– Ваня, резюмируя твои видения, могу сказать одно – это масоны. Слишком мало данных – ни привязки к местности, ни имен. Думаю, в скором времени подсказки появятся.

– Я того же мнения, дорогая. Чего тебе налить?

Пир катился по накатанным рельсам, в зале становилось шумно, многие гости под воздействием горячительных напитков расслабились, освоились. Большинство ранее не бывали во дворце князя Кошкина-Эльдорадо и смотрели во все глаза на изысканное убранство. Стены зала отделаны розовым каррарским мрамором, посредине – небольшой рукотворный водопад с бассейном, в котором плавали золотые редкие тропические рыбки. Сам водопад обрамлен полудрагоценными отшлифованными камнями с невидимыми источниками подсветки. Гости ахали, глядя на это чудо. После обильного ужина княжна Анна милостиво пригласила желающих на экскурсию по дворцу – отказавшихся не наблюдалось. На третьем этаже поделенный пополам зал представлял собой своеобразный музей и храм искусства. В музее тысячи экспонатов – холодное оружие и доспехи различных стран и народов, редкости Ближнего Востока и Южной Америки. На стенах – потрясающие картины на шелке из Китая, африканские жуткие маски, итальянские гобелены, персидские ковры, поделки из слоновой кости и золотые перуанские украшения. Посреди музея – золотая статуя бога Вишну с огромным рубином во лбу, купленная у англичан за триста тысяч золотых соверенов – огромные деньги. У торца зала – чучела мамонтенка и ярких тропических птиц. Внимание гостей привлек стенд из зеленого дерева, покрытый толстым хрустальным стеклом. На алом бархате покоились ограненные драгоценные камни – изумруды, бриллианты, опалы, рубины и редкий черный и розовый жемчуг. Чистота камней, искусная огранка, а главное – невероятно большие размеры поражали воображение. С несколькими дамами сделалось дурно, мужчины обливались холодным потом. Все знали, что князья Эльдорадо – очень богатые люди, но не настолько же. Да тут в одном музее – целое состояние. Некоторые гости, опустив очи к долу, пытались перевести увиденное в золотые монеты и постоянно сбивались – много, ну очень много. По всему дворцу парами прохаживались в белых камзолах и лосинах атлетического вида молодые люди с тростями в руках. Внимательный взгляд угадывал у них на поясе чуть заметные выпуклости – пистолеты в плоских кобурах. Понятное дело – охрана, да и в трости вделаны клинки, не иначе. В картинной галерее гости старались не задерживаться, находясь под впечатлением волшебной силы драгоценных камней – Анна понимающе улыбалась. После очередной смены блюд объявили танцы. В стане невест наступило радостное оживление. Первыми на мазурку вышли князья с женами и Гоша с Белкой. На следующий танец высыпала вся молодежь. К Белке, отдыхающей у фуршетного стола после танца и пьющей лимонад, подскочила подружка по пансиону – Элен-Мария де Моро. Возбужденно защебетала на ухо:

– Изабелла, не теряй времени, эти молодые лейтенанты – такие душки. Представь себе, они краснеют от моих безобидных шуток. Такая прелесть, – и белокурая Элен от избытка чувств томно закатила глаза.

– Знаю я твои солдатские шуточки. Бедные юноши… – пробормотала Изабелла. – Элька, отстань, ты ведь знаешь, что мой Гоша приехал. Кроме него мне никто не нужен.

Элен негодующе фыркнула и умчалась разбивать лейтенантские сердца.

Старшее поколение, равнодушное к танцам, переместилось в соседнюю небольшую залу, оккупировав ломберные столы с зеленым сукном – перекинуться в картишки по маленькой. Возле новинки – двух бильярдных столов – столпилось большое количество зрителей, жадно внимавших разгоревшимся поединкам. Мельтешение ярких праздничных нарядов гостей и танцы несколько утомили князей – они уединились на большом балконе.

Лениво потягивая семилетний коньяк, трепались о том о сем. Кошкин между делом подкинул тему:

– Мачо, настало время перевооружать нашу маленькую армию.

Илья встрепенулся:

– Командир, ну чего тебе спокойно не живется? Что опять не так? Солдатики нормально вооружены, – бурчал он недовольно.

– Погоди, Илья, не гунди. Ты думаешь, зачем я два новых полка организовал? У них будут специфичные задачи: на девяносто процентов контакт с противником в ограниченном пространстве. Потому и готовить их станем по методу спецназа и морской пехоты. Мосинский карабин заменить на СКС не менее двухсот «калашей» на полк, каждому бойцу по пистолету ПМ, ну и по две гранаты Ф-1.

Юсупов аж поперхнулся коньяком:

– Иван, окстись, никак какую-нибудь королевскую династию свергать собрался?

– Возможно, возможно, – рассеянно ответил Кошкин, задумчиво разглядывая ночное небо.

В это же время в будуаре юсуповского дворца происходило нешуточное сражение – Гоша отбивался от Белки. Той взбрело в голову устроить первую брачную ночь здесь и сейчас. Сначала девушка невинным голоском предложила присесть на широченную кровать, застеленную шелковым покрывалом, а потом, впившись сладким поцелуем в княжича, опрокинула его на себя. Коварство и хитрость женщин не имеют границ – Гоша вмиг оценил свое незавидное положение. Вяло отбиваясь, пробовал усовестить трепещущую от страсти Белку – куда там. Да и у самого гормоны играли.

– Ой, ой, что ты делаешь?

– Раздеваю тебя, олуха.

– Не надо, я сам.

Пока юноша, отвернувшись, освобождался от лишних деталей одежды, Белка умудрилась сбросить с себя все. Гоша, повернувшись к кровати, обнаружил столь ослепительную и завлекательную картину, что у него затряслись руки. Перед ним на кровати лежало обнаженное девичье тело, покрытое легким загаром. Упругие полушария грудей взволнованно поднимались и опускались.

– Гошенька, я тебе не нравлюсь?

Юноша, невнятно мыча, отрицательно покачал головой.

– Тогда не стой столбом, иди ко мне.

И Гоша прыгнул навстречу своему счастью.

Шторки балдахина упали, занавес опустился.

Не будем, дорогой читатель, мешать влюбленным, отправимся дальше по страницам повествования.

Промелькнули праздничные дни, наступили суровые будни. Юсупов отправился на заводы, таща под мышкой папку с технической документацией на самозарядный карабин Симонова СКС-45 и автомат Калашникова АКС-74 (складной). Анна в швейных мастерских давала задания на пошив двадцати тысяч комплектов полевого обмундирования для новых полков. Кошкин с полковником Крейцем и майором Риде с утра заседали в штабе, исправляя графики курса молодого бойца. Начальник штаба, посвистывая простуженным носом, составлял смету на строительство второго военного городка с двадцатью казармами и прочей префектурой. Старым гвардейским полкам пока придется пожить в палатках. На огромном плацу выстроились новобранцы, подходившие по одному к столу, за которым восседали лейтенант и сержант. Составляли списки рядового состава. С самого начала возникли определенные трудности с признаками трагикомедии. После двух простых, казалось бы, вопросов рекруты превращались в соляной столб.

– Тьфу на вас, – сердился лейтенант Сашка Кузнецов. Мало что русский язык коверкаете, так вдобавок без фамилий живете, – и осекся. Вспомнилась Русь-Матушка – люд простой обходился кличками, чаще всего по роду занятий или по фамилии боярина, на чьей земле он жил.

Кузнецов пхнул сидящего рядом сержанта Отто Книппеля:

– Напрягай мозги, сейчас всей этой ораве будем фамилии придумывать.

Старый гвардеец рванул в бега, но был пойман за ногу ушлым лейтенантом.

– Дезертируешь? Смотри у меня, – и помахал здоровенным кулаком перед носом несчастного немца.

– Я что, тут должен один отдуваться? – бурчал он недовольно.

– Ну-ка, подходи по одному! Имя?

– Ян.

– Фамилия?

Рекрут беспомощно пожал плечами.

– Род занятий?

– Ась?

– Балда, чем занимаешься?

– На земле работаем, хлеб растим, ну, овощ разный, – лицо лейтенанта озарилось счастливой улыбкой.

– Будешь Хлебовым.

– Лет сколько?

– Осемнадцать зим.

– Пиши: сержант, рядовой Ян Хлебов, восемнадцать лет. Следующий.