Шрифт:
И не ошибся. Не успел выйти за ворота, навстречу ему — Алим, сын Кучаков, с джигитами. Соскочил мурзак с коня, подошел к Мырзанаю, спросил:
— Туга жив еще?
— Лежит без памяти. Скоро умрет.
— Кого вместо себя оставил?
— Не сказал. Кого хан велел, того и поставим.
Благословенный Сафа-Гирей сказал: «Мырзанай знает, кого ему лужавуем надо — того и мне надо».
— Быть правителем Ковяжу.
— Старейшины согласятся ли?
— Против обычая не пойдут. Ковяж старший в роде Туги.
Ну, слава аллаху. Веди меня к ним.
Из открытых дверей кудо шум голосов рвется наружу. Алим,
склонившись, шагает в полумрак. На нарах больной лежит, а про него будто забыли — старейшины спорят, кому лужавуем быть. Заметив Алима, стихли, но головы не склонили.
Мурзак махнул рукой в знак приветствия, сел на пододвинутую Мырзанаем скамью.
— Я привез вам, старейшины, привет несравненного Сафы-Ги- рея. Вместе с поклоном привез и совет: пора по-новому жить начинать вам. Было у горных черемис два больших лужая, теперь из них один надо сделать. И повелел великий хан называть этот
33
лужай бейликом, а правителя—беем, князем подданным своим. Вот эту саблю Сафа-Гирей бею послал, я ее передаю вам, старейшины. Кого надумаете беем сделать, тому и отдадите.— И
' Марш Акпарса
Алим передал саблю Мырзанаю.— Кроме того, хан послал вот этот халат со своего плеча и этот мешок золота. Подарок новому бею.—Алим бросил на руку Мырзанаю дорогой, но уже ношенный халат и отдал кошелек с деньгами.— А меня простите, старейшины, я тороплюсь.— И вышел, не поклонившись.
— Если беем будет неугодный хану человек, ты ответишь,— строго сказал он вышедшему провожать Мырзанаю. Тот кивнул головой и подал Алиму стремя.
Под вечер Туга открыл глаза—к нему сразу чуть не все старейшины: кого велит вместо себя оставить?
Слабо шевельнул губами Туга, произнес всего одно слово и снова закрыл глаза, а в шуме старейшины не расслышали того слова. Одним показалось, что Туга назвал Ковяжа, другим — Аказа. А карт Аптулат уверял, что Туга сказал «старшего». И пошел среди старейшин великий спор. Мырзанай, Атлаш и все посланники богатых горло дерут за Ковяжа, а Сарвай, Алдуш и все, кто победнее, кричат: «Аказа!» Аптулат — то за одного, то за другого. И даже Япык голос подает, однако он не старейшина — его не слушают. Кричат старики, того и гляди, в бороды друг другу вцепятся:
— Ты зачем бейскую саблю сцапал?!—кричит Сарвай на Мырынзаная.— Положи на нары!
— Деньги с халатом тоже положи,— рычиг Атлаш. Он хотя и заодно с Мырзанаем, однако жадность мучит — боится, как бы Мырзанай золото и одежду дорогую не присвоил.
Аптулат-карт слушал-слушал, видит, спору нет конца, настала пора к богу обратиться.
— Слушайте, старики! Кончайте крик, я к великому юмо ваш спор понесу. Как он скажет, так тому и быть.
Как только карт ушел, старейшины сцепились снова...
Никто не заметил, как в кудо вошел Мамлей.
— Достойные! Ответьте, ради бога, что здесь происходит?
На Мамлея никто не обратил внимания. Тогда он схватил Ат- лаша за локоть и крикнул:
— Да перестаньте вы!
— Ну, ты, суас![8]—Атлаш оттолкнул Мамлея.— Не суйся не в свое дело!
Возглас Атлаша отрезвил ссорящихся. Эшпай отпустил рукав Мырзаная, за который только что уцепился:
— Мамлейка! Ты? Откуда?
— Меня послал Аказ. Узнать, не появилась ли Эрви в илеме?
— Где он?
— На берегу Юнги. Всю ночь Эрви ищет.
— Так он еще не знает ничего. У нас беда — смертельно ранен Туга. Может быть, до полудня не протянет.
Надо скорое сказать АказуІ—воскликнул Мамлей. И повернулся к двери Мы скоро будем тут!
I п. 11 и ні При ОДИЛ карт, С богом говорить — дело не простое. Наконец он помнился в дверях, сказал:
И і ............................................. подай.... саблю Туге.—Он жив еще.
положи саблю на грудь ему, если правой рукой Туга саблю возьмет, быть, лужануем Аказу, если левой рукой сабли коснется, быть Ковяжу,
Туга без памяти,—возражает Атлаш.—Как можно выбор ему творить? Я не согласен!
Тyra у всевышнего порога,— карт поднял руку с вытянутым
.нем над головой.— Ему теперь бог советы дает.
Раз юмо повелел, надо делать,—сказал Сарвай и положил саблю на грудь Туги.
А я Аптулату не верю,— Мырзанай подошел к двери, как бы собираясь уходить, но Эшпай остановил его.