– Дитя, мое сердце скорбит при самой мысли об этом. Но...

– Хранительница, дело касается только меня. И мне решать, как поступать в этом случае, - Терон злобно покосился на скрестившего руки на груди пришлого мага.
– Идти с шемленом и жить среди шемов я не желаю. Если Творцами было предопределено мне умереть от скверны, значит, так тому и быть!

– Дитя, - Маретари покачала головой.
– Будь благоразумен.

– Ты должен идти, - тот, кого звали Амеллом, перенес свой вес с ноги на ногу. Его рослая, затянутая в черное фигура, слегка покачнулась.
– Потому что это касается не только тебя.

Эльф стремительно развернулся. Его страх и отчаяние, наконец, нашли свой выход.

– Не вмешивайся не в свое дело, шем, - почти яростно выкрикнул он.
– Тебя это точно не касается!

– Ошибаешься, - Амелл опустил скрещенные руки и сдвинул брови.
– Меня это касается, как Серого Стража. Ты пойдешь со мной, эльф. И как можно скорее.

Пальцы Терона схватили пустоту в том месте, где всегда висел его лук.

– Ты не заставишь меня силой следовать за тобой!

– Да если будет нужно, я тебя волоком потащу в Монтсиммар!
– вышел из себя Дайлен, который и так по его меркам явил неблагодарному эльфу чудеса своего терпения.
– Или ты предпочел бы остаться здесь и заразить скверной весь свой клан?

Похоже, затевая спор со Стражем, о таком охотник не думал. Возможность навредить сородичам сразила его сильнее известий о смертельной болезни. Маретари еще раз молча стиснула его плечо.

– Поди попрощайся с родичами, дален, - она тяжело вздохнула, снимая руку и поднимая лежавший тут же на снегу посох.
– Я пока позову наших... друзей.

Сделавшийся молчаливым охотник, не глядя ни на Стража, ни на Хранительницу своего клана, и не споря более, быстро и угрюмо ушел в сторону стоянки. Маретари дернула худой щекой, поворачиваясь к гостю.

– Прости его, Страж. Он... из тех молодых, кому в бедах и лишениях нужно кого-то винить. Но твой Орден не пожалеет, если примет его. Ведь вы принимаете лучших из лучших, а Терон - словно уже родился с луком. Когда... смирится, он сделается хорошим Стражем.

Амелл склонил голову в знак того, что принимает ее слова.

– Перед посвящением в Стражи я сам был полон горечи к судьбе и очень озлоблен. Мне понятны его чувства. Однако, прости мне мое нетерпение, как ты собираешься помочь нам в столь короткий срок добраться до Монтсиммара? Отсюда конными ехать... не менее недели.

– Если знать тропы, конными можно доехать и за четыре дня, - Маретари оперлась на свой посох и от его навершья к ее рукам побежали струи зеленого тумана, словно побеги лозы.
– Если на лошадях. Но ведь ездить можно не только на лошадях. Кому как не Стражам знать об этом. Ведь это именно вы когда-то летали по поднебесью на грифонах.

– С тех пор прошло не одно столетие. Грифоны вымерли. Не хочешь же ты сказать, что вам удалось найти живого?

Маретари улыбнулась и, повернувшись к лесу, дважды легонько стукнула посохом о снег. При этом зеленый туман словно стрясся с колдовского дерева и, вопреки дувшему от леса стылому ветру, устремился к темневшим деревьям.

– Они здесь, недалеко, - непонятно пояснила Хранительница.
– Но им тоже нужно время, чтобы...

Из глубины леса послышался хруст. Хруст этот быстро приближался. Дайлен невольно сделал шаг назад, поднимая руки. Среди стремительно нараставшего треска валежника и ломающихся сучьев теперь можно было различить и гулкий топот, а спустя несколько мгновений на поляну перед магами выскочил огромный ослепительно белый конь.

Конь этот был воистину совершенством среди подобных ему. Огромное и мощное, каких никогда не видел раньше Амелл, тело, одновременно было изящным, словно вышедшим из-под резца древнего эльфийского мастера - когда у эльфов еще были мастера. Жесткая грива серебрилась на ярко-белой бархатистой шкуре. Большие вытянутые к концам глаза были отчего-то темно-синими, почти фиолетовыми. Но удивительнее всего в облике необычного коня были не они, а тонкий крученый рог, не длиннее половины локтя взрослого мужчины, росший из лошадиного лба.

– Клан наш до самого начала этого Мора обитал в землях Коркари в Ферелдене, - не дожидаясь вопросов пришельца, пояснила Маретари, протягивая руку и касаясь головы явившегося на ее зов зверя. Впрочем, у Дайлена даже мысленно не поворачивался язык называть зверем того, кто стоял сейчас перед ним.
– Однако порождения тьмы пришли и вырезали почти всех наших эльфов. Лишь немногим удалось бежать сюда, в землю, которую когда-то даровала нашим предкам сама ваша человеческая пророчица Андрасте. Мы спрятались здесь, в ущелье между холмов, где почти нет дичи, зато и человеческих охотников не встречается тоже. Мы надеялись, что здесь мы в безопасности. Что нас не найдут. Но мы ошибались. Нас все-таки нашли.