из кармана баллончик с усыпляющим газом, пшикнула спящему под нос.