– Иеромонах Паисий, посланец самого патриарха Константинопольского Парфения I, – произнес он глубоким баритоном. – А это подтверждение моих полномочий, – и Паисий неуловимым жестом фокусника извлек из одежд свернутый в трубку свиток со свисающей на шнурке красной печатью.

– Угощайтесь, отче, чем Бог послал. Может, приказать подать чего покрепче? – Кошкин выразительно щелкнул пальцем по горлу.

Попы, к удивлению князей, не стали возмущенно махать руками, лишь иеромонах прогудел:

– Успеется.

Отец Григорий молча кивнул в согласии. Прочитав верительную грамоту, Кошкин передал ее Юсупову и с немым вопросом уставился на Паисия. Тот, отпив пару глотков чая и деликатно откашлявшись, сделал вступление.

– То, что вы сейчас услышите, тайна великая есть. Вселенская церковь давно следит за вами, иномиряне.

Князья поневоле вздрогнули и переглянулись.

– Не беспокойтесь, Святая Церковь не видит в вас врагов – наоборот. Вы для нас единственные союзники. Только вы можете победить расползающееся зло.

– Простите, уважаемый, а нельзя ли конкретнее? – встрял Илья.

Иеромонах на реплику лишь косо зыркнул, а затем продолжил:

– Ваше сиятельство, вы, наверное, слышали о богомерзких масонах?

– Да, конечно, но напрямую не сталкивались.

Иеромонах откинулся в кресле:

– Масоны – это лишь прикрытие, но они тесно сотрудничают с иллюминатами – врагами рода человеческого.

– Кто такие? Почему не знаем? – забеспокоился Мачо.

Паисий передернул плечами, а Кошкин показал Юсупову кулак, мол, не встревай.

Дальше иеромонах поведал такое, что у князей волосы встали дыбом.

Оба поняли: вот она – основная миссия. Коротко суть заключалась в следующем. В незапамятные времена на Земле объявились пришлые драконы и большие змеи. Как ни странно, женщины от них понесли. Так и появилась новая раса – рептилоиды. Драконы сгинули, а это сучье племя осталось. Хорошо, немногочисленное. Иллюминаты – прямые потомки змей, недаром в Священном Писании сказано: змей-искуситель уговорил Еву вкусить яблоко с Древа познаний. Иллюминаты – тайное общество Сатаны, себя они называют черными адептами.

Кошкин по-школьному поднял руку:

– Дозвольте поинтересоваться, откуда такая информация?

Паисий нехотя бросил:

– Святая церковь давно следит за исчадиями ада, – и добавил: – Я главный архивариус Константинопольской церкви. Наши братья по крупицам собирали сведения, многие погибли. Да будет земля им пухом, – и иеромонах широко перекрестился. – Мы выяснили три важные вещи. Первое: иллюминатам нужно золото, они его куда-то отправляют. Второе: основные запасы золота исчезают из сокровищниц монархов крупных стран, началось это с незапамятных времен фараонов. И третье: у иллюминатов голубая кровь и сероватая кожа, во время большой беды или при смерти зрачки становятся вертикальными.

Князья завороженно слушали, боясь шелохнуться.

Паисий продолжил:

– Мы подозреваем, что многие королевские семьи – иллюминаты. Разгром ордена тамплиеров – их рук дело. Ближний круг во главе с владыкой Парфением I решил, что черные адепты работают на своих исчезнувших хозяев и стремятся поработить весь мир.

Морпехи ошарашенно переглянулись.

– И последнее, – главный архивариус промокнул платком взмокший лоб. – В середине августа в окрестностях Лондона произойдет ежегодное сборище главных иллюминатов.

– А точнее не скажете?

Иеромонах хмыкнул и достал из рукава небольшую карту, свернутую в трубку. Карту расстелили на столе, прижав углы чашками с недопитым чаем.

– Вот это место – ночной королевский замок, – и Паисий ткнул пальцем в черную точку, располагавшуюся на юго-западе окраины Лондона. – Стюарты в повседневной жизни используют его для охоты. Кроме того, уважаемые князья, раздавить гнездо дьявольское никто не может. Будущее рода человеческого – в ваших руках.

– Сделаем, что в наших силах, – пробормотал Юсупов, елозя носом по карте.

– Отче, какова охрана на этих сборищах? – спросил Кошкин.

Иеромонах пожевал губами и нехотя произнес:

– Всегда присутствует личный гвардейский королевский полк и два полка шотландцев.

– Не хило, – оторвался от карты Юсупов.

– Минимум десять тысяч сабель.

Разговор подошел к концу, иеромонах благословил князей на ратное дело и, несмотря на уговоры остаться погостить, отправился в обратный путь. Отец Григорий во время беседы не произнес ни слова, лишь почтительно кивал в сторону посланца Константинопольской церкви.