Шрифт:
111 ni и і і еби, друї I ay,
Мамлей много говорить не любил. Через полчаса трое всадников пустились скакать по дороге в строну леса.
I- Nil І МИ нір.і I II II II но двор, нее было готово к последней
............ і., і h. и и і ал на широкой скамье. Тело его обложено ря-
(I и и. і и і а м и и. щами, н изголовье и в ногах стоят туески с зерном,-
h і. і 11 и н у і їй і принте смечи Женщины голосили и причитали,.
мужчині. 1-ІЙ молча, СКЛОНИМ головы.
Iі ..та н і Іііюму низошел Аказ, карт встал у изголовья-
! у> и и і махнул рукой в сторону женщин:
I I о ем не. бабы Владыка мертвых, Киямат-тёра,
I и I .* ............... І'СІ.ОЙ I пленой сгинут эти слезы—они преградят'
MfiiHiiMi юрмі у м ииробный мир, они затруднят путь к бла-
у о l'ai і la (і. кіп ваял свечу, поставьте ее в из-
головує. М. і п м a <i te на колени. Поклонимся тому, кто
лучшим миром НрЙПНГ
Чиї їм мну і і н юн і. и ми, коснулись лбами земли.
і IM4 чи і мо инь.і Лптулатм Грустно льются слова:
H пн ниє її, мерты.ч, Княмаї гера, мы в честь тебя зажгли
і о I II. чн I а к нус м. они осветят долгий путь идущего в твое
большое царство.
Пускай осветит!— хором повторили люди, стоящие на колених,
К і моему великому престолу придет достойный. Ты его прими по справедливости. Не мучай его души, воздай ему за страдания ил ісмле, присуди великое и вечное блаженство.
— Воздай ему!
— Сейчас душа Туги от нас уйдет. Проводим же ее прощальной песней.
И полилась песня, такая же печальная, как и слова карта:
Много звезд в высоком небе Темной ночью нам сверкало,
Но одна звезда, сгорая,
В бездну черную упала.
Ты один в дорогу вышел —
В мир загробный Киямата,
Разве ты, родной, не знаешь,
Что оттуда нет возврата?!
О юмо, наш бог великий,
Где найти такие силы:
Человека дорогого Воскресить из злой могилы?
Закончена похоронная песня, в долгом молчании стоят люди. Наконец, карт говорит:
— Теперь оставим близких и родных. Пускай простятся. Все выходите.
За воротами большая толпа. Вся округа знала о несчастье Нуженала. Одни пришли на поминки попить, поесть, другие, чтобы узнать, кого выберут вместо Туги, третьи — просто так, поглазеть на похороны.
Ворота раскрылись около полудня. В них показались Аптулат, старейшины, лужавуи. Карт поднялся на пригорок, оглядел толпу, сказал тихо:
— Туга скончался, и Горная земля осиротела. Он ушел и не успел сказать, кому вручить тамгу Большого лужавуя. И мы, старейшины, у вас спросить хотим. Кто хочет говорить?
Аказ выслушал призыв карта равнодушно. Он и раньше, пока был жив отец, не хотел взваливать на себя бремя власти. Когда ему сказали, что тамгу хотят передать Ковяжу, он даже обрадовался. Так и сказал Эшпаю, который заговорил с ним о тамге. Тогда Эшпай ничего не сказал ему, но сейчас подошел, шепнул на ухо:
— Когда я тебе про тамгу говорил, ты только о себе думал. Зачем ты сейчас клятву отцу давал? О народе подумай. Мырзанай к тамге руки тянет.
А на пригорок уже вышел Атлаш. Резко, будто отрубая слова, начал бросать их в толпу:
— Мы при Туге жили? Жили. Хорошо жили? Нет. Сколько крови пролито зря. Туга толкал народ в войну? Толкал. Сын его Аказ только и знал, что лез в стычки с татарами. А вы все расплачивались кровью. Скажи нам, Ятман, сколько людей твоего рода погибло в этой драке?
Шестеро,— ответил Ятман.
А у тебя, Япык?
Троих мы схоронили. Сгорела в кудо дочь...
А ты видели Боранчея?—продолжал Атлаш.— Старик соні. і . умирает он тоже потерял дочь, избит, истерзан. И кто ви|ущ н Аказ. Так неужели мы отдадим свои судьбы в руки человека рода? Подумайте!
Теперь меня послушайте, люди!—Мырзанай вышел вперед.— Мы поутр у случайно встретились с мурзой...
Случайно ли?!
Ты не перебивай меня, Эшпай. Мурза очень сожалел, что так случилось. И он советовал вам, люди, тамгу вручить достойному человеку, такому, кто сможет править вами мудро и не толкать в братоубийственные стычки.