Так я и поступила. Только дело-то у меня к ней было совсем другого рода…

— С Раменским Андреем Васильевичем, как я понимаю, вы тоже работаете, — уверенно сказала я. — Кажется, рыбный магнат у вас частенько бывает.

Госпожа Анищенко встретила мое утверждение полным молчанием — не подтверждая и не опровергая высказанной мной гипотезы.

— А можно мне посмотреть и рекламу Раменского? Наверняка там будут какие-нибудь замечательные рыбки! — попросила я Клару.

Она собралась с духом, обворожительно улыбнулась и проговорила:

— Нет, здесь вы ошибаетесь. С Раменским мы, к сожалению, не работаем.

— Вот как? — удивилась я. — Очень странно. А что же он торчит тут каждый рабочий день по часу с лишним? Умоляет вас прорекламировать его товар, а вы отказываете? Или реклама тут ни при чем?

— Вы тут ни при чем, — твердо заявила мне Клара. — Извините, но я не намерена обсуждать пребывание здесь третьих лиц.

— Какие уж тут третьи! — скаламбурила я. — Андрей Васильевич — чуть ли не первое лицо в нашем городе в сфере бизнеса!

— Вы можете оставить текст своего рекламного объявления или сбросить нам его на дискете, — механически проговорила Клара. — Наш компьютерный зал находится в этом же крыле справа…

— Так Раменский не делает у вас рекламу? — снова уточнила я.

— Нет, я же вам уже сказала, — начала терять терпение Клара. — Он бывает здесь по другим делам. Я в них не вникаю.

— А значит, ваш директор наверняка в курсе, — обрадовалась я. — Можно мне с ним переговорить? Он сейчас на месте?

Теперь Клара Анищенко побледнела. Ей явно не хотелось, чтобы я общалась по этому поводу с ее начальством, — ведь она приняла мой блеф всерьез.

— Лучше поговорите со мной, если вам так уж приспичило, — устало предложила она.

Клара Анищенко подошла к двери, заперла ее на ключ и, вернувшись к столу, выдернула из розетки вилку телефона.

— Ну-с, и что же вам угодно? — с неприязнью спросила она, усаживаясь в свое кресло и нервно закуривая дорогую шведскую сигарету.

— В этом городе убивают людей, — медленно начала я. — Убивают целенаправленно, систематически, выбивают, как цели в детском тире, одного за другим. Каковы бы ни были эти люди, как бы мы к ним ни относились, все равно это преступление.

— Согласна с вами, — стряхнула пепел Клара. — И что же дальше?

— Я намерена попытаться остановить эту бойню, — скромно сказала я.

— Вы?! — скривилась Клара. — А, ну тогда все понятно. Вы психиатру давно показывались? Мне набрать ноль-три или вы все же уйдете?

— Не трудитесь, у меня с головой все в порядке, — заверила я Клару. — И вообще я человек спокойный. Видите, даже руки не дрожат.

Я протянула вперед вытянутые ладони, предварительно положив на них папиросный листок бумаги. Он не шелохнулся.

— А вот вы, Клара, в отличие от меня заметно волнуетесь, — продолжала я.

— С чего вы взяли?

— Если вы не прекратите елозить ногтем среднего пальца правой руки по ногтю указательного левой, то у вас слезет лак и вам придется красить ногти заново, — пояснила я.

Девушка с отчаянием посмотрела на свои руки — так, как будто хотела укорить их взглядом, и спрятала ладони под стол.

Теперь дымок ее сигареты тонкой струйкой подымался снизу, и казалось, что мы с Кларой беседуем через разведенный на полу офиса костерок, как два персонажа какого-нибудь сюрреалистического фильма.

— Директор наверняка в курсе ваших отношений с Раменским, — предположила я. — Более того, он, можно сказать, поощряет ваши свидания на рабочем месте, так как наверняка имеет с Раменского какие-то дивиденды. Думаю, что в этой конторе вы — самый главный человек, так сказать, ее талисман.

Клара немного успокоилась. Она внимательно меня слушала, изредка затягиваясь, и при моих последних словах даже слегка улыбнулась.

— Как вы меня вычислили? — спросила она уже без былой настороженности.

— Я работала с Раменским какое-то время, — пояснила я. — Каждый раз после визита в ваше бюро он выглядел что называется «усталым, но довольным». Вы понимаете, что я имею в виду.

— Мужчину можно читать как книгу, — согласилась Клара, — вы правы.

— Когда я заподозрила, что он приезжает сюда на любовные свидания, мне было достаточно лишь пройтись по вашему коридору и заглянуть в офисы — вы ведь занимаете всего один этаж. Выбирать, как вы сами понимаете, было не из кого: здесь кроме вас лишь две женщины, одна — толстая как бочка, другая далеко перевалила пенсионный возраст, — с улыбкой сказала я.