– Что происходит? – спросила Дженнер, когда он отсоединил провод и снова запер его в дипломате.

– Ничего, – ответил он.

– Серьезно, похоже, ты чем-то обеспокоен.

Кэйл не отреагировал на ее слова и ушел в гостиную как раз вовремя, чтобы услышать короткий стук в дверь и поприветствовать сразу же вошедшую Бриджит.

– Думаю, Ларкин задумал что-то помимо встречи в Хило, – сказал он, понизив голос до шепота. Чем меньше мисс Редвайн знает, тем лучше.

– Например? – Бриджит направилась в спальню, и Кэйл последовал за ней. Она повернула налево, в ванную, чтобы оставить там принесенный шампунь. Кэйл покосился на прикованную к стулу пленницу, явно раздраженную, с выпрямленной спиной и с выражением откровенного любопытства на лице. Бриджит вышла из ванной и посмотрела на Кэйла, словно удивляясь его молчанию. Он кивнул в сторону Дженнер, и в глазах Бриджит загорелся огонек понимания.

Дженнер тоже уловила намек, и он ей совершенно не понравился.

– Я так же глубоко завязла в этом деле, как и вы, – крикнула она, когда сообщники направились обратно в гостиную. – Даже еще глубже! И у меня совсем не было выбора!

Бриджит усмехнулась, а Кэйл на секунду закрыл глаза. Довериться мисс Редвайн? Менее рисково поручить вести машину через всю страну подростку, лишь вчера получившему права. Кэйл отошел от двери и еще больше понизил голос.

– Попроси Санчеса присматривать за Дином Миллсом и членами команды, с которыми он регулярно встречается.

– Что ты слышал? – спросила Бриджит.

– Ларкин может заниматься не только государственной изменой. – Кэйл пересказал слова Ларкина о «пути отступления». Закончив, услышал стук, затем царапание и снова стук. Замер. Нет, определенно нет. Она же не станет... О, черт, кого он пытается обмануть? Конечно, станет.

Кэйл повернул голову и увидел, как Дженнер неуклюже ковыляет, волоча на себе тяжелый стул, и преодолевает дверной проем между спальней и гостиной.

– Я видела выражение твоего лица, – деловито сказала она, усаживаясь на стул, словно такое перемещение было в порядке вещей. – Не думай, что я останусь стоять в стороне, когда ты созываешь войска. – Она сузила глаза. – Мне стоит беспокоиться о чем-то еще, помимо твоего самодурства? Насколько все плохо? – Переводя взгляд с Кэйла на Бриджит, она добавила: – Я ни у кого из вас не видела оружия и думаю, что если бы оно у вас было, я бы заметила. Вам нужна помощь?

– Спасибо, нет, мы не нуждаемся в твоей помощи, – вежливо отказался Кэйл. – Как и в оружии. – Хотя, черт возьми, сейчас бы пара стволов не помешала.

Дженнер фыркнула. Да, он определенно напугал ее, очень-очень.

– Значит, если я отобьюсь от рук, ты убьешь меня скрепкой?

Такое и в самом деле возможно, но Кэйл не думал, что ей нужно об этом знать.

– Если придется, я управлюсь подручными средствами.

Бриджит, отчаянно стараясь не улыбаться, примиряюще сказала:

– Все возможно. Самсон убил тысячу человек ослиной челюстью.

– Какое счастливое совпадение! – воскликнула Дженнер, мотнув головой в сторону Кэйла. – Можно позаимствовать челюсть вот у него.

Глаза Бриджит почти вылезли из орбит от усилия сдержать смех.

– Я передам приказ нашему человеку в охране, – выдохнула она, хотя и не должна была говорить так много при пленнице. И почти сорвала дверь с петель, спеша выскочить из каюты до того, как разразится хохотом.

Кэйл потер лицо ладонью, силясь скрыть собственные эмоции. Или он рассмеется, или прикончит острячку. Ну поди ж ты, угадала, что он обеспокоен. Ларкин продает секретные военные разработки северокорейцам, помимо этого здесь, прямо под носом, заваривается еще какая-то каша, а ему, Кэйлу, приходится еще и разбираться с этой дамочкой. И с чего бы ему беспокоиться?

Никуда не годится, что она так легко смогла прочитать тревогу на его лице. Ведь он не бегал в панике из угла в угол. Да, волновался, но держал себя в руках. Многие считали его лицо непроницаемым. К несчастью, мисс Редвайн к таковым не относилась.

– Твое дело – сторона, ты здесь сбоку-припеку, – наконец сказал Кэйл. – Поэтому не требуй объяснений. Я скажу все, что тебе нужно знать.

– В чем бы не заключались жалкие крохи, которые, по твоему мнению, мне нужно знать, до сих пор ты не сказал мне ни слова по сути дела.

Кэйл понял, что Дженнер больше его не боится – ах, как плохо-то! – беспокоится о судьбе подруги, но парализующий страх исчез. И это никуда не годится, поскольку только страх мог заставить мисс Редвайн вести себя смирно. Кэйл не думал, что сможет применить к ней физическую силу, по крайней мере не настолько, чтобы убедить в своей жестокости, для этого пришлось бы зайти дальше, гораздо дальше, чем он был готов – во всяком случае, с ней. Но у него еще имелся в запасе козырный туз. И Кэйл ледяным тоном процедил:

– Еще одно слово, и сегодня ты не будешь разговаривать с Сид.

Дженнер уже достаточно хорошо изучила своего тюремщика, чтобы понять, что сейчас он не блефует, и поэтому лишь поджала губы.

Да уж! Он точно обеспокоен.

ПОУТРУ, КОГДА ЛАЙНЕР ДОЛЖЕН БЫЛ ДОСТИЧЬ ГОРОДА ХИЛО НА ГАВАЙЯХ, Дженнер проснулась и обнаружила, что вжалась носом в грудь Кэйла. Они лежали друг к другу лицом, а одна из его ног вклинилась между ее ногами. Ужасная штука – привычка: Дженнер уже приспособилась, что на ночь он приковывает ее к себе наручниками. Вечером Кэйл опять выставил слишком низкую для нее температуру, поэтому, уснув, Дженнер в конце концов инстинктивно придвинулась вплотную к нему в поисках тепла. Она просыпалась несколько раз за ночь, когда наручники мешали ей пошевелиться. Очнувшись, отползала от Кэйла как можно дальше, но пробуждалась все в той же позе: практически лежа на нем.