Теперь всё не имело смысла. И казалось, что нет смысла дожидаться конца этой истории. Для него всё закончилось со смертью Димы и Наташи.

Даже его всегдашний собутыльник Аликберов сегодня отсутствовал. Было одиноко, больно и одиноко. Элькин и не заметил, как привычка выпивать один бокал вина перед сном превратилась в регулярные посиделки за бутылкой, которые оканчивались одинаково: тошниловкой на ночь, головной болью, похмельем и трясущимися руками под утро. Но сегодня он превзошел сам себя, встал в шесть утра, начал похмеляться, и вот уже на столе четыре пустые бутылки.

Раздался вкрадчивый стук в дверь.

– Войдите, – с трудом ворочая языком, пригласил Элькин. Икнул, попытался запить икоту, но в стакане было пусто.

Громадная тень накрыла дверной проём, Элькин испугался, но через несколько мгновений понял, что к нему всего лишь пришёл Бегемот.

Буров тяжёлой поступью вошёл в кабинет и прикрыл за собой дверь.

– Привет, Ароныч! – по-простому поздоровался генерал.

У Элькина хватило сил только кивнуть. Из недр желудка вырвалась длинная протяжная отрыжка.

– Есть хорошие новости! – Буров выложил перед Элькиным несколько бумаг. – Вот докладные записки Карпова на имя президента и премьера.

Элькин лишь неопределённо мотнул головой.

– Вот расчёты и выкладки, – продолжил генерал, – я сам в этом мало что понимаю, но Ромашев уверен, что Карпову удалось синтезировать антивирус. Коля, это наш шанс, понимаешь!

– Кто такой Ромашев?

– Один из эмгэушных учёных, работал с Карповым. Да ты прочти, прочти, там всё ясно и понятно.

Но читать Элькин был не в состоянии, и Бегемоту пришлось пересказывать содержание разговора с Ромашевым. Благо он захватил с собой бутылку коньяка и ему было чем прочистить горло. Увидев коньяк, Элькин стал слушать более заинтересованно. Заметив это, Буров просто плеснул ему в стакан, и разговор пошёл живее. Закончили на том, что прямая линия с Раменками должна дать ответы на все вопросы.

На завтра были намечены большие поминки по убитым. Но Элькин уже поминал их в одиночестве.

– Помянем! – предложил Буров.

– Помянем, – откликнулся Николай Аронович.

Огни казино были притушены, зеркальный потолок – затянут траурной чёрной тканью, которая удачно задрапировала обвалившуюся часть. «Интересно, где они взяли такое количество ткани?» – прикинул на глазок необходимый метраж Бегемот. Зеркальное стекло, застилавшее всю поверхность пола три дня назад, было убрано. Игровые столы и автоматы вынесли, куда точно, Бегемот не знал. Но распоряжение Элькина ликвидировать казино было выполнено точно и быстро. Через всю анфиладу залов были расставлены столы, накрытые белыми скатертями. На столах уже стояли кутья, закуски, салаты и заливное. В стороне официанты разливали по рюмкам спиртное, которым будут обносить гостей трижды по русскому обычаю. По залу, отдавая последние распоряжения, прошёл Бельский.

– Здравствуйте, Григорий Тимофеевич, – протянул руку Буров. – Всё ли готово?

– Здравствуйте, Анатолий Ефремович, – пожал ему руку Бельский. – Полагаю, что да, всё готово. Официанты заканчивают последние приготовления, блюда на кухне уже поспевают. Повара выложат их позже, непосредственно перед подачей на стол. Рекомендую попробовать террин из форели, хрустящие креветки в йогуртовом соусе, семифредо из сельди, антипицолли, эксклюзив «Блю чиз»…

«А более знакомых блюд в меню не будет, что ли?» – отвлёкся от разговора Бегемот.

– А также солянка, курица с грибами и картофелем, блины.

«Ну, слава богу, голодным не останусь», – рассудил генерал, услышав окончание фразы.

В этот момент официанты в чёрных фраках внесли и стали расставлять на столе вазы с блинами: от просто скрученных в трубочки до нарезанных и свёрнутых в замысловатые фигуры. Украшение блинов тоже радовало разнообразием: от простой сметаны до красной и чёрной икры.

– Какая красота! – искренне восхитился Бегемот, всегда любивший вкусно покушать. При этом он не удержался, чтобы судорожно не сглотнуть слюну. Бельский, заметив это непроизвольное движение, махнул рукой официанту. Тот подхватил что-то с барной стойки и мгновенно материализовался возле них.

– Не желаете ли перекусить, Анатолий Ефремович? После завтрака прошло уже достаточно времени.

На тарелке лежали бутерброды с лососиной, осетриной, икрой и колбасой. Бутерброды с колбасой на фоне остальных казались нищенскими. Тем не менее Бегемот выбрал именно их, положил друг на друга и с благодарностью повернулся к Бельскому.

– Ваше место, Анатолий Ефремович, вон в том зале, рядом с господином Элькиным. А теперь разрешите откланяться, мне необходимо ещё раздать кое-какие указания.