Королю сразу дали пожевать найденный хранителем лист многожила.

– Его Ввеличество стойко держался в бою с дауронами, – тихо сказал седой волшебник, – но одновременно противостоять сдвоенному удару и летящим клинкам не смог.

– Он же не верховный маг.

Юрлинг уже заварил чудо-траву в двух котелках и поставил их охлаждаться. Бринсту к этому времени немного полегчало. Он попросил позвать к себе черного хищника.

– Я умру? – спросил монарх.

– Когда-нибудь – обязательно, – ничуть не покривил душой Варлок.

– Не надо меня утешать, я чувствую близкий конец. Поэтому прошу меня выслушать, это очень важно. Пусть нас оставят одних.

– Как скажете. – Бринст с хранителем остались возле костра вдвоем.

– Я знаю, смерть – это мне в наказание за убийство брата, – собравшись с духом, начал свою исповедь король.

– У вас был брат? – искренне удивился Варлок-Ниранд. Лесничий ничего не слышал об этом при дворе, а уж там-то знали все из жизни монарха, даже то, чего и в помине не было.

– Да. Матери у нас разные, но отец общий.

– Зачем же вы его убили?

– Семейная традиция.

«Дружная, однако, семейка! Хорошо, что не моя».

– Ни разу о такой не слышал. – Варлок придвинулся поближе к больному, чтобы тому не приходилось напрягать голос.

– Зато, наверное, слышали о заклятии первого лица?

– Да, но какая тут связь?

– Самая прямая. У моего отца было два сына. Я, о котором знали все, и он, о котором знали только двое – отец и я. Даже сам Ниранд не имел представления, что происходит из королевского рода.

Черному хищнику показалось, что он ослышался. Он на секунду замер, а король, ничего не замечая и стремясь побыстрее освободить душу от тяжкого груза, продолжал:

– Он жил во дворце, занимал министерскую должность, и… понятия не имел, что является секретным оружием в моих руках.

– Оружием против кого? – Варлоку-Ниранду захотелось вцепиться в горло умирающему рассказчику, но он погасил свои эмоции, усмехнувшись: «Вот тебе и не моя!»

– Против заговорщиков. В любом королевстве рано или поздно возникают заговоры против центральной власти. С одними справиться легко, другие требуют больших усилий. Но есть и такие, которые могут повергнуть всю страну в хаос.

Хранитель на время прервал исповедь Бринста и попросил, чтобы тому принесли целебные отвары. Король не хотел продлевать свои мучения, но под угрозой, что зверь перестанет его слушать, уступил.

– Вот для таких случаев и нужен тайный родственник, – продолжил монарх. – Отец в свое время удачно предотвратил серьезную смуту, послав на переговоры с мятежными дворянами одного из своих министров. Тот не имел даже более-менее высокого дворянского титула, и король верно рассчитал, что парламентера убьют. Однако он также знал, что решение будет приниматься всеми главарями восстания, превращая их в непосредственных убийц. Так оно и вышло. Моего дядю казнили, не подозревая, кем он был на самом деле. В тот же день мятеж потерял всех главарей, попавших под заклятие первого лица, а отец одержал легкую победу над заговорщиками.

Варлок-Ниранд от негодования клацнул зубами.

– Что-то случилось?

– Насекомые досаждают. Вы продолжайте, Ваше Величество, я очень внимательно слушаю. Хотя, – хранитель в задумчивости поднял переднюю лапу и посмотрел на подушечку, – ответьте мне сначала на один вопрос: если король знал, что его родственника обязательно убьют, разве он сам не становился причастным…

– Естественно! – перебил его Бринст. – Однако заклятие не распространяется на тех, кого призвано оберегать.

– Как разумно, – процедил сквозь зубы Ниранд.

– Когда я попал в подобную ситуацию, то решил пойти по стопам отца. Увы! Проверенное оружие не сработало. Мой лесничий не вернулся с той роковой охоты (как, впрочем, и было запланировано), а все его убийцы остались целы и невредимы. Я потерял мудрого советчика, родную кровь, зато заговорщики усилили свои позиции. Они даже похитили мою дочь.

– У вас есть дочь??? – Новости сыпались как из рога изобилия.

– Да, ради нее я и начал эту беседу. Я знаю, что судьба Далгании каким-то образом связана с вашей судьбой, а потому прошу – спасите мою дочь! Пообещайте, что сделаете это, – впервые за время своего рассказа всерьез заволновался король.

Против дочери короля ни Варлок, ни Ниранд ничего не имели, поэтому хранитель не стал огорчать монарха.

– Хорошо, если вы сами будете не в состоянии позаботиться о принцессе, я обязуюсь серьезно заняться ее судьбой.

– Спасибо! – король успокоился. – Только учтите, она – не обычная девушка.

– Понимаю. Для каждого отца его ребенок единственный и неповторимый.

– Я не то имел в виду, – вздохнул Бринст. – Линории отказано в предназначении. Наверное, это проклятие на наш род.