— Что-то сомнительно. Похоже на триста процентов годовых в какой-нибудь «пирамиде».

— Ничего подобного, — обиделся Виктор. — Просто я сейчас специализируюсь на горящих путевках. Когда остается одно-два места в группе, цены резко снижают. Вот я и стою на подхвате. У меня, между прочим, недавно двое на Сейшелах всего за пятьсот баксов полмесяца провели. Так что решайся, подруга!

— Я позвоню тебе завтра утром, — пообещала я. — Вдруг цена еще больше упадет?

— Ну, как знаешь, — пробурчал Виктор. — Мое дело — предложить…

Я знала, что Касимов поедет с утра на планерку, которая закончится около восьми.

В восемь двенадцать одетый в теплую дубленку и невысокую бобровую шапку Ренат вышел из офиса. Он сел в хозяйский джип и быстро вырулил на шоссе. Я досчитала до десяти и последовала за ним.

К обеду я уже стала сомневаться — стоило ли мне «пасти» Касимова. Его маршрут был традиционным и практически не отклонялся от трассы, по которой ежедневно следовал мой босс.

Инспекция магазинов, совещания, деловые встречи, визиты в банки и в администрацию. Что можно было выловить из этих встреч, я плохо себе представляла, но упорно продолжала слежку и после обеда, надеясь, что результат все-таки будет. И я не ошиблась!

К половине девятого Касимов закончил все дела, но к Раменскому домой не отправился. Ренат сменил автомобиль и дальнейший путь продолжал уже на потрепанной «Тойоте», которая была припаркована на стоянке возле головного офиса фирмы Раменского.

Касимов вел автомобиль медленно и осторожно, аккуратно подъезжая под каждый светофор, а не визжа покрышками, как днем; наверное, это была его собственная машина, а не казенная.

Зеленая «Тойота» двигалась темными улицами по направлению к окраине города — туда, где тянулись бесконечные, выкрашенные когда-то серой краской заводские стены, а вдалеке за ними терялись в сумерках старые деревянные дома.

Ренат притормозил возле одного из них. Дом был неухоженным, забор едва держался, а крыльцо наполовину обвалилось.

Касимов поставил машину напротив калитки. Судя по тому, как он ловко припарковался, я могла заключить, что он делает это не впервые.

Я развернулась и, въехав в один из проулков, стала терпеливо ждать. Улочки здесь были очень узкие, почти безлюдные, и мою машину было бы очень легко заметить, выбери я открытое место.

Поправив боковое зеркальце сбоку так, чтобы просматривался участок перед домом, куда входил Ренат, я стала внимательно наблюдать. В руках Касимова блеснула бутылка, судя по этикетке, — водка из дешевых.

Ренат оглянулся, быстро поднявшись на крыльцо, толкнул дверь и исчез в доме.

Тотчас же внутри зажегся свет и в окнах замелькали тени. Я решила, что стоит пустить в ход «прослушку», и достала портативную игрушку, обеспечивающую слышимость на расстоянии ста метров.

Это удовольствие обошлось мне в четыреста семьдесят пять баксов и было приобретено мной на выставке новых технологий канадско-американских слухачей на ВВЦ в прошлом году. Я тогда столь тщательно осматривала выставленные на обозрение приборы и подробно расспрашивала сотрудников фирмы, что меня наверняка приняли за работника одной из коммерческих структур, решивших подняться до мирового уровня обеспечения безопасности бизнеса.

Звук, был, конечно, не ахти. Если бы не открытая крохотная форточка в большой комнате — пришлось бы мне созваниваться со спецами и «чистить» пленку на особой аппаратуре. Это обошлось бы мне едва ли не в ту же сумму, что и стоимость самого прибора.

Если вы видели фильм Копполы «Разговор», то имеете представление о том, как это делается. Кстати, с того времени — а фильм снят в начале семидесятых — принцип подобных разработок, по крайней мере тех, которые можно найти без специального допуска, почти не изменился, разве что слегка усовершенствовался.

То, что я услышала, было потрясающим. Это настолько выходило за границы здравого смысла, что я даже сначала подумала, не находится ли в этой халупе какой-нибудь частный сумасшедший дом.

Я-то думала, что Касимов приехал навестить кого-то из своих родственников или знакомых. Ну там деньжат подкинуть или что другое.

Но Ренат обсуждал с хозяином дома — судя по тембру голоса, немолодым человеком — такие проблемы, что мне сделалось как-то не по себе.

Вот те кусочки разговора, которые мне удалось услышать достаточно четко:

— Не, Григорьич, президента тебе пока не осилить, даже не мечтай, — говорил Ренат. — Лучше давай-ка по второй да помидорчиком.

— Президент… Да если я солнцу утром не прикажу встать — оно и не взойдет. Все в темноте сидеть будете, — недовольно возражал хозяин.

— Верно, — соглашался Ренат. — Это мы знаем. Но спешить не надо.

— Как же не надо! Мне ведь до маршала еще две или три ступеньки!

— И это еще не предел, — заверил его Касимов. — Можно и генералиссимусом.

Его собеседник часто-часто дышал. Затем послышались характерное бульканье разливаемой по стаканам водки и судорожные глотки.