«Не хочет отдавать документы, – сообразил Бегемот. – Надо будет всё же забрать их и посмотреть».

– А связь с Раменками? – поинтересовался Элькин.

– Связь подключена. Не позже чем завтра Аликберов выйдет на прямой контакт с премьером, у них уже есть договорённость. Разве он вас не информировал? – в свою очередь удивился Соболев. – Это уже секрет Полишинеля, его знают все. Операция для того и затевалась, чтобы установить связь с Раменками, а также попытаться выйти на другие бункеры, чтобы владеть ситуацией в целом.

– А слышали ли вы, дорогой, о том, что в Раменках уже произведен антивирус и многие уже получили прививки? – поинтересовался Дуче.

Элькин бросил на него неодобрительный взгляд, но промолчал.

– Нет, господа, лично я такой информацией не обладаю. Но если вам интересно, то почему бы вам не поприсутствовать при разговоре Аликберова с премьером? Он же может задать конкретные вопросы и получить конкретные ответы.

«Да, почему бы не поприсутствовать? – обрадовался Бегемот. – Все станет известно. Если в Раменках есть антивирус, то надо прорываться туда. Но не брать охрану Соболева, а только с охраной Элькина. Узким, так сказать, кругом…»

– А откуда у вас такие сведения, господа? – спросил Соболев.

«Пытается вычислить предателя!» – решил Буров.

– Да так, сорока на хвосте принесла. Вы разве не слышали, все в бункере об этом говорят, – сказал он вслух.

– Нет, не слышал. Если я вам больше не нужен, то позвольте откланяться. Документы Карпова я вам пришлю. – Соболев коротко кивнул и вышел за дверь.

– Послушай, дорогой, – обратился к Элькину Дуче, – дай мне возможность поговорить с Ашотом. Его заявления очень серьёзны, поэтому надо выяснить у него всё досконально.

– Сейчас не получится, Ашот говорить не может, он в отключке, а часиков через пять приходи, поговорим, – ответил Элькин, не обращая внимания на большие глаза и жесты Бегемота.

– О какой отключке ты говоришь, дорогой? – искренне удивился Тер-Григорян.

– О наркотической. Ты разве не знаешь, дорогой, – передразнил Дуче Элькин, – что твой родственничек употребляет наркотики? И не только употребляет, но уже настолько зависим от них, что соскочить не сумеет. Если хочешь с ним поговорить, приходи попозже, я дам тебе такую возможность.

– Зачем ты разрешил ему?! – спросил Буров, когда Тер-Григорян ушёл.

– Ты, Ефремыч, не парься. Пусть поговорит, хуже от этого не будет, тем более что мы тоже поприсутствуем. Ты иди ужинай. А потом всё же забери документы Карпова. Жду тебя часа через четыре. Да найди человека, который мог бы изучить архив и дать ответ, нашел ли Карпов путь производства антивируса. Тут Соболев прав, разбираться в документах должен учёный. Кстати, как там сын Карпова? Пришёл в себя после ранения? Выясни у него, мог ли его отец изобрести этот антивирус. До беседы с Ашотом мне всё и расскажешь. И посети в медчасти Аликберова, выясни у него всё о Мышкине, – остановил Бегемота уже у самой двери Элькин.

Буров с чувством, ни в чём себе не отказывая, поужинал в ресторане, вернулся к себе и только собрался послать кого-нибудь за архивом Карпова, как в дверь постучали, и молодой, прихрамывавший на одну ногу человек вкатил к нему в кабинет чемодан.

– Вот, Дмитрий Оттович передал, – коротко сообщил он, оглядывая помещение.

– Ставь сюда, – указал на шкаф Бегемот.

Молодой человек поставил чемодан в шкаф и вышел. Буров закрыл шкаф на ключ и отправился в медсанчасть выполнять поручение Элькина.

Против ожиданий Бегемот провел за беседами с Аликберовым и Карповым-младшим много времени, поэтому на запланированную встречу чуть не опоздал. Он, запыхавшись, ввалился в кабинет Элькина за пару минут до прихода Тер-Григоряна. Успел сообщить только, что Аликберов подтвердил информацию, будто есть договорённость о его разговоре с Мышкиным и что младший Карпов, будучи математиком, не в курсе научных изысканий отца. «Все может быть», – единственное, что сообщил он о работе профессора над антивирусом.

Втроём они поднялись в технический сектор. Элькин отпер комнату, где содержался Ашот. Тот лежал на правом боку лицом к вошедшим, глаза его были закрыты. «Неужели ещё спит? Уже должна начаться ломка», – подумал Бегемот.

Он подошёл ближе и сразу понял, что Ашот мёртв, по крайней мере уже часов пять.

– Бог мой! – сдавленно проговорил Элькин. – Что случилось?

– Кто-то убил его. Ножом. Прямо в сердце, – произнёс Бегемот. – Нож не вытащили, поэтому и крови нет.

– Кто же это мог сделать? – поинтересовался Элькин.