Шрифт:
– Валерка-то? Помню Валерку. Гипнотизером был, – мужичонка засмеялся, замотав головой, – такая сука…
– Кто?
– Да Валерка этот! – Вася-клоун опять потянулся к бутылке.
Я плеснула ему полстакана.
Гипнотизер! Задовский у нас, оказывается, гипнотизером был! Вот оно что. А я-то – с дрессированными собачками выступал…
Гипнотизер… Уж не объясняет ли эта его… специальность или, лучше сказать, талант его все странности, со мной происходящие, и не только со мной происходящие?
И потом – почему сука?
– А почему – сука? – спросила я, дождавшись, пока Вася проглотит водку.
– Да потому! Ты знаешь, за что его из цирка выгнали? Нет? Так слушай…
Ого, так Задовского выгнали из цирка, не сам он ушел! Это уже интересно.
Мужичонка самовольно налил себе стакан, выпил, огнедышаще выдохнул и начал:
– Ну, сначала, как Валерка работал, никто про него ничего плохого сказать не мог. Нормальный мужик. Так десять лет он отпахал. А потом, смотрим, а Валерка с директором нашего цирка дружбу свел. С Владиславом Анатольевичем. Ну, мы думали, подружились люди. Не один год вместе работают, чего уж там. Да и Валерка… того… не такой, как все, был. Книжки все читал какие-то…
– Ты ближе к делу! – нетерпеливо попросила я. Я волновалась.
– А чего ближе-то. Потом пропали деньги. Огромная сумма пропала, – Вася подумал и определил, – охрененная сумма. Из сейфа у Владислав Анатольевича. Ну, его судили тогда. Посадили за растрату. Директора-то нашего. Следователь говорил: все… эти… улики против Владислав Анатольевича говорят – сейф не взломан, открыт ключами, и отпечатки на нем только директорские. Так что… Все… посадили тогда Владислав Анатольевича на пять лет… – Вася загрустил, положив голову на руку.
– Ну а Задовский-то при чем тут?
– Не понимаешь, что ли? – озлился Вася-клоун, – да Валерка Владислава Анатольевича загипно… тизировал, чтобы тот ему из сейфа деньги дал, и забыл про то, что давал… Поняла? А доказать ничего нельзя!
– Поняла, – вздохнула я.
Значит, не было никакой бабушки. Значит, Задовский… А доказать ничего нельзя.
Вася вылил в стакан остатки водки из бутылки и опрокинул стакан в себя, остервенело глотая. Потом он странно крякнул и, уронив стакан, повалился под стол.
– Нажрался, – констатировала продавщица, приоткрывая заспанные глаза…
Глава 8
Домой я вернулась в шесть часов утра. Тетя еще не приехала, Григорьев не спал. Как он выразился – всю ночь по квартире бегал.
Переживал.
– Я сразу понял, что ты не к подруге идешь, – заявил он мне, – сразу понял, что какое-то дело важное. А потом – ночь, тебя нет, я уж думал того…
– Чего того? – я устало опустилась на свою постель.
– Ну… того… – замялся Александр Владимирович, – убили тебя…
– Не дождетесь… Ладно, слушайте, Александр Владимирович, – и я выложила ему все подробности вчерашнего вечера, за исключением сцены, последовавшей после возвращения Задовского из душа.
– Н-ну, – протянул Григорьев, – а ты где эти таблетки покупала? Может, у них срок годности истек?..
Тут я вздохнула и насколько могла точно пересказала Александру Владимировичу рассказ Васи-клоуна.
Вот это произвело на Григорьева впечатление.
– Да не может быть! – сокрушался он, – да врет все твой Вася. Как можно алкоголикам верить? Я же Валерия Петровича больше четырех лет знаю.
– Вася десять лет за ним ничего дурного не замечал, – возразила на это я, – а потом…
– Ну, так не доказано же ничего, – протестовал Григорьев, – этот директор цирка сам денежки присвоил и на Валерия Петровича свалил. А у Валерия Петровича бабушка умерла. Наследство…
– Какая, к черту, бабушка… – мне безумно хотелось спать. Я должна была хорошо выспаться. Я закрыла глаза и раскинула руки на широкой постели.
– Ведь нет же доказательств! – вещал издалека Александр Владимирович. – Ничего же не доказано! Нет доказательств!
– В том-то и дело, что – нет… – пробормотала я, засыпая.
Разбудил меня какой-то гул голосов в прихожей. Дверь в спальню, где я почивала, была закрыта, так что ничего определенного слышно не было. Только голос Александра Владимировича разобрать можно было. Вроде бы он в чем-то оправдывался.
Может, тетя приехала? И, увидев у себя в квартире незнакомого мужчину, приняла его за грабителя? И милицию вызвать теперь хочет? Она детективов начиталась – она может.