В Индии есть храмы типа Каджурахо, где в скульптуре изображены все виды сексуальных поз. Многие позы до того абсурдны, что даже маркиз де Сад или фон Захер-Мазох не могли бы себе их вообразить. Даже самый извращенный человек не мог бы вообразить их. Например, мужчина и женщина занимаются любовью, стоя на головах — вряд ли кто-либо станет попробовать или представлять себе это. Почему они изобразили эти картины? Это пример объективного искусства.

Эти храмы Каджурахо — необычные храмы. Это что-то вроде терапии: они существуют для лечения. Когда кто-то страдал от сексуального извращения, его посылали в Каджурахо. Он должен был смотреть и медитировать на эти ненормальные, эксцентричные вещи. В его разуме было что-то извращено; это извращение было в подсознании. Что делает психоанализ? Он пытается перенести вещи из подсознания в сознание. И психоанализ говорит, что коль скоро нечто однажды перешло из подсознания в сознание, оно высвобождается: вы свободны от этого.

Этот Каджурахо — великий психоаналитик. Привели ненормального извращенного человека. Он подавлял свои извращения: иногда они проявлялись, но он продолжал их подавлять. Он знает, что это что-то вроде раны, но он никогда не мог посмотреть этому в лицо. Его привели в Каджурахо. Он движется медленно, медитируя на каждую статую, на каждую нелепую позу. И вдруг, однажды, он сталкивается с позой, соответствующей его внутреннему извращению. Вдруг, из подсознания извращение всплывает на поверхность сознания — и он освобождается от него безо всякого Фрейда, или Юнга, или Адлера — один только храм делает это. Его оставляют в храме. Он может оставаться там в течение нескольких недель. В то время для каждого медитирующего, кто действительно хотел войти в глубокую медитацию, полезно было посетить храм типа Каджурахо.

Все стены храма в этих статуях — таких ненормальных, таких безумных, таких извращенных. Внутри храма нет сексуальных изображений, совсем нет сексуальных статуй, вообще нет сексуальности. Внутри — ни статуи Будды, ни статуи Шивы, ни статуи Кришны.

В чем значение этого? Почему секс на стенах только снаружи, а внутри секса нет? Это — метод. Сначала вы должны двигаться по периферии, чтобы стать свободным от секса. Когда человек чувствует, что эти сексуальные статуи совсем его не привлекают; когда он продолжает сидеть перед ними — и ничего внутри него не происходит, он остается спокойным и тихим, без сексуального подъема, без возбуждения, — он ждет неделями, и когда не остается никакой сексуальности, тогда он способен войти в храм.

Это символично. Теперь его сексуальность может выйти за пределы. Эти храмы были храмами Тантры: один из величайших экспериментов, проведенных когда-либо. Они не непристойны, они не порнографичны, они — духовны: великий эксперимент духовности, великий эксперимент по перемещению человеческой энергии на более высокие уровни.

Но сначала энергия должна быть высвобождена с нижнего уровня. И есть только один путь высвободить ее: сделать ее абсолютно сознательной, перенести все фантазии из подсознания в сознание. Когда подсознание полностью освобождено от бремени, вы свободны. Тогда у вас нет никаких препятствий. Тогда вы можете двигаться вовнутрь. Тогда вы можете войти в храм. Тогда вы можете медитировать на Будду, Шиву или Кришну.

Это не воображение, Самагра, это было объективное искусство, с которым вы столкнулись, не зная этого.

Третий вопрос:

Возлюбленный Ошо, что есть у вас такого, чего нет у меня? (И я не говорю об ашраме, автомобиле, секретарше и всей этой чепухе.)

Вы должны говорить обо "всей этой чепухе", иначе почему вы вообще упоминаете об этом? Само упоминание об этом указывает на ум. Вы, должно быть, испугались, вам, должно быть, пришла в голову идея... и у меня нет никакого ашрама, и у меня нет никакого автомобиля, и у меня нет никакой секретарши. На самом деле, у меня нет ничего. Суть не в том, чтобы иметь, а в том, чтобы быть. Я просто нахожусь здесь. Бытие — это мое богатство, не обладание. Если здесь есть ашрам, то для вас, а не для меня. Если здесь есть секретарь, это для вас, а не для меня. Все, что существует здесь — это для вас. Это не имело и не имеет ко мне никакого отношения.

Я достаточно одинок...

Но где-то, в глубине вашего разума, вы, должно быть, слишком привязаны к вещам. Когда вы формулируете вопрос, он многое говорит о вас. Вопрос — это не только вопрос, он также весьма символичен.

Несколько мужчин в курительной комнате спорили о том, кто самый великий изобретатель. Один настаивал на Стивенсоне, который изобрел железную дорогу, другой — на Маркони, третий — на братьях Райт. Наконец один из них обратился к маленькому человеку, который слушал, но ничего не говорил.

— А что вы думаете, мистер Мэн?

— Что ж, — последовал ответ с многозначительной улыбкой — человек, который изобрел “интерес”, был не таким уж дураком.

Еврей скрыт в каждом из нас: еврей постоянно думает о деньгах, интересе, вещах... обладании.

Первое: переместите центр вашего внимания с обладания на бытие. Вы можете обладать целым миром, но это не поможет вам; вы останетесь нищим. Но это не значит, что я призываю отречься от мира. Не впадайте в противоположную крайность. Я говорю о том, что вы можете иметь весь мир, но не будете иметь ничего: это все, что я говорю. Я не говорю о том, чтобы отвергать это. Потому что разум тех, кто отрекается, остается сконцентрированным на обладании. Вы считаете деньги, они тоже считают деньги. Вы говорите: “Я получил эти тысячи долларов"; они говорят: “Я отрекся от этих тысяч долларов”, — но счет продолжается. Вы — бухгалтеры, и они тоже — бухгалтеры. А бухгалтерия — это мир.

Узнать то, кто ты есть — это значит стать императором. Быть — это быть императором, иметь — это быть бедным.

В мире существует две категории бедных людей: это те, кто имеет и те, кто не имеет. Но и те, и другие бедны, потому что те, кто имеет, не имеют ничего. А у тех, кто не имеет, конечно же, нет ничего; и те, и другие бедны. Те, кто имеет, озадачены: “Что теперь с этим делать?" Для них это удар. Они потратили всю свою жизнь для того, чтобы иметь это. Теперь у них есть это, но они не знают, что с ним делать. Это не приносит никакого удовлетворения, это не приносит наполненности, это не приносит никакого расцвета. Они еще не пришли к тому, чтобы праздновать жизнь. Посредством этого они не приходят Богу. Он никогда не проявляется через обладание.